Жизнь Микеланджело

«Хорошая живопись, – сказал Микеланджело, – это как бы сближение, слиянье с богом... Она лишь копия его совершенств, тень его кисти, его музыка, его мелодия... Поэтому художнику недостаточно быть великим и умелым мастером. Мне кажется, что и жизнь его должна быть возможно более чистой и благочестивой, и тогда святой дух будет направлять все его помыслы...»

Знакомый стиль, знакомые чувства, знакомая передача эмоций, чем-то отдаленно похоже на Стефана Цвейга. Эмоции переживания, эпопея, грандиозность, судьба, величие человека. Именно то, что вдохновляет, то что заставляет читать не отрываясь, удовольствие от понимания масштабной личности; удовольствие от его пороков, от его желаний, от его героической судьбы, о том, что он представляет собой не только, как великий скульптор, но и как человек, как личность, как характер, который преодолел огромное количество тяжестей и сложностей, который пережил очень не простую, не легкую судьбу, который жил, творил и существовал только своим творчеством, которое является на самом деле им.

Как и многие гении он пребывал в постоянной нужде, постоянно работая для Папы Римского, в том числе знаменитый коллаж памятников для Юлия второго, который так и не был закончен по оригинальной задумке, а был значительно упрощен, как  было и с  работой для Медичей. Являясь настоящим творцом, художником, который увековечил свое время, он не мог быть не зависим от политических взглядов, своих работодателей, которые загружали его работой. Его стиль был очень кропотливый, требовавший больших затрат времени, множество рисунков, эскизов, незаконченных работ - очень многие идеи он оставил своим потомкам.

Он любил свою Родину Флоренцию, но в какой-то момент ему пришлось ее покинуть, его атаковал страх, но затем он возвращается, делает все для ее обороны, а затем вновь гонимый врагами уходит из нее. Он также любил своего отца, братьев, которым ссужал часть денег, хотя они явно обирали его. Позже он полюбит своих племянников, которые, так как он не имел детей,  станут для него продолжением рода. Но главное его наследие - это его работы, его бессмертное творчество.

Под конец жизни у него звенело в ушах, подагра, камни в почка, бессонница, другие болезни - он работал по ночам, работал по множеству часов, иногда валясь от болезни прямо на пол, но через какое-то время приходя в себя и снова начиная работать. Смерть в каком-то плане стала для него избавлением, но он работал до скончания своих дней - огромное количество произведений искусства, заготовок, работ, рисунков. В целом это был человек, который отразил духовность своего века. В его время произведения искусства являлись главным продолжением идей человечества, его облика. Ему удалось обессмертить свое имя и свой век.

