Я помню музыку Прованса

Когда-то очень давно я влюбилась в одного скандинавского писателя (который очень многим не нравится) только за то, что его персонаж писал изумительные списки: того, что любил в детстве, того, что собирается сделать. Скажу по секрету: я большой любитель списков, но почти всегда они касаются моих планов. А вот списки о прошлом писать мне в голову не приходило... Героине этой книги, бабушке Жанине, это тоже пришло в голову не от нечего делать... Понимая, что память её умирает, получив врачебное подтверждение этого, она спешит из последних сил, чтобы растянуть время, чтобы успеть многое и многое рассказать любимой внучке. И не то, чтобы в её жизни были какие-то судьбоносные ля мира секреты, нет, скорее - это просто история одной жизни, довольно обыкновенной, овеянной лишь прозрачной вуалью несбывшейся большой любви... Лично у меня мурашки по коже от вот такого списка, одного из первых в дневнике Жанины:

Мне восемьдесят девять лет. Моего сына зовут Ив. Он живет в Лос-Анджелесе и работает в кино. Он родился 24 января. Мою внучку зовут Джулия, она живет в Париже, родилась 10 июля (дальше список телефонных номеров). Подругу, которая меня навещает, зовут Люсьена. Она любит абрикосовый пирог, у нее день рождения 18 ноября. Надо будет подарить ей какой-нибудь сантон — она их собирает. Я люблю: песни Азнавура, танцы под аккордеон, расследования журнала «Пари-матч», программы Наги, телеигру «Интервилль», печенье с инжиром «Фиголю» и все романы Агаты Кристи. Я не люблю грейпфрут с сахаром, фильмы ужасов и спагетти. По утрам я пью сладкий кофе с цикорием «Рикоре» и ем два хлебца «Кракотт» с маслом. Мясника зовут Серж, булочницу — Фанетта. Багеты я люблю румяные, а ветчину — тонко нарезанную. В первый четверг месяца я хожу в парикмахерскую к Мари-Белль. Не люблю холодную воду и когда лак попадает в глаза. Почтальона зовут Ноэль. Чтобы быть в курсе новостей, дать ему денежку. ПИН-код моей банковской карты — 2430. Деньги я держу на кухне в третьем ящике сверху. Мне не нужны: новый набор кастрюль, кондиционер и новые окна.

Стоит только задуматься, как чувствует себя человек, понимая, что он может забыть что угодно...

Собственно говоря, эта книга, в которой сплетено множество клише и привычных писательских приёмов, пожалуй, от других подобных отличается тем, что, подняв тему страшной болезни, автор не собирается этим способом давить из читателя слезу. Все моменты, возможно, на это рассчитанные, связаны с историей любви, а не болезни. Умирающая Жанина угасает с ощущением светлой печали, в те моменты, конечно, когда она себя осознаёт. События в жизни парижской внучки Джулии (бабушка всегда зовёт её Лили или стрекозкой; стрекоза по-французски la libellule, и тут мне не очень понятно, почему нельзя было оставить в переводе французскую версию имени - Жюли или уж Джули, которая гораздо больше созвучна с этими, данными бабушкой именами), приехавшей к бабауле в Прованс, всё-таки вторичны, на мой взгляд. Встреча с Феликсом - молодым парнем, который ухаживает за бабушкой в доме престарелых, будучи танцором кабаре, но боящимся настоящих кастингов, мгновенно вспыхнувшая любовь с Антуаном, трюфелеводом, недавно приехавшим в эти места, оживление в доме старости, когда старики начинают собственный "бизнес". Все эти кусочки сюжета параллельно развиваются и хорошо складываются в общую картину. Но я подспудно всё ждала следующий список...

Список того, что я надеюсь забыть

Музыку из телевизионной рекламы. Имя убийцы из «Тайны желтой комнаты». Как выглядит клещ. Запах брюквы. Как считать деньги во франках. Гимны маршалу Петену, которые мы пели в школе. Номера телефонов умерших людей. Сколько мне лет.

Список маленьких радостей жизни

Плести венок из ромашек. Смотреть рождественскую пастораль. Видеть, как на мою блузку садится божья коровка (бабочка тоже сойдет). Найти сюрприз в рождественском пироге. Танцевать фарандолу. Найти в книге старый билет в кино (или двадцать франков в кармане). Слушать Эрве Вилара. Отщипнуть кусочек свежеиспеченной нутовой лепешки. Улечься на свежие простыни. Слушать, как поют сверчки летним вечером. Подбрасывать блинчики на сковородке. Хохотать до упаду с Люсьеной. Прихлопнуть комара, который жужжит над ухом.

Сентиментальный роман о тайнах прошлого, прощении и любви. Данная серия заинтересовала как привлекательными обложками, так и обещанием историй о женщинах. "Я помню музыку Прованса" меня расстроил ощущением вторичности, многочисленными клише, излишней романтичностью и тем, как ловко "переобулся" в любовный роман.

События разворачиваются в двух временных линиях. В настоящем, когда внучка Джулия приезжает к бабушке после плохих известий о ее здоровье, она упала и скорее всего уже не вернется домой. Жанина страдает потерей памяти, пытаясь всеми способами отсрочить это, составляя списки о том, что любит, кого знает, какие передачи смотрит, сколько ей лет и как зовут. Некоторое время пишет дневник, чтобы внучка знала о прошлом семьи, особенно об одном личном секрете, воспоминания о котором хранила по сей день. Другая линия о молодости Жанин в послевоенные годы, ее родителях и сложной жизни, о чем мы узнаем из дневника.

Если история Жанин вызывает сочувствие, переживания, грусть, как в прошлом, так и в настоящем, ей почти 90 лет и есть, что рассказать. То линия внучки Джулии это переживания о нелюбимой работе, одиночестве в тридцать лет и отсутствии любви. За десять дней в Провансе ее жизнь полностью поменяется. Звучит, конечно, весьма мотивационно, но реализовано поверхностно. Вместо того, чтобы проводить больше времени с бабушкой, у которой иногда случаются просветы и к ней возвращается память, Джулия носится с тайной прошлого бабушки, доставая всех, забегает по пути в кабаре трансвеститов и нарывается на любовное приключение. Это было чересчур слащаво, зефирно, со всеми лозунгами о принятии себя и так далее. Даже второстепенный персонаж в виде охотничьей собаки, с ее размышлениями о запахах и еде не очень спасает ситуацию.

Если оставить линию бабушки и рассказать более подробно, включая жителей дома престарелых, весьма симпатичных и харизматичных, затмевающих молодежь, это был бы прекрасный роман о целой жизни. А то, что получилось, дослушала с трудом только из-за линии внучки.