Кубок войны и танца

Необычная книга в интересном, но сложном для меня формате. Перед нами предстает современный литератор, который "стучится" во многие издательства, но не получает никакого отклика. Небольшой провинциальный городок душит и убивает талантливых людей, превращает их жизнь в обыденность.

Мы видим совершенно обычные вещи, которые делает каждый человек. Наш литератор ходит в магазин, общается с родственниками, ходит по улицам, размышляет, живет, дышит, творит, путешествует.

Книга представляется мне неким симбиозом личного дневника и творческих черновиком. Один абзац - это дневник, другой - творческая запись. Иногда для меня они были не взаимосвязанными. Из-за этого очень сложно читалось. В принципе, сам по себе такой формат выбивал меня из колеи и заставлял снова и снова вчитываться в строчки. Иногда до боли в глазах.

Но! Если разобраться в этих хитросплетениях и понять творческую душу автора, то перед нами открывается необычайная глубина этой книги, необъятная широта мысли и интересное в обыденно. Рекомендую почитать аннотацию, а если есть возможность, то и отрывок. Уверена, многих эта книга зацепит. И зацепит очень сильно.

Отдельное спасибо издательству Чтиво за возможность ознакомления с этим произведением.

Трудно говорить об этой книге, в которой всё такое странное для меня, начиная от слога и заканчивая манерой подачи текста. Добавить ещё, что в книге нет деления на главы, текст идёт сплошным потоком, разбиваясь на цитаты-размышления и зарисовки из жизни. Только привыкнешь или хотя бы приноровишься к одному из потоков, как тебя тут же вышвыривают в другой, в себя приходить не успеваешь, я уж молчу про то, что приноровиться, войти в ритм этих двух частей очень непросто. Так и курсируешь между двумя потоками, ныряешь поочерёдно в каждый из них.

А потом... потом выныриваешь, устраиваешься на берегу и отдыхаешь, потому как чувствуешь - ещё немного и твой мозг взорвётся: от этих слов, от этой странности, иногда даже чуждости, нелогичности, порой немного бреда.

И снова туда, в этот хаос, в эти мысли, в странно-непривычное восприятие происходящего.

"Кубок войны и танца". Что, вернее - чего и с чем? На первый взгляд не скажешь, так много всего смешано, запутано, что найти конец в этой мешанине просто нереально. Могу только строить догадки, почему у книги такое название, но, думаю, не угадаю. Ведь если это скрытые смыслы, то их можно расшифровывать очень долго, а если ничего скрытого нет, то только автор и может сказать, почему он назвал свою книгу именно так.

Точно так же и с моей оценкой книги. Не могу сказать, что плохо-плохо, скорее просто не моё, особенно такая манера написания книги. А слог... Он "съедобен" и довольно неплох.

«О мытарствах литератора в современной России: слово, любовь, смерть, духовные прозрения, соцсети, издательства Москвы, горцы Кавказа, боль и исцеление всего мира и намного больше этого»

— из аннотации к изданию независимого петербургского издательства «Чтиво». Что всё это значит — главный вопрос текста.

Какого текста? Как рецензируемого, так и самой рецензии. На первый взгляд, это поток сознания. На второй — тоже. Ощущение недосказанности вместе с недоумением преследовали долго, пока не стало понятно, что в таком стиле написана вся книга. Затем пришло принятие. Обрывочность фраз и стиль изложения характеризует саму жизнь с её частым мельтешением, бросанием на полуслове, непониманием. И здесь текст становится самой жизнью, вовлекая в себя и призывая окунуться в жизнь автора.

«Лучше быть первым и умереть, чем остаться вторым и жить вечно. Так рассуждают все или почти никто».

Жизнь писателя, возможно, чуть больше, чем другая, выглядит войной. Войной за внимание, тиражи, место под солнцем. Войной в соцсетях. Внутренней войной в виде сомнений, саморазрушения, тщеславия, зависти. Реальной фоновой. Она становится режимом существования, на фоне чего слово становится оружием. И оно борется с материалом текста.

«Космос и человек несовместимы. Сколько ни пихай человека в космос, он будет выскакивать обратно. Вселенная слишком мала для людей. Мизерна и узка».

Кубок — сосуд, в котором текст борется со словом. Либо наоборот, писатель обороняется словом, стремясь высказаться на бумаге. Письмо становится тогда танцем. Танец превращается в искусство письма со своей тонкой хореографией: кроссжанровость, ритм и стиль фраз, вовлечение метафор. Танец — всегда про телесность и отношения своего нутра с внешним миром. Тогда текст — это вовлечение себя в мир и мир в себя. Какой текст, такой и мир. Или нет? Текст может менять мир или писателя? Да. Творчество в хаосе и по краю бездны — между совестью и рыночными отношениями, духовностью и необходимостью быть «в кадре и в тренде», чтобы тебя читали.

«Сколько времени живы мы? Год, два и три. Да вся история человечества длится совсем недолго, словно жизнь хомяка, и состоит из охоты на мамонта, изобретения космоса и полёта в него».

Писатель сегодня — это поток сознания, который вроде как приветствуется. Но вместе с тем отвергается ввиду непонимания со стороны читателя. И писатель вынужден мешать в себе противоположности. Разрушение и творческое начало. Битва и праздник. Исцеление ранением. Мы одновременно боремся с чем-то (часто с самим собой) и находимся в духовных поисках (опять себя же). Парадокс существования и бытия, нескончаемый бал-маскарад.

«Человек признаёт только то, над чем он чувствует своё превосходство. Потому добиваются успеха посредственности и мёртвые».

Кобейн, Акутагава, Вейнингер, Шагал, Мопассан, Фирдоуси и прочие личности, жившие когда-то «до» и оставившие след в памяти человечества. Всё это память, история, на которой мы выросли. Стоит ли их брать с собой в прошлое? Автор начитан, образован, и воспринимает мир через призму всей той философии, которую нашёл среди этих и прочих творцов.

«Решил приготовить салат, взял 200 граммов Кафки, отварил 300 граммов Толстого, нарезал 100 граммов Есенина, всё это смешал, полил сверху Ахматовой, заправил чесноком, солью, перцем и внимательно съел».

Должен ли быть творец голодным и питаться только своими мечтами, идеями и блюдами, приготовленными его героями? Тропы и фигуры речи вынуждают читать неспеша, вдумчиво. Он как сама жизнь, в которой тоже сплошь метафоры, ассонансы и метонимии с перифразами.

«Я снимаю со слов кожу перед тем, как отправить их в кипящую воду моего текста».

Писатель — человек, который жаждет не славы, а хорошего слуха, который поможет ему внять и себе, и окружающим и сочетаться с последними узами. Они-то и помогут, как предполагается, писать и проникать в умы людские.

«Человек становится Богом, выворачивая животное, находящееся в нём, наизнанку».

«Кубок войны и танца» — метафора судьбы современного творца, писателя: жизнь и творчество его находятся на пересечении войны (агрессии, боли, распада) и танца (любви, искусства, игры, исцеления). Книга одной лишь формой повествования показывает, как эти два начала не просто сосуществуют, а перемешиваются в одном кубке — в душе автора, в тексте и в самой реальности.

Эта «Книга года-2019» становится в итоге метафорой той «чаши», которую человеку (или человечеству) придётся испивать до дна.

Эрос и танатос сошлись под одной обложкой.