Каменной кунице хвост покоя не даёт, как говорится. А уж если о подвигах куницы сын кузнеца прознал — жди проделок, добро своё прячь и сам прячься.

Главный герой этой книги — Хацукои, сын кузнеца — не хочет идти по пути, приготовленному ему традиционным порядком: родился в семье кузнеца — так кузнецом и становись. Скучно это, считает Хацукои, повеселей дела есть! И герой решает устанавливать свои порядки, ведь у него и талант есть: умеет Хацукои разглядеть пороки у людей и как следует над ними потешиться.

У Рю Чжуна получилась быстрая книга, по сюжету которой я летела без оглядки, останавливаясь только чтобы посмеяться и запомнить очередную пословицу. На читателя с моралью и нравоучениями Рю Чжун не наседает, не вешает ярлыки на персонажей и не осуждает их поступки. Автор даёт читателю возможность самому определять границы допустимого и для этого конструирует похожие ситуации в разных обстоятельствах.

Дальше...

Каждое новое обстоятельство повышает градус серьезности. Каждый новый хвастун, злюка или жадина, наказанный Хацукои, оставляет на нём отпечаток хвастовства, злости и жадности. В результате невинные и весёлые проделки уже не выглядят невинными, хоть и остаются весёлыми, но важно, что проделку, которая сбила Хацукои с пути, читатель меряет по себе и определяет сам.

Любителям большой литературы про героев-мальчиков книга напомнит «Падди Кларка» Роди Дойла и пацанов из «Дублинцев» Джойса. Это сравнение кажется странным, ведь я сравниваю ирландских мальчишек с китайским сорванцом. Но Хацукои, как и герои упомянутых историй, способен превратить в приключение любой скучный день и рутинную работу.

Он такой же трикстер — неунывающий взломщик правил, с него любая беда — как с гуся вода. И только мы, мудрые читатели, понимаем, что ноша у Хацукои не каждому по силам. Такие и только такие герои в истории литературы всегда наставляли читателя справляться с тяжёлыми жизненными испытаниями.

У «Принца голубых цветов» богатая, самобытная и очень яркая культурная палитра. Персонажи здесь все диковинные: боги сильнее людей смущаются, когда дело доходит до любви; говорящая куница охотится за солнцем; лисёнок Дзин всё время исчезает и появляется откуда ни возьмись; воин Люцзы со свиным пятаком имеет очень тонкую душу. И конечно, у Рю Чжуна есть необычные монахи-комусо с четырьмя точками на темени, волками-спутниками и смешной корзиной, которую они на голову надевают.

Детали этой палитры отсылают читателя к мировой культуре: китайским, индийским, тайским и японским сказкам и мифам. В некоторых пословицах узнаётся и русская культура, которую автор добавил при адаптации книги на русский язык.

Названия мест, по которым путешествуют герои, в мире «Принца Голубых Цветов» — тоже большая отсылка. В стране Итаюинду узнаётся Индокитай, в Ауяску — Аляска, в Бижине (от названия «Бэйдзин») — Пекин. Держу пари, вы тоже не знали, что Пекин Бэйцзином зовётся.

Размышляя о тайнах, которые в историях с продолжениям обязательно прячут писатели, я заметила интересное. Когда Рю Чжун убирает оптику с персонажа, тот переходит на второй план и становится нейтрально-уважительным, ожидающим, когда автор предоставит ему право на действие. Я думаю, это сделано нарочно и это задаёт миру «Такуана из Кото» свой уникальный тон, хорошо понятный любому, кто играл в видеоигры.

Этот едва заметный приём переносит книгу из раздела мифологических сказаний, которые читатель принимает с долей архаичности, в раздел современной литературы, говорящей в рамках современных тем и ценностей.

К такому выводу меня подвёл и сюжет, который, как может показаться, обрывается, оставляя несколько вопросов. Но на самом деле после прочтения «Принца Голубых Цветов» читатель остаётся на том перекрёстке, где путь нужно выбирать самому, не дожидаясь подсказок ни от автора, ни от Хацукои, ставшего к финалу знаменитым в княжестве Четырёх рек вором и проказником.

Я рекомендую эту книгу детям от восьми до сорока лет. Особенно тем, кто интересуется молодыми героями, азиатской культурой и любит продуманные миры со множеством отсылок в настоящее.