Лоенгрин, рыцарь Лебедя

Лоэнгрин (англ. Lohengrin) — герой немецких произведений о короле Артуре.

Сын Парцифаля (Персиваль), он — рыцарь Святой Чаши Грааля, посланный в лодке, которую тянут лебеди, чтобы спасти деву, которая никогда не должна спрашивать о его происхождении. Его история — это версия легенды о Рыцаре Лебедя.

Юрий Никитин в новой книге описывает давно известную историю о рыцаре Лоенгрине, сыне Парцифаля. Казалось бы, что тут можно сказать нового? Старый герой, классическая история о любви, чести и достоинстве, о преданности и предательстве. Эта книга рассказывает нам классическую историю, но чуть более подробно и ярко — для многих людей она может оказаться первым знакомством с культурным наследием средневековья, без перевираний и грязи. Но у Никитина получилось показать эту историю по-особенному. Не отрицая того, что мы о ней знаем, не ломая устоявшиеся представления — но привнося в повествование новое, так, что прекрасная история о рыцаре и принцессе стала историей паладина и его жизненного Пути.

Это роман одного героя — Лоенгрина. Таких персонажей в литературе не так много, как хотелось бы. Слишком, слишком часто мы видим «небритых героев» с их недостатками и тараканами — будто писатели хотят провести между читателем и героем параллель. Посмотрите, мол, и они не идеальны — они такие же, как вы, такие же грязные и неумытые. Но Лоенгрин не такой — он в какой-то степени идеален. Читая про его жизнь, начинаешь презирать себя, свою волю и свой путь — хочется зачеркнуть предыдущую жизнь и начать новую, лучшую, стать паладином. Ведь паладин — это рыцарь, преданный идее, которая сильнее любого сюзерена. Стать паладином — значит оставить позади слабости и мирские заботы, значит подняться над миром плотским в мир идей, полностью подчинив свою жизнь великой цели. Пусть Лоенгрин юн и наивен — но он намного мудрее рыцарей и королей, он нашел Путь и не свернет — какие бы преграды не появились между ним и Целью.

Эта история заставила мою душу встрепенуться и поверить, что есть еще силы идти своей дорогой. Что низменные удовольствия значат в жизни не так много, чтобы терять Великую Цель. Что человек существует вовсе не для того, чтобы наслаждать моментом, чтобы прожигать жизнь в нелепых развлечениях — нет, у человека есть более достойные занятия в жизни.

Все таки Никитин из редких авторов, которые пишут самобытное фэнтези. Это не волшебная сказка Толкиена, которая удовлетворяет желания эскапистов в идеальном мире. Это не притча Льюиса, наполненная аллюзиями на реальность. Это не Перумов с его богами, магами и некромантами, с кучей параллельных миров и измерений. Нет, это фентэзи Никитина, и мне оно нравится — жизненное и правдивое, часто жестокое — но с верой в справедливость. Фентэзи с акцентов на поступки персонажей, а не на историю, с описанием мира от лица героев, а не от лица автора.

За что я люблю книги Никитина — кроме разума, они могу крепко схватить меня за душу и не отпускать. Его книги заставляют меня смеяться и плакать, радоваться и грустить, злиться и умиляться. Я переживаю каждую книгу вместе с героями. Удивительный калейдоскоп эмоций спрятан в произведениях этого автора — а для меня это важнее, чем все красоты словесности и хитросплетения языка. Никакая игра слов не сравнится со слезой читателя. Никакая энциклопедичность не сравниться с желанием изменить свою жизнь. В книгах Никитина есть то, что Набоков называл отбрасываемой тенью — особое влияние на читателя, то же, что заставляет сегодня перечитывать Дон-Кихота и сопереживать Одиссею. Страдает стиль — язык явно не для эстетов, страдают второстепенные персонажи — они достаточно картонны, но произведение в целом выигрывает.

«Лоенгрина» читать легко — в хорошем смысле. Это не книжечка для чтения в метро, но язык и манера повествования не отвлекают лишними деталями, не дают вырваться из мира книги в реальный, грубый и неопрятный. Здесь нет излишней зауми и загадок, нет недоговоренности — это все лишнее, когда писателю есть что сказать. Здесь нет даже особой психологичности отношений персонажей — но она тоже не нужна в этой книге. Характер героев автор раскрывает в основном через их поступки — то, как герои поступают в трудных ситуациях и в быту. Сцена битвы Лоенгрина и Тельрамунда показывает нам жизненные принципы Лоенгрина, не считающие убийство победой. Лишь изменив человека, можно одержать настоящую победу, победу не мечом, но идеей. Через небольшие сцены общения Лоенгрина с прислугой мы осознаем его чуждость тому миру, той системе отношений в обществе, когда слуги — немногим лучше рабочего скота. Еще больше это раскрывается в сцене с консуммацией.

Эта книга — не просто пересказ старой истории великого рыцаря. Эта книга об одном человеке — о Лоенгрине. Я это понял не сразу, но когда понял — по-настоящему ощутил ее прелесть и замысел.

Книга совсем не оправдала ожиданий. Это не фэнтези-роман, а поппури, как будто надерганное из других книжек на скорую руку. И ведь сюжет известный! Бедная Лиза… простите, Эльза, которую оклеветали, требует божьего суда. На поединке за нее заступается Лоэнгрин – лебединый рыцарь, весь из себя героический и загадочный. Потом берет ее в жены, а королевство под свою длань. И все бы хорошо, если б не условие (как положено в легендах) – никогда не спрашивать Лоэнгрина, кто он и откуда. Нетрудно догадаться, что оно нарушается – со всеми вытекающими. Эльза у разбитого корыта, Лоенгрин уплывает обратно.

Не торопитесь кричать: «спойлер»! Все это есть в Википедии, сборниках немецких легенд или чудесной опере Вагнера (кстати говоря, классный был писатель!).

Вот и получается, что от опуса Никитина ждешь… красивого изложения известной истории. А получаешь из кусков скроенный текст, который словно вовсе и не перечитывали после написания. (Оцените пассаж: «Лоенгрин успел подхватить падающего и опустил его под стену осторожно, устроил в позе беспечно отдыхающего в сидячей позе». Такого здесь полно.) А еще дура-Эльза и Лоэнгрин, из которого сделали супермена.

Увы-увы-увы.