Долгое время обитавший среди шпаны, написал для них своего "Евгения Онегина" с блек-джеком и шлюхами. (из представления автора на обложке книги)
Тот случай, когда автор явно хотел сварганить задорную смесь "Города грехов" и Гая Ричи с легким привкусом Ю Несбё, а получилось как всегда - чернушная возня ментов и бандитов в грязной питерской подворотне в духе каких-нибудь "Жмурок" и "Бабла". Что ж, какая жизнь, такие и истории. Бытие определяет сознание. А в условной вселенной победившей пацанской романтики, в отличие от мира Харри Холе, добра, кажется, не существует по умолчанию.
Бывший полицейский Марк, страдающий эпилептическими припадками и уволившийся со службы по состоянию здоровья, сходится с эскортницей Алиной, большой любительницей шпионских романов Ле Карре в мягкой обложке. Когда девушку убивают во время очередного заказа, дежуривший возле подъезда в ожидании её возвращения Марк испытывает прилив любви пополам с жаждой мести и, беспрестанно закидываясь запрещенными веществами, танком прёт по тропе возмездия, что твой Марв во имя Голди из Sin City.
Тем временем промышляющий автоугоном парниша по имени Евгений Онегин (только не начинайте в шутку цитировать классику, он этого не любит!) на очередном заказе сталкивается с проблемой трупа в багажнике. Тихо утопить случайно присвоенное мертвое тело не получается, наниматели явно чего-то мутят, а гулянка со старыми друзьями приносит знакомство с девушкой мечты. Беспрестанно закидывая запрещенные вещества сиделкам для умирающего от онкологии деда, Жека испытывает прилив любви пополам с жаждой спасти собственную шкуру и вертким юзом летит по пути мелкого криминала.
Интрига в книге, конечно, присутствует - разгадки двух мертвых тел с отрубленными пальцами на руках непременно должны сойтись в одной точке, а разрубленная в морге пожарным топором голова и без того убиенной Голди Альки взывает к отмщению.
Проложенный к финалу курс окажется не так прост и усеян колоритными второстепенными персонажами. На обочине истории найдется место как традиционным оборотням в погонах и мелким наркошам, так и более экзотичной публике вроде аниме-дуэта наемных убивашек, отвечающего за шутки юмора говорливого узбека Эргаша и выковавшего себе меч для самообороны на районе Горца.
Действие несется бодро, чередуя главы от имени Жеки и Марка. Время от времени повествование будут отдавать на откуп другому персонажу - какому-нибудь сбомжившемуся университетскому преподу-лудоману, который появится в сюжете, только чтобы рассказать свою колоритную историю, совершить не особо значимый для общего дела поступок и преспокойно исчезнуть в неизвестном направлении. Наверное, именно так автор понимает себе "написать для них своего «Евгения Онегина»". Не просто вывести героя нашего времени, но и замахнуться на создание "энциклопедии русской жизни" со всеми её текущими околопреступными проявлениями. И при этом так развернуться, что роман временами начинает казаться сборником всех услышанных и придуманных автором смачных баек, которые иногда оказываются даже не совсем в тему, лишь бы побольше и позалихвастее.
Почему все-таки получилось не очень? Прежде всего из-за извечной российской беспросветной чернушности. У Несбё всё тоже мрачно, и куча всяких неприятных личностей вылазит всего на несколько страниц, чтобы проиллюстрировать одно-единственное действие и слиться потом без остатка. Но у Несбё ведь классика детектива - как бы ни было муторно и безнадежно, добро в конце обязательно победит зло, даровав читателю надежду. Тут же всё в конечном итоге решается почти по-щучьему велению, волей случая, во многом силой сторонних лиц. Герои попадают в замес и кое-как выбираются из него в усеченном составе, попутно пережив пару-тройку кидалов. "Преступность - нормальная реакция нормальных людей на ненормальные условия". Занавес.
Вторая проблема - вязь авторского многословия. Временами эти лексические экзерсисы изобретательны и забавны, но порой и утомляют. Когда "в коктейле ее глаз в равных пропорциях были взболтаны цинизм и детская доверчивость", и так происходит примерно постоянно, я, признаться, слегка теряю нить повествования. Автор также слишком увлекается нащупыванием общих культурных референсов с читателем. Текст изобилует отсылками к компьютерным играм, музыке, фильмам и сериалам, книгам (не только "Онегину", Довлатову и Бродскому, но и, например, к темному фэнтези типа "Короны за холодное серебро"). В ту же копилку отправляются почти все описания внешности персонажей, которые сводятся главным образом к замечаниям вроде "лицо, как у Ирины Апексимовой" или "похож он был одновременно на того маленького, вечно пританцовывающего казаха в плаще и кедах из нугмановской «Иглы» и на Фли из «Red Hot Chili Peppers»".
А еще я, кажется, немного сочувствую человеку, которому посвящена эта книга и который теперь вынужден писать чуть ли не единственные хвалебные рецензии на роман на всех ресурсах. Ассоциация с текстом, в котором абсолютно все женщины, за исключением единственной бабули-театралки, шлюповаты и разница в них только в том, что хорошие шлюпки красочно умирают и сподвигают героя-мужчину на подвиг, плохие отвратны и не годятся даже на это, а второстепенных остается только пожалеть с их безответным щенячье-влюбленным взглядом, привлеченным невнятной статью главного действующего лица, - такая вот ассоциация вряд ли приятна безоговорочно. Впрочем, каждому свое, а целевой аудитории - по братку и десятку сомнительно подходящих ей интеллектуальных отсылок на нос.
Он чувствовал ногами город, в котором никому ни до кого не было дела.
Приятного вам шелеста страниц!
23 понравилось
