Любовное чтиво

Пусть критики и снобы брезгливо морщат лица, Но как её он полюбил на сто восьмой странице... (с)

Сижу и размышляю, с чем можно сравнить этот роман. На ум приходит свеженький сериал «Эмили в Париже». На реалистичность он никак не претендует, пестрит стереотипами, а главная героиня… лучше один раз взглянуть (например), чем представлять её вербально. Девушка чуть ли не каждый день одевается с головы до ног в яркие тряпки от дорогих марок и не смущается, когда о бренде заявляет броский логотип. Выглядит это безвкусно? Ну, как сказать. По-моему, образ Эмили в целом получился довольно миленьким. Вот и роман Басинского собрал всевозможные кричащие литературные штампы и эмоционально-бытовые клише (в основном женофобские). Что-то в стиле «я надену всё “лучшее” сразу». Результат, однако, вышел удобоваримым. Китчевым? Да, но не вульгарным. Предсказуемым, но не занудным. Несколько аляповатым, но не пошлым.

В упомянутом сериале поднимается уже немного затёртая сегодня тема: «Где проходит грань между сексуальностью и сексизмом, между воплощением эстетики и объективацией?» В «Любовном чтиве» автор вводит нас во Вселенную женофоба и эгоцентрика Иноземцева, где он занимается стёбом над известными стереотипами. Избитые идеи обыгрываются под разными соусами. Читая, а вернее слушая книгу, я думала о том, что разделительная линия между пародированием клише и пошленьким скатыванием в них может быть слабо очерченной. Насколько чётко она обозначена в романе? И не переходит ли автор границу там, где этого делать не следует? На этот вопрос каждый читатель должен ответить сам. Я же постараюсь дать вам общее представление о литературной игре, порождённой авторским воображением. Как и «Эмили в Париже», роман отличает нарочитое отсутствие правдоподобия и некоторая тривиальность. Об этом сообщает уже завязка. Иннокентий Иноземцев, пятидесятилетний успешный писатель, приглашает молоденькую девушку Вику пожить в его квартире. Просто потому что девушке негде остановиться в столице. Скрытые интенции, если они у него и есть, герой держит при себе. Предоставлением жилплощади помощь литератора не заканчивается. Он, неожиданно для самого себя, начинает вместе с Викой рецензировать любовные романы для одного из московских издательств. А вы, кстати, знали, что т.н. «женские» романы подчиняются правилу трёх б.? Но не буду раскрывать всех секретов, вдруг ещё решите написать что-нибудь в этом «высоком» жанре. Иноземцев отличается мизогинией, и у него серьёзные ментальные проблемы. Из первого пункта, естественно, вытекает его видение женщин, второе делает возможным то, что с ним произойдёт в ближайшие месяцы. «Великий» романист живёт в мире собственных фантазий, где он себя вполне комфортно чувствует, пока не наступает ночь. Вместе с ней приходят «говорящие» сны, которые его пугают. В них, возможно, приоткрывается завеса тёмного прошлого. Для Иноземцева в прямом смысле актуален вопрос соотношения биологического возраста с внутренним мироощущением и накопленным опытом.

Посмотрим на некоторые клише относительно женщин и отношений между полами. Вряд ли вы почерпнёте здесь что-то новое, но, может, улыбнётесь на «бесконечную человеческую глупость», по выражению Эйнштейна. Концентрация на сантиметр текста слегка гипертрофированных стереотипов нарочито превышает мыслимую норму. Напомню, мы находимся в мире, созданном мизогином в рукописи его любовного романа. Наверняка эти или похожие штампы встречаются в шаблонных любовных романах, но, поскольку я такие книги не читаю (нет, я не снобка), мне скучно не было. Своим признанием я плавно подвела вас, дорогие читатели, к первому клише.

«Все женщины любят любовные романы, но некоторые в этом не признаются». Виктория Игоревна, вроде образованная девушка, не понимает значения таких слов, как «контекст» и «альбинос». Ещё она готова поверить, что в Эстонии сегодня используют гильотину... Без комментариев. «Женщины – это внеразумные существа… тёмные и крайне жестокие. Они боготворят тех, кто их унижает, и унижают тех, кто их боготворит. <...> Они искренни только в истерике, впрочем, и в истерике они тоже лживы». «Женщины любят чувствовать себя униженными и брошенными, в небольших дозах…» Осталось только добавить, что «все женщины втайне мечтают об изнасиловании». Налицо проблемы либо с пониманием терминов, либо с психикой. Женщины представлены дурочками, которые то ли из мести, то ли из страха одиночества, готовы переписать квартиру на оказавшихся под рукой сомнительных типов. WTF?.. «Они все неблагодарные и уже на первом свидании представляют, как будут провожать вашего общего сына в армию». Ну да, каждая вторая так и поступает, может быть и развод с вами ею уже запланирован... Другой пример токсичной маскулинности бьёт напрямую по мужчинам, выставляя их как субъектов, лишённых какой-либо рефлексии. «Все мужчины мечтают о глупых блондинках с большими сиськами, но многие трусливо в этом не признаются...» Можно было просто посмеяться над этими перлами, если бы не было тех, кто недалеко ушёл от таких, как бы помягче сказать, примитивных шаблонов.