Жизнь Микеланджело

«<…> Тот, кто вас знает, ценит вас выше ваших произведений, тот же, кто вас не знает лично, превозносит творения ваших рук, а ведь это не самое совершенное, что есть у Микеланджело». Так говорила известному скульптору (а Микеланджело считал себя именно скульптором, а не художником) его подруга Виттория Колонна. Думаю, также думал и Ромен Роллан, автор произведения «Жизнь Микеланджело». Роллан, конечно, много говорит о произведениях Микеланджело, но не меньше говорит о его характере, увлечениях, о том, что любил прославленный скульптор, а к чему был равнодушен. Читая роллановское жизнеописание Микеланджело, видишь перед собой живого человека, забываешь, что с тех пор прошло уже около пятисот лет, листаешь страницу за страницей и не замечаешь, как проходит время. Мне было очень интересно узнать подробности жизни Микеланджело. Да и, откровенно говоря, я не так уж много о нём знала. От Ромена Роллана я узнала, что Микеланджело был честен, всё время заботился о других и в последнюю очередь думал о себе. После того, как его старший брат ушел в монастырь, Микеланджело стал старшим вместо него, стал заботиться, чтобы у других его братьев и его отца было всё, что нужно для жизни. Микеланджело был не беден, много денег посылал в семью, раздавал милостыню, помогал бесприданницам выйти замуж. Он был прекрасным другом, готовым всегда прийти на помощь, верным, ничего не требующим взамен. Микеланджело любил животных, особенно кошек. Скульптор никогда не заботился о своем столе, он довольствовался малым. Микеланджело много работал, был верным христианином. У Микеланджело были любимые друзья, но как видится из произведения Ромена Роллана, скульптор нередко чувствовал себя одиноко. Вдобавок ко всему, он мучился по поводу работы: он брал много заказов, нередко потому только, что не мог отказать, сказать твердое «нет, я не буду браться за эту работу», а на исполнение всех заказов у него не хватало времени и сил. И ещё скульптор часто был недоволен своими произведениями, он мучился сомнениями. Микеланджело старался многое успеть, работал вплоть до смерти. Скульптор умер 18 февраля 1564 года, а за несколько дней до этого, 12 февраля «Микеланджело провел целый день на ногах возле своей “Пьета”». Наверное, работа для Микеланджело была не только увлечением, но и утешением. Он прожил долгую жизнь, а дожив до преклонного возраста, остался без любимых друзей – все они ушли в мир иной раньше, чем он. Микеланджело тяжело переживал утрату своих друзей. Он всегда отдавал себя до конца: и в работе, и в дружбе, и в родственных отношениях. Поистине это был титан эпохи Возрождения. Гений Микеланджело Буонарроти. P.S. Книга Ромена Роллана «Жизнь Микеланджело» очень фактографична: автор опирается на отзывы современников, корреспонденцию, свидетельства очевидцев.

Далее я приведу несколько отрывков из произведения Ромена Роллана «Жизнь Микеланджело»:

1. «Слагать стихи Микеланджело начал с детства; это было для него непреодолимой потребностью. Его рисунки, письма, наброски испещрены записанными наспех мыслями, к которым он снова и снова возвращается, углубляя их и оттачивая. К сожалению, в 1518 году он сжег большую часть своих юношеских стихотворений; а некоторые уничтожил незадолго до смерти».

2. Сонет Микеланджело о любви:

«Если чистая любовь, если безграничное движение, если общая судьба объединяют два любящих сердца; если злой рок, преследуя одного, ранит и другого; если один ум, одна воля управляет двумя сердцами; если одна душа в двух телесных оболочках достигла бессмертия и крылья её достаточно сильны, чтобы вознести обоих к небу; если любовь золотой своей стрелой разом пронзила и жжет грудь обоим; если один любит другого и ни один из двух не любит себя; если высшее счастье и радость для них – стремиться к одной цели; если вся любовь на свете не составила бы и сотой доли той любви, той веры, что их связует, - неужто же мгновение досады может разрушить и развязать такие узы?».

(Микеланджело, «Стихотворения», сонет ХLIV).

3. 1546 год – «Варки прочитал и комментировал один из его <Микеланджело> сонетов перед Флорентийской академией. Он находил в нем “античную простоту и глубину мыслей, достойную Данте”. Микеланджело воспитывался на Данте. “Никто не понимал Данте и не знал его произведений лучше Микеланджело”, - говорит Джанотти. И никто не вознес поэту более восторженную хвалу, чем Микеланджело в прекрасном своем сонете “Dal ciel discese…” [“Сошел с неба…” (итал.) – Прим.ред.] («Стихотворения», сонет CIХ, 37). Он превосходно знал также Петрарку, Кавальканти, Чинно да Пистойя и классиков итальянской поэзии. К ним восходит поэтический стиль Микеланджело. Но окрылял его поэзию пламенный идеализм платоников».

4. «Он <Микеланджело> был очень воздержан в пище и питье. Когда он был молод, он мог, чтобы не отрываться от работы, довольствоваться куском хлеба и глотком вина. В старости, после завершения «Страшного суда», он приучился пить вино, но пил весьма умеренно и только по вечерам, когда дневная работа была окончена. Несмотря на богатство, он жил как бедняк. Редко-редко когда у него обедал кто-нибудь из друзей; подарков он тоже ни от кого не хотел принимать, так как считал себя в таких случаях навек обязанным. Благодаря воздержанной жизни он всегда чувствовал себя бодро и очень мало спал» (Вазари).

