
Само собой получается, что 2026 для меня стал годом русскоязычных авторов, хотя ещё пару лет назад за год таких книг было не больше трёх. Много новых имён открыла для себя за это время, с кем-то хочется идти дальше, а кто-то, как в данном случае, вызывает сомнения, несмотря на то, что особых претензий нет. Мне показалось, что эту книгу я читала бесконечно долго. Вымучивала её, в надежде на то, что ещё несколько тягучих страниц и ей удастся увлечь меня. Ничего не происходило и я продолжала продираться через дебри связей, которые устанавливались между героями через года.
Неизменным оставался только некий Костя, который сбежал из городка, обнесенного чуть ли не колючей проволокой под током, с портфелем, в котором унёс с собой достаточное количество обогащенного урана. Мчит этот Костя не помня себя, видя свое изображение на стендах «Их разыскивает милиция», прыгает из поездов, практически на ходу, ломает рёбра, (потом правда со всеми своими переломами умудряется подтягиваться на сваях, прыгать с высоты и много чего еще героического совершает), куда-то едет с цыганским табором показывая фокусы. И совершенно непонятно причём тут он, если речь давно идёт о девочке Саше и её подруге Кире, о девушке Тане, которая недолго встречалась с неким Борей, (но его ненадолго из повествования вывели, чтобы потом, волшебным образом вернуть), родила сына, оставила его на воспитание далёкой родственнице Лере.
Причём тут вообще дом? Это, спустя много-много страниц текста, выяснит та самая девочка Саша, к тому времени она станет уже вполне взрослой женщиной Александрой, которая за коробку шоколадных конфет проведёт несколько дней перебирая пыльные бумаги с датами рождения и смерти всех жильцов, долгие года живших на улице Карла Макса. Выводы будет сделаны печальные, но на этом всё и закончится. После останется только ряд вопросов и предложение додумать что-то самому, связав оставшиеся концы нитей, не довязанные автором.
Понравилась ли мне книга? Нет. Она вязкая. Язык, коим она написана, царапающий. Взгляд то и дело спотыкается о фразы вроде: «она не помнила, что помнила и «созданный тобою шедевр лежит перед тобою». Читать что-то ещё написанное Элькиной стану вряд ли, как по мне это трата времени, а ему есть гораздо лучшее применение.


























