Моя русская жена. Ma femme russe

Какие мы, русские жены, в глазах иностранцев?

Сложно однозначно определить жанр данной книги: художественная публицистика, просветительская мемуаристика или семейно-политический фельетон. Обозначенное автором стремление «развлечь» в процессе чтения трансформируется в «занять», то есть «дать занятие» – уму и сердцу.

Это «двойная» книга. И не только в силу удачно избранного bilingual-формата «русский +», когда запараллеленное двуязычие пробрасывает мост взаимопонимания между людьми, стремящимися к диалогу (личностному, национальному, культурному). Она условно расщепляется на открытый и скрытый текст, развлекательную и философско-мировоззренческую составляющую, где органично сосуществуют легкость мысли и глубина осмысления, юмористичность изложения и серьезность аналитических выкладок. Все зависит от ракурса восприятия.

Не случайно, на титуле расположен один из древних кельтских амулетов «переплетенные сердца», усиленный символом бесконечности. Эта книга о любви, о Доверии (к себе, другому, людям, миру, государству). А еще о достоинстве и уважении. Автор делится своим опытом построения личных отношений, поиска взаимопонимания, попутно деликатно обозначая болевые точки советско-отечественного сознания. Например, отсутствие «культуры гордости обладания», культивирование страха, парализующего разум и уничтожающего уважение, непредсказуемость действий государственной машины (интересный вывод об алкоголизме), система воспитания.

Афористическая манера изложения акцентирует внимание и на понятийно-ценностных «люфтах», образующих зазор во взаимопонимании (фраза «I’m sorry» и «сожаление – прощение – извинение» как воплощение вины; различие индивидуальных ценностных ориентиров).

Это книга-размышление. Она пропитана ненавязчивым изысканным юмором и читается легко и непринужденно. Впрочем, наслаждаться ею следует неспешно, разграничивая информационные пласты и обдумывая сказанное. Здесь нет «пустых» мест. Осталось подчеркнуть удивительное чувство такта, свойственное автору.

Какие мы, русские жены, в глазах иностранцев?

Сложно однозначно определить жанр данной книги: художественная публицистика, просветительская мемуаристика или семейно-политический фельетон. Обозначенное автором стремление «развлечь» в процессе чтения трансформируется в «занять», то есть «дать занятие» – уму и сердцу.

Это «двойная» книга. И не только в силу удачно избранного bilingual-формата «русский +», когда запараллеленное двуязычие пробрасывает мост взаимопонимания между людьми, стремящимися к диалогу (личностному, национальному, культурному). Она условно расщепляется на открытый и скрытый текст, развлекательную и философско-мировоззренческую составляющую, где органично сосуществуют легкость мысли и глубина осмысления, юмористичность изложения и серьезность аналитических выкладок. Все зависит от ракурса восприятия.

Не случайно, на титуле расположен один из древних кельтских амулетов «переплетенные сердца», усиленный символом бесконечности. Эта книга о любви, о Доверии (к себе, другому, людям, миру, государству). А еще о достоинстве и уважении.

Автор делится своим опытом построения личных отношений, поиска взаимопонимания, попутно деликатно обозначая болевые точки советско-отечественного сознания. Например, отсутствие «культуры гордости обладания», культивирование страха, парализующего разум и уничтожающего уважение, непредсказуемость действий государственной машины (интересный вывод об алкоголизме), система воспитания.

Афористическая манера изложения акцентирует внимание и на понятийно-ценностных «люфтах», образующих зазор во взаимопонимании (фраза «I’m sorry» и «сожаление – прощение – извинение» как воплощение вины; различие индивидуальных ценностных ориентиров).

Это книга-размышление. Она пропитана ненавязчивым изысканным юмором и читается легко и непринужденно. Впрочем, наслаждаться ею следует неспешно, разграничивая информационные пласты и обдумывая сказанное. Здесь нет «пустых» мест. Осталось подчеркнуть удивительное чувство такта, свойственное автору.

«Моя русская жена» - довольно интересный рассказ – рассуждение Шетила Сандермоена. Хотя для меня некоторые моменты вызвали явное внутреннее противоречие.

В книге явно прослеживаются две линии, которые неразрывно между собой связаны.

Первая линия – непосредственно взаимоотношения с женой, история отношений и трудности с которыми сталкивается пара, воспитанная в полярно разных условиях. Вторая линия – субъективное отношение автора к советской и постсоветской культуре, менталитету и системе ценностей.

Мне как женщине, выросшей в постсоветской стране, хотя и не заставшей СССР, было интересно узнать, как же станет рассуждать мужчина, выросший в совершенно другой атмосфере.

Давайте разбирать по пунктам. Многое из того, что в отношениях пары зависит от мужчины меня приятно удивило. Я считаю, что безусловно женщина заслуживает на такое отношение со стороны мужчины. Да и вообще Шетилу Сандермоену можно смело расширять свою образовательную программу добавив в нее курсы повышения квалификации для мужей из СНГ. Хотя, справедливости ради, одностороннее «повышение квалификации» вряд ли решит все проблемы. Женщинам тоже есть чему учиться. Пожалуй, пример таких семей, как чета Сандермоен, описанный в этой книге, очень ярко иллюстрирует что семейный климат — это усердная работа двоих.

Тут подходит очередь второй линии. Именно в ней есть моменты, с которыми я согласиться не могу. Автор старается как можно мягче говорить о тех глобальных факторах (государство, мораль, система ценностей, менталитет), которые влияют на проблематику в семьях. Сглаживает эти аспекты, рассказывает, о том, что его восхищает в русских. И я знаю множество примеров, подтверждающих его рассуждения. Но знаю и достаточно исключений. Есть не мало пар, живших в СССР и постсоветском пространстве, с той же системой ценностей и идеалов. Тем не менее отношения в этих семьях более приближены к тем, которые автор описывает в этой книге. Иным словом, нельзя исключать влияние государства, менталитета и идеологии на формирование института семьи. Но и признать влияние этих факторов всеобъемлющим я тоже не могу. Может в силу того, что я выросла в постсоветской стране и подсознательно защищаю то, что мне ближе. Или потому, что живя в такой стране я вижу не один и не два примера, опровергающие рассуждения Шетила. Я все же считаю определяющим фактором именно внутренний стержень, силу воли и наличие искренних чувств в отношениях. А поэтому, мне было бы очень интересно пообщаться с автором в живую, имея возможность задавать вопросы по ходу беседы и делиться своими наблюдениями на эту тему.

Цель книги, по заверению автора, ознакомительная, с возможным побуждением к размышлениям. И с этой задачей однозначно справляется. Потому, к прочтению рекомендую.