Пока не сыграл в ящик
Среди тонн страниц современной русской литературы редко встретишь что-то по-настоящему оригинальное. Волей-неволей вспоминаешь, ходившее в прошлом веке мнение о том, что жанр романа — мертв, и ничего нового в этой форме уже никто не напишет. Отчасти так оно и есть — навряд ли кто-то сможет переплюнуть Джойса или Пинчона в новизне формы и стиля. К тому же нельзя забывать, что есть еще и Пруст, и Набоков, и Уоллес, и многие другие писатели поствикторианского периода литературы, которые модернизировали жанр и вдохнули в него новые силы. Но как обстоят дела с романом сейчас? Говорят ли писатели что-то новое или продолжают из года в год тиражировать одинаковую прозу, потихоньку деградируя к упрощенным формам прошлого? Так оно и есть.
За редким исключением современная литература не дает читателю ничего нового. И не стоит путать понятия хорошей литературы и новаторской — качественной прозы и поэзии в наши дни хватает. Разговор о форме, стиле, композиции, — отличной, выделяющейся прозе, голосе, который нельзя было бы спутать ни с чьим другим. И вот такого в современной литературе мало. Оттого мне втройне радостно читать такие романы, как «Гнездо синицы» молодого писателя и переводчика Ромы Декабрева. Свежий, оригинальный и не затертый до дыр текст, который, даже если бы был плохим (а он таким не является), я бы прочитал с большим удовольствием, потому что хоть кто-то, наконец, делает не так, как это принято сейчас, а как это будет принято через несколько лет, когда читатель вновь устанет от типизированной литературы и возьмется за нестандартное и оригинальное. Сейчас же такие работы не получают ни широкой огласки, ни серьезных номинаций, — дальше большого списка «Большой книги», состоящего из 322 претендентов книга не прошла (зато прошли бездарные романы, которые не то что новое, а даже старое не в состоянии толком выговорить). Плохо ли это? Ни в коем случае. Просто надо понимать, что «Гнездо синицы» — белая ворона, тот самый нелюдимый паренек на задних партах, которой через пару лет после выпуска прогремит на весь мир с каким-нибудь невероятным изобретением или, что нам ближе, с большим романом, способным в корне изменить текущие тенденции в литературе.
Причем интересно, что даже те рецензенты, кому понравился роман, кто нахваливал его и старался разобрать по полочкам, говорили устаревшим языком, пытались загнать нестандартную прозу в рамки типичных терминов. Осмелюсь сказать, что и сам автор в одном из интервью говорил о своей работе не тем языком, которого она заслуживает, хотя в этом виноват скорее интервьюер, а не Роман. Дело в том, что в «Гнезде синицы» нельзя и не нужно искать протагонистов, сюжет и линейность. Композиция хоть и выстроена по некой, задуманной автором, логике, но она не нуждается в привычных терминах и выражениях. «Он разрывает фабулу!» — «Да ладно, правда что ли?» Какой смысл грести все под одну гребенку? Я понимаю, если бы мы жили в середине девятнадцатого столетия и вдруг нате — «Гнездо синицы» с отсутствующим или даже перемешанным сюжетом, обрывками снов, воспоминаний, быть может, галлюцинаций. Тогда да, можно было бы и удивиться, но мы живем в двадцать первом веке и пытаться искать в таком романе главных героев и остальные признаки жанра — не стоит. Ближе всех к правде оказалась критик и обозреватель Анастасия Шевченко, которая главным героем романа назвала память. Уж лучше так, чем Паша, Егор, Дима, Стужин, которых в книге на самом-то деле и нет (есть только их имена). В этом Декабрев близок к моему любимому Набокову, который откровенно отрицал лирических героев и прямо говорил им: «вас создал я».
В таком случае у читателя этой рецензии возникнет вполне справедливый вопрос: «А что такое "Гнездо синицы" и как это вообще читать?» Отвечу. Представьте, что вы пошли в музей современного искусства. Открываете дверь в выставочное пространство, а там — темнота. Из освещения только тусклый свет под потолком. Начинаете продвигаться вперед. Смотрите по сторонам и замечаете, что бетонная стена справа от вас плавно перетекает в стекло, за которым стоит каталка с трупом. И вот вы продолжаете идти вперед, а каталка следует в ногу с вами — и мертвец при этом все время что-то говорит, пытается объяснить те обрывочные образы — картины или скульптуры, которые возникают по другую, левую, сторону галереи. Разобрать, что говорит труп тяжело, но можно. Иногда из его уст доносятся весьма интеллектуальные перлы вроде: «Человек — это ложь и жестокость. Всё полотно человеческой истории удачно смонтировано ложью», но куда чаще томным голосом произносит какие-то запутанные фразы по типу: «Я смотрю на маску, а маска смотрит на меня. Я смотрю вместе с маской». Так вы и идете, преследуемый трупом, до конца зала, откуда в результате выбегаете с выражением полнейшего недоумения на лице.
«Гнездо синицы» — это книга, которая в первую очередь впечатляет. Вы можете совершенно ничего не понять, попытаться вникнуть и все равно остаться с пустыми руками. Не зря в аннотации издатель назвал работу Декабрева «романом-иллюзией». Весь текст построен так, чтобы добиться чувства иллюзорности происходящего — пустоты как фабульной, так и поэтической. Метафизика романа — пустота, наполненная сознанием. В тексте просто не нашлось место осязаемому; все, что вы прочитаете, будет метафорой, ссылкой, очередным переходом к следующей мысли, за которой нет никакой почвы. И самое важное, что это все не пустые слова, а действительно воплощение идеи, некого концепта. Ведь что оскверняет искусство последних нескольких декад — коммерция, напускной символизм и смысловой вымысел. В работе Декабрева этого нет. Он строго следует наставлению из своего же романа и «не путает глубину с пустотой». Его текст не потому сложный и запутанный, что он хотел «залететь в тренд» или заработать денег, а потому, что для воплощения его идеи нужна была именно такая форма и такой стиль. И неважно, что большинство роман не поймет и назовет его нечитаемым, главное, что писатель сделал то, что хотел и сделал это достаточно качественно.
У текста есть свои недостатки — мне, например, не хватило целостности, уверенности авторского голоса, но, как уже было сказано выше, я многое готов простить за глоток свежего воздуха после череды хороших, но традиционных романов, заполонивших современное литературное пространство. Уверен, Рома Декабрев способен на гораздо большее, и что-то мне подсказывает, что этот писатель из числа тех, кто своей работой вечно недоволен, поэтому не сомневаюсь, что следующая книга автора, с проделанной работой над ошибками и возмужавшим стилем, уже не за горами, а нам, читателям, остается ждать и день за днем разбивать ржавые цепи литературной дозволенности, и готовить себя к новому ответвлению, напрасно позабытого, модернизма.
149 понравилось
