Встаёт, значит, прекрасная, умная и чернокожая Джемисин к микрофону и говорит: “Тупое белое быдло! Вы все расисты и ксенофобы, и знаете, что в вас самое мерзкое? Что вы вечно обобщаете всех чёрных, навешиваете на нас грубые ярлыки и априори ждёте от нас самого худшего”. Скажите, вы тоже видите в этом пафосе двойной стандарт? Сама Джемисин, что, не обобщает, не навешивает и не ждёт самого худшего?

При этом, её роман не признан расистским, более того – он получил номинации на фантастические премии. Фантастические премии за социальную повестку? За выступление против расизма, выраженное языком расизма? Я даже не знаю, что сказать. Разве что, в моём понимании, это не лучший метод борьбы с расизмом. Да чего уж там, это прям паршивый метод.

У Джемисин девять героев. Положительные – афро-американка, афро-американец, мексиканка, индианка, латинос, азиат + чувак смешанных кровей. Мужчины – гомо- или бисексуалы; гетеросексуалы тут все ублюдки. Отрицательные – белая и… белая. Тут всё вражеское – исключительно белого цвета. Все плохие люди, все монстры – белые, буквально. Я щас серьёзно. И Джемисин тоже. Самое смешное, что я бы даже не обратила внимание на диверсивность каста, если бы мне через страницу не втирали про тупорылость белых и крутость POC-ов (People Of Colour).

Блин, вот спасибо, Джемисин, почитали, называется, фэнтези. Из 400+ страниц, тут только последние 50+ – это реально городское фэнтези про то, как районы Нью-Йорка, воплощённые в людях, спасают его от “пришельцев”. Всё остальное – демонстрации на тему вышеупомянутого. Понравилась ли мне книга? Нет. Что я думаю? Что писать такое, как минимум, неприлично. Как максимум, разжигает расовую вражду. Не знаю, кому этим Джемисин хотела помочь. Уж точно не миру, дружбе, жвачке. Я за инклюзивность, но разве она не должна быть… ну… инклюзивной?

Впрочем, идея романа хороша. Жаль только, что не ради неё он, видимо, был написан.

Города как люди, со своим характером, особенностями, историей, психотравмами (почему нет?) И мы привычно говорим, что Москва "... как много в этом звуке", "сердце Родины", "вся куда-то бежит", "слезам не верит", "жирует", "никогда не спит", "не резиновая", "...-ква-ква", "снобская и выпендрежная", "хлебосольная". Выстраивая из этих, и еще дюжины расхожих характеристик, крайне противоречивый образ тароватой барыни, которую обаять архитрудно, но уж если это случится - она не обидит жизненными благами. Да и тех своих подопечных, которые не блещут особыми талантами, пригреет, хотя работать и крутиться заставит, как в провинциях не приходится. И так можно говорить о всяком, наверно, городе, хотя собственной душой, согласно Норе Кейта Джемисин, обладает далеко не любой. И даже не всякая столица.

Про "душу города" может быть, не совсем точно - одухотворять и очеловечивать все подряд вообще-то в нашей природе, но здесь речь о подлинном оживлении города, в результате которого между ним и жителями устанавливается что-то, вроде симбиотической связи, одновременно с разрывом-обрывом множества связей между людьми и пространствами, которые могли бы сложиться, со схлопыванием возможностей для других. В том смысле, что рождение города - это не только радость, но также куча сопутствующих проблем - все как с рождением человека, только масштаб колоссальный. "Город, которым мы стали" - это история рождения Нью-Йорка. Когда приходит время кто-то из людей становится аватаром - совершенным воплощением города. Для Большого Яблока им должен стать чернокожий бродяга-художник, рисующий граффити. Сначала порыв, которому он не может противиться, заставляет его рисовать рты в разных местах, но чаще на крышах высоток - чтобы дать городу возможность дышать. Внезапно парень впадает в кому, а процесс рождения уже запущен, и тогда Нью-Йорк рассеивает роль единого аватара между боро - районами. У каждого появляется свой представитель, собравшись вместе, они должны пробудить Город.

Мани-Манхэттен, молодой человек, сошедший в городе с поезда, забыв прошлую жизнь, но ощутив родство с самым ярким районом города и получив от него некоторые сверхспособности. Бронка-Бронкс, пожилая галерейшица из индейцев Ленапе, работает в Центре искусств Бронкса. хранительница памяти города. МС-Свобода Томасон-Бруклин, в прошлом рэперша, ныне уважаемая дама, член Городского Совета. Падмини-Квинс, аспирантка-математик тамильского происхождения. Эйслин-Стейтон-Айденд, американо-ирландка, дочь полицейского, которая предпринимает безуспешную попытку покинуть Остров, чтобы соединиться с другими боро, но она, в отличие от четверки других, поддается на уговоры, посулы и запугивания Белой - это такая антагонистка в романе, пытающаяся помешать рождению Нью-Йорка подкупом и угрозами. Всюду, где она появляется, ее окружают белые ростки, вроде живой грибницы, и думаю, что не будет большим спойлером, сказать, что она пытается заместить Город нашего мира лавкрафтовым Р`Льехом (но если что, вы этого не читали)).

Книга крутейшая, на самом деле, в ней еще появятся Сан-Пауло и Гонконг, а преодолев порог вхождения (довольно высокий) первых примерно семидесяти страниц, дальше будете только восхищаться. Но практика показывает, что наши люди в булочную на такси не ездят русскоязычный читатель не прощает обратного расизма и всей этой нетрадиционщины - неважно, насколько хороши идея и исполнение. Однако если вы без больших тараканов в голове и цените классное фэнтези - почитайте или послушайте.

"Город, которым мы стали" - городское фэнтези и ода Нью-Йорку.

Сюжет крутится вокруг вечной битвы оживших городов с Врагом из глубин (и да, это именно лавкрафтовская хтонь). Едва воплотившийся Нью-Йорк кое-как отбивается от противника, терпеливо поджидавшего пробуждения города, но у аватара что-то пошло не так и теперь шести воплощениям районов придется его подменить.

Очень много рассказывается о специфике округов Нью-Йорка, различных особенностях, нравах и привычках жителей. О Нью-Йорке я не знаю ровным счетом ничего и мне тема эта не особо близка. Куча отсылок, упоминаемых мест и метафор пронеслась мимо, как электричка, поскольку я просто не в состоянии их оценить. Приведу пример:

"...я одновременно обрушиваю на врага радиацию Лонг-Айленда и токсичные отходы Говануса, которые жгут его как кислота"

"...я бью её Хобокеном наотмашь по заднице, обрушивая на Врага ярость десяти тысяч бухих чуваков, как божий молот. Портовое управление считает этот район почетной частью Нью-Йорка, ублюдок, и тебя только что уделали по-джерсийски."

Как бы в целом понятно, конечно, но мне кажется, невозможно по-настоящему оценить и проникнуться данным произведением тому, кто не в курсе локальных нью-йоркских мемов, не является жителем и не испытывает нежных чувств к этому городу.

И еще, актуальная американская повесточка также на первом плане: аватаром города является бедный чернокожий парень-гей. Если что, это не спойлер, так как уже на второй странице новоявленный аватар Нью-Йорка мечтает переспать с воплощением Сан-Паулу (фейспалм). Это всё выглядит очень странно, но автору лучше знать, наверное.

В общем и целом, на мой взгляд, произведение слишком специфическое. Описаниями городских фишек проникнутся только те, кто жил в Нью-Йорке, а противостояние чудовищам из глубин выглядит фанфиком на Лавкрафта, а не оригинальной идеей Джемисин.