История русской революции. Том I

Это трехтомное издание «Истории русской революции» от одного из виднейших ее участников я купил прошлой весной по случаю в своей любимой стоковой палатке на Курской, которая правда теперь накрылась медным тазом стараниями нового мэра. Читать начал примерно в сентябре, и т.к. читаю теперь только в метро, то закончил вот лишь вчера.

Из произведений Троцкого до этого момента я читал только «Сталина», и уже тогда меня поразила его стиль изложения. И здесь это впечатление только усилилось. Троцкий реально здорово пишет, сочетая логичность и аргументированость изложения с эмоциональностью и местами страстностью изложения.

«История русской революции» хороша тем, что автор был одним из главных участников ее последнего этапа. При этом он не ограничивается только своими воспоминаниями (он вообще называет себя только в третьем лице), но и привлекает свидетельства других очевидцев, причем с разных сторон.

Кроме того, Троцкий не только, и даже не столько просто излагает события, сколько анализирует их, высказывает свое отношение и свою точку зрения. Это, конечно, ни черта не отстраненное историческое исследование, это историческое исследование с четких позиций конкретного человека.

И местами автора заносит, причем заносит весьма здорово. Это и в тексте видно невооруженным глазом, но совсем буйным цветом заносы расцветают в приложениях. Там Троцкий нещадно бичует Сталина за отказ от мировой революции, за попытки построить социализм в отдельной стране. И апелирует к цитатам из Ленина, старых большевиков, марксистов и т.п. И вот чем больше это читаешь, думаешь: «Черт, пора становиться сталинистом. Кабы ИВС вас всех не зачистил, то вы бы таких дел наворотили, что от страны бы точно ничего не осталось»

Несмотря на внушительный объем книги читается очень интересно и для интересующихся тематикой чтение из разряда маст рид, однозначно.

Не хотят люди перемен, даже малых. Потому и происходят революции. Дотерпят до того, что накопившиеся проблемы как лавина падают на голову, ведь их не решали своевременно. Надеялись еще сотню лет прожить по обычаю, и вот результат косности: революционный взрыв. А проблем-то за столетия накопилось много: и земельный вопрос, и национальный, и рабочий, а тут еще и война. Так возникла революционная ситуация, обострение нужды и бедствий. Революция имеет свою логику, идет по нарастающей: сначала к власти идут умеренные монархисты, их сменяют республиканцы, тех крайние радикалы. Если страна технически отсталая и программу радикалов нельзя выполнить полностью, идет отлив: радикалов вытесняют бюрократы. Так было в Англии в 1640-м году, во Франции в 1793-м, так было и у нас в 1917-м. Троцкий - лидер радикалов, и все эти этапы прекрасно видит, чувствует их внутреннюю логику. Интереснейшее повествование от участника, и во многом организатора тех событий. Очень хорошо даны особенности развития России: морозы, большие пространства, рискованное земледелие, слабость городов, перевес деревни, частые войны, отсюда централизм и замедленность. Высмеяна мысль, будто войну сорвали большевики - разочарование в войне началось и без них, Россия вступила в войну как слабый партнер Антанты, взвалила непосильную ношу. Показано бессилие либералов, эсеров, меньшевиков. Прекрасно описано, как делать заговор и переворот на волне массового движения. Рассказано об идеалах, изначальных целях устроителей переворота: социальное равенство, индустриальная модернизация, создание плацдарма для мировой рабочей революции. Нет пафосной героизации: легендарный "штурм Зимнего" - всего лишь постепенное заполнение дворца группками красногвардейцев, и вытеснение юнкеров. Но автор понимает мировую значимость происходящего. Поучительное чтение.

Данное мнение распространяется лишь на свежепрочитанный Том 1 о Февральской революции. Вкратце – это теологическая книга. Все рассуждения и выводы основаны на вере в марксизм и, как следствие, некое мистическое сверхзнание масс, а поверху намотано безудержное желание показать "руководящую роль РСДРП" и полную конгруэнтность Троцкого с Лениным. Вся предыстория Февральской революции показана на относительно небольшом числе чужих воспоминаний, поскольку и Ленин и Троцкий примчались в Питер уже «после пожара». Старательно выпячивается роль большевиков и замалчивается роль других партий. Но даже из текста заметно, что большевиков в городе было мало и большой роли они не играли. Рассказы о Романовых, и о государе, и о Распутине читать было странно – сказалась отвычка от революцьонного лексикона. Троцкий подчеркнул этническую принадлежность секретаря Распутина зачем-то. Шалуун. Троцкий делает попытку объяснить роль инородцев в революции, но попытка вышла скомканная и неуклюжая, и так ничего и не объяснил он… Попытка Троцкого поприкалывать Сталина и Каменева традиционно понятна и удивления не вызвала. Рассуждения Троцкого об экономической отсталости России и отсталости армии не вызывают ни малейшего доверия. Особенно после того, как он сам же говорит, что реформы Столыпина радикально изменили крестьянскую жизнь.

«Сельское хозяйство вошло в стадию несомненного капиталистического подъема. Вывоз земледельческих продуктов из России вырос за пять лет (1908–1912) с 1 миллиарда рублей до 1 1/2. Это значило: широкие массы крестьян пролетаризовались, верхи деревни выбрасывали на рынок все больше хлеба.»

Ага, все хорошо, конечно, и, тем не менее – полный абзац. Для меня лично был нов тезис о том, что

"Разбитая Россия на буксире победоносной Антанты означала бы колониальную Россию."

Такого я раньше не слышал (каюсь!) и логики этого тезиса не понял. Но я точно понимаю, как его можно было впаривать полуграмотным рабочим и неграмотным солдатам. Уровень историко-экономического анализа – плачевный. Aналитег Троцкий неубедителен и выглядит откровенно слабо. Но трибун революции совершеннейше блистателен в своем использовании демагогии. И главное. Троцкий постоянно рассказывает о том, как рабочие и солдаты «поняли», «разобрались», «чувствовали». Что они могли понять и почувствовать? Рабочий класс находился в стадии формирования – еще практически отсутствовали высококвалифицированные рабочие, среди солдат подавляющее большинство были неграмотными. Они могли только верить лжи революционных вождей! Совершенно бессовестной и циничной лжи. Если предельно обобщить впечатление от прочтения Тома 1, то в Петрограде проходил майдан, за право оседлать который боролись несколько групп беспринципных идеалистов. По крайней мере, мне до сих пор кажется, что и Троцкий, и Ленин, и Чхеидзе, и Милюков – они все искренне верили, что вот-вот можно будет построить новое государство, сильное и справедливое. Они рвались к власти, используя любую риторику, коверкая и извращая свои же собственные идеи – при этом продолжая в них искренне верить. Ведь именно поэтому Ленин нигде не может ничего нормально разъяснить – ему непременно нужно создать новую классификацию и понавешать ярлыков и кличек. Без ярлыков ту микроскопическую разницу между ними будет и не видно! Они различались лишь уровнем своей циничности. Вот те, кто выставлял «девочек и мальчиков» впереди себя, они и сделали эти революции.

«Около 11 часов утра толпа из 607 000 человек, имея впереди мальчиков и девочек, двинулась по Каменноостровскому проспекту. Пристав, ввиду неисполнения участниками толпы требования его прекратить шествие, приказал наряду конно-полицейской стражи рассеять толпу. После того как улица была очищена и следовавшие по ней рабочие отошли на панель, из публики, стоявшей у дома № 4 по Каменноостровскому проспекту, был произведен безрезультатный выстрел из револьвера в наряд полиции.»

Из воспоминаний А.Г. Шляпникова. Итог: «труд» на двоечку.