Микеланджело. "Мадонна с младенцем". Около 1521-1534 гг. Мрамор. Высота: 226 см. Новая сакристия церкви Сан-Лоренцо, Флоренция. (Все изображения кликабельны).

Микеланджело. "Святое семейство". Около 1504-1506 гг. Доска, темпера. Размер 120 x 120 см (с рамой 170 x 170 см). Галерея Уффици, Флоренция.

Микеланджело. "Мадонна у лестницы". Около 1490-1491 гг. Мраморный барельеф. Размер: 56,7 x 40,1 см.

Микеланджело. "Давид". 1501-1504 гг. Мрамор. Высота: 410 см. Академия изящных искусств, Флоренция.

Дальше...

Роллан в предисловии пространно поясняет себя, но выглядит это, если честно, как оправдание. Я согласна с тем, что биография - и совсем не важно, чья - должна быть максимально "приближена к оригиналу", то есть, негоже биографу чересчур высоко превозносить главного героя, и умалчивать о всяких разных нелестных деталях тоже не стоит. На самом деле, это тот самый случай, когда нужно начинать читать без особых ожиданий и не формировать в голове вещи вроде "о, Микеланджело! Тут будет о Ренессансе и об искусстве, а ведь я так люблю и то, и другое!", потому что вы можете разочароваться.

Как я понимаю, Роллан пытался соблюсти баланс между "Микеланджело как человек искусства" и "Микеланджело как обычный человек", но так явно тыкает читателя носом во второе, что первое - а оно там все же присутствует - теряется, обесценивается и становится "вроде как и не важно". И герой в таком контексте выглядит кем угодно - но только не одним из величайших творцов своего времени. Хорошо еще, что хотя бы это Роллан не оспаривает. А кем он выглядит - это читатель может уяснить для себя сам, прочитав биографию.

Дополнительной ложкой дегтя - если не здоровенным черпаком - стал тот факт, что последние две трети книги превратились в сплошную христианскую проповедь. И ощущение было такое, будто на уши читателю насильно навешивают проповеди о благочестии и подобном. Держу пари, все бы воспринималось иначе, не будь все до этого таким... хм... довольно категоричным и нравоучительным, но вместе с этим - смотри предисловие - вроде как правильным, ведь "именно так должна выглядеть биография". Словом, попал Ромен Роллан в классическую ловушку художественной биографии или нет - это пусть решает читатель, а я для себя свои выводы сделала. И, если честно, книга оставила очень тяжелое впечатление - ощущение разбившегося идеала.

Может, я и правда все идеализировала? Мне, к примеру, хотелось бы прочитать о пребывании Микеланджело под опекой Лоренцо Великолепного, и была весьма интересна подача автора - я думала, что это будет выглядеть тут довольно логично, ведь этот момент в биографии героя является одним из ключевых. Но данной теме Роллан уделил буквально несколько строк. Имя самого Лоренцо он упоминал пару-тройку раз, а однажды вообще наградил "очень лестными" эпитетами вроде "бледный, слабый" и тому подобное. И, если не ошибаюсь, все эти разы он говорил не о самом Микеланджело, а описывал "что-то отвлеченно-флорентийское". К Лоренцо я тоже отношусь очень тепло, так что еще одна ложечка дегтя. Пусть и знаю, что он и правда был не из самых здоровых и не из самых кросавчегов, тут уже ничего не попишешь.

В итоге можно сказать вот что. Большое спасибо Ромену Роллану за книгу - как и всегда, благодарность писателю за труд. Тем более, за такой - а труды у него всегда вдумчивые и основательные, такие, какими и должны быть труды по истории. В остальном же я очень огорчена.