Давай надеяться на лучшее

Начну с конца. Эта книга станет для меня разочарованием месяца, потому что по заявленной аннотации я искала в ней увлекательную историю возможно даже с элементами детектива. До последней страницы я ждала, что мы поймем суть написанного Акселем за полгода до смерти письма и причины, побудившие его написать. Я ждала, что Каролина вот-вот вспомнит про это письмо уже после его смерти, заглянет наконец в ноутбук своего парня, в тот самый одноимённый файл "Документы/Если я умру.rtf", и наконец прочтёт послание, которое он ей оставил, предчувствия свой скорый уход. Письмо создало для меня интригу и предположения типа: - по роду занятий (он программист) мужчине становится известна тайна его заказчика, знание которой небезопасно для жизни... - ему угрожают враги, о существовании которых Каролина даже не подозревала, возможно какое-то тёмное прошлое дает о себе знать... - мужчину настигла страшная и неизлечимая болезнь, жить ему осталось совсем недолго... Ну вы поняли ход моих мыслей. А в итоге:

Вечером за ужином я спрашиваю тебя, к чему это, – и ты, как я и ожидала, отвечаешь, что у тебя вдруг возникла идея, просто на всякий случай. Что мне полезно будет это знать, если что-нибудь вдруг случится. И больше мы ни словом не упоминаем об этом письме.

Внимание, спойлер! Ни словом не упоминает о нём больше и автор книги! Так и осталось непонятным, что он оставил в том файле на компе. Более того, от чего вообще Аксель умер?... Я что, единственная