Благодаря такому вот изданию, подготовленному проектом «Полка», я закрыл сразу три пробела в своей читательской истории. Прежде из всего позднего Толстого читал только роман «Воскресение», а малая (но не менее значимая) проза оставалась где-то в стороне. В этом издании под одной обложкой собраны три значимых и не похожих друг на друга произведения, каждое из них сопровождается небольшим комментариям об истории создания, контексте, реакции публики и всяком прочем разном, что было бы неплохо знать перед прочтением.
Итак, попробую очень кратко поделиться своими наблюдениями, даже сюжет пересказывать не буду, сами всё прочитаете, если до сих пор не удосужились.
Крейцерова соната
Очень странное, скандальное и, я бы даже сказал, кринжовое произведение, в котором Толстой не только декларирует свои взгляды на институт брака (довольно стрёмные даже для его эпохи), но и, что удивительно, вкладывает их в уста совершенно отвратительного героя. И вот ведь вопрос – почему так? Понимал ли Лев Николаич, наделяя Позднышева некоторыми автобиографическими чертами, что «дарит» их натуральному, образцово-показательному психопату? И представлял ли он, как на выход повести отреагируют его близкие, особенно жена? Софья Андреевна, кстати, увидела в образе жены Позднышева большущий камень в свой огород и написала в ответ свою повесть «Чья вина?», но при жизни так её и не опубликовала…
Смерть Ивана Ильича
Ещё одна поздняя классика. Повесть, в которой эталонно передан ужас приближающейся смерти. Огромное влияние на культуру ХХ века, особенно на философию экзистенциализма с её обострённым вниманием к экстремальным состояниям человеческого бытия. Я вот что для себя отметил. Герой повести, Иван Ильич Головин, судебный чиновник, уважаемый в своём профессиональном сообществе, делает хорошую карьеру, причём не абы когда, а в годы судебной реформы Александра II. То есть, занимается серьёзным, полезным делом. И так считают почти все, кроме, собственно, автора повести. Перед лицом смерти Иван Ильич приходит к выводу, что прожил жизнь неправильно, впустую, скверно, занимался вовсе не тем, чем нужно (а чем нужно?). Это как раз неудивительно, многие люди переживают такой кризис, кто раньше, кто позже. Напрягает то, как настойчиво Толстой всё это проговаривает, и то, как упорно он показывает, скажем так, бесчувственность, отстранённость Ивана Ильича в работе с людьми, которым он должен помогать. Вот ведь гад какой, не пропускает чужие беды через себя, и врачи такие же гады, им тоже достаётся от Толстого на орехи! Выпишут рецепт, поставят диагноз – и всё, забыли о больном. Да ещё и ошибиться могут, представьте себе! В общем, профессионализм – фигня, личное отношение рулит. А то, что при таком подходе в некоторых профессиях (во врачебной как раз) и вздёрнуться недолго, Льва Николаича волнует мало. Вообще у меня сложилось такое ощущение, что Толстого пугает… сложность жизни. Все эти разнообразные нюансы, оттенки, писаные и неписаные правила поведения в обществе, сложные клубки человеческих взаимоотношений, мир, где, помимо однозначного добра и стопроцентного зла, существует ещё и 100500 оттенков серого. Да, жизнь сложна и многообразна, и многие видят в этой сложности подлинную красоту. А Толстой, похоже, нет, он как будто видит во всех этих оттенках и нюансах одну сплошную суету, которая прячет за собой некую подлинность, и страшится, и бежит от неё.
Хаджи-Мурат
Эта повесть Толстого, одно из последних его произведений, была опубликована уже после его смерти, причём с огромными цензурными изъятиями (от знаменитой главы о разорении русскими войсками горного аула осталось лишь одно предложение). Заглавный герой повести, Хаджи-Мурат, реальная историческая личность, легендарный участник Кавказской войны, показан как человек внутренне свободный, для всех чужой и неудобный, и не перед кем не гнущийся, как репей. Считают, что в сцене бегства Хаджи-Мурата из русской крепости нашли отражение размышления Толстого о его будущем уходе из дома. Сама повесть по структуре и содержанию, я бы сказал, довольно бесхитростна, этим и подкупает. А ещё, в отличие от других, особенно поздних работ Толстого, авторская позиция проступает здесь не столько через постоянный авторский бубнёж и нравоучения, сколько через слова и поступки персонажей. И это подкупает не меньше.
8 понравилось