Автор обыгрывает присутствующие в большинстве бульварных романов сентиментальные штампы. Он и Она обязательно будут вместе и счастливы. Фиолетово, что они очень разные и не собираются прикладывать усилий, работать над отношениями и т.д. Разница в возрасте более 30 лет? У твоего возлюбленного было что-то с твоей матерью? Подумаешь, кого интересуют такие мелочи? Чувства выше всякой рутины, следовательно, любовная лодка не может разбиться о быт. Герои преодолевают «невозможные» препятствия, воссоединяются и вроде приходят к хэппи-энду, который на поверку может оказаться совсем не «хэппи» уже через какой-то месяц или год. И чувства, и преграды рискуют обернуться фикцией, плодом больного воображения.

Фабула романа вращается вокруг деструктивных отношения в разных проявлениях. Женщины, юные и не очень, любят не того мужчину, личность проблемную и нарциссическую. Впрочем, этот мужчина тоже попадает в ловушку собственных желаний. Как я уже отметила, жонглируя мизогинистическими клише, можно потерять равновесие и выпустить из рук шовинистические мячики. Один из пассажей почти в самом конце книги на минуту вывел меня из ленивого прослушивания.

«Уж не спутал ли автор ориентиры и начал выдавать гендерный шовинизм за чистую монету?», подумала я. Однако всё же решила, что это запланированная маленькая ловушка. Роман ведь фальшивка. К тому же в финале Басинский даёт подсказку, что не надо серьёзно относиться к якобы счастливому завершению истории. Ведь по правилам все любовные романы должны кончаться хорошо. Обретённое героями счастье не внушает доверия и точно не кажется долговечным.

Книга полна эксплицитных аллюзий на известные произведения. Здесь и почти булгаковская встреча со странным господином на скамейке в парке, и намёки на запретную страсть в стиле набоковской Лолиты, и Пруст с его попыткой понять память, и инцестуальные мотивы в духе древнегреческих трагедий, и советская горная романтика… Имеется в этой насквозь фейковой истории и свой Мефистофель, чрезмерно обаятельный тип. Конечно, на выходе получаем всего лишь суррогат таких разных вкусов, но разок можно и откушать (для разнообразия, привыкания можно не опасаться). Несмотря на то что уже вполне оформившиеся события то и дело опровергаются, развитие сюжета в общем предсказуемо.

Вероятно, так было задумано. Басинский специально раскидал маячки по тексту, играя с читателем в угадайку.

Представленные клише с дерзкой топорностью доведены до абсурда, тесно граничащего с фейком. Если наследница, то обязательно самая богатая в Европе (чего мелочиться), у авторитета лёгкий кавказский акцент, частичная амнезия ведёт к тому, что не помнишь, с кем ты спал и сколько у тебя детей, а на героиню должны западать все мужчины, встречающиеся на её пути… Ну «и водки слеза наполняет стакан», в результате чего с героем время от времени случается алкогольный палимпсест (только Вике не говорите, иначе придётся долго объяснять).

Что имеем в итоге? Развлекательный роман, местами банальный, местами затянутый.

Книга, в принципе, неплохая, если подходить к ней как к ни к чему не обязывающему чтению, не ждать от неё оригинальности, диалогов в высоком стиле и «тонкой психологической прозы». В рецензии я высказалась максимально положительно, но авторская игра с многоликими штампами могла бы выйти изящнее, остроумнее и увлекательнее... Хотела ещё добавить «глубже», но глубины от романа я не ожидала.

Любовь слепа и нас лишает глаз. Не вижу я того, что вижу ясно. Я видел красоту, но каждый раз Понять не мог, что дурно, что прекрасно. Шекспир, Сонет 137

Неожиданное "Любовное чтиво" в заглавии порождает когнитивный диссонанс еще до начала чтения: чтиво может быть криминальным, если любовный - то роман. Мир, из которого любовь уходит водой в песок, странно сентиментален по отношению к ней, и оставляет ей это убежище в номинальной романтике. Приравняв на старте любовное чтение к бульварщине, книга задает ироничный в отношении содержания тон, заранее дистанцируя автора, человека солидного, от написанного.

И да, Павел Басинский писатель состоявшийся, серьезный, обласкан критикой, отмечен премиями, любим читателем. Не только из рудиментарного наследия читающего совка, но вполне себе современным, "Подлинная история Анны Карениной" совершенный книжный хит этого года. Подумать странно, чтобы такой человек всерьез занялся материями столь низкими - затем и дистанция. Затем и форма "рукописи, найденной в бутылке".

На читательскую встречу с немолодым известным писателем приходит юная дева, пожирает влюбленными глазами, просит об интервью: "Если вы согласитесь, меня точно возьмут в штат". Обычно несговорчивый, Иноземцев неожиданно соглашается. Девушка приходит к нему домой и остается жить. Нет, они не спят вместе, только делят кров, Вика также взяла на себя хозяйственные заботы. Нет, малышка явилась не в семейное гнездо, отношения с супругой у писателя давно разладились, эту квартиру он купил еще прежде, в качестве холостяцкой берлоги.

Помимо забот о вкусном питании Иноземцева, Вика работает редактором в том же издательстве, где публикуется ее кумир. И снова нет, он не помогал, сама устроилась. что для провинциалки без образования нереально, но у нас же тут любовный роман, а они с правдой жизни обычно имеют мало общего. Отношения, замешанные на взаимном притяжении. густо приперченные ревностью партнера, независимостью партнерши, протомленные на медленном огне нереализованного желания (в полном соответствии с законом жанра) осложняются избирательной амнезией Иноземцева.

Он подвержен выпадениям памяти, воспоминания о наиболее важных моментах биографии начисто стираются, зато незначительные детали запоминаются с гипертрофированной подробностью. Последнее еще более странно, особенно имея в виду его профессию, в которой память играет не последнюю роль, но у нас тут чтиво, не забыли? А к заведомой бульварщине требования повествовательной логики неприменимы.

Пересказать сюжетные коллизии немыслимо, одно только тэговое перечисление займет абзац. Литературный критик Басинский обращается с элементами романной конструкции с профессиональной сноровкой сценариста. рейтингового сериала Но поверьте, скучно не будет ни минуты. Наивный читатель получит удовольствие от предельно закрученной интриги и "страстей". Искушенный, помимо нарративных радостей, может сыграть в классификацию жанровых клише и ловлю отсылок к культовым артефактам: от "Камеры обскура" и "Мастера и Маргариты" до "Вертикали" и "Криминального чтива".

Получилось? Скорее да. Ждем от Павла Басинского чего-то подобного в дальнейшем? Скорее нет.

С первой до последней страницы не покидает ощущение недоумения, в книге совершенно отсутствует чувство любви. В предыдущих биографических книгах автора невероятно огромное количество страсти, и когда эта страсть в новой книге отсутствует, ощущаешь себя очень странно. Единственный момент, когда более-менее мелькает ощущение влюбленности, это когда нам рассказывают историю швейцарского ножа (чувствуется, что этот эпизод приносит удовольствие написавшему), а так, складывается впечатление, что автор не любит своих персонажей и саму историю, и пытается сделать скорее захватывающий сюжет, чем выражать боль общества или отражать ценности, раз уж мы говорим про интеллектуальную прозу.

В книге сделано одно удобное допущение для автора - главный герой потерял память о своём детстве, юности и частички зрелости. Он помнит исключительно неважные с точки зрения мозга других людей вещи, какие-то конкретные детали, запахи, особенно из глубокого детства, то что никто обычно не помнит. Никак особенно это всё не обогревается, просто преподносится как интересный факт. Скорее обыгрывает отсутствие памяти, то что персонаж не помнит своих поступков, его (главного героя), конечно же, обманывают, подкидывая фальшивую память. В этом и заключается "вот это поворот" который поворачивает два-три раза в финале. Благодаря этому пару раз получается создавать ощущение саспенса, это слабенькое, ибо это не входит в цели книги. Скорее входит сделать запутанный сюжет, разместить как можно больше ружей в первой половине, а потом довольно отстреливаться во второй.

Отдельно ещё обыгрываются любовные романы, но особо юмора (который был бы ожидаем) над любовными романами я не почувствовала. Было скорее перечисление, описание факта использования, но не более того. Мне не хватило какой-то глубины, мне не хватило размышлений персонажей, рефлексии. Нам дали тупо чувство страха, из-за того что ты совершил глупую ошибку, которую на самом деле ты не совершал. Это неинтересно, это надуманная проблема, которая тут же разрешается. Какой-то душевной надрывности, внутреннего наполнения не хватило.

С точки зрения сюжета выглядит кинематографично, а вот литературной составляющей (не считая обращенного взора на любовные романы и обсуждение литературы в целом) мало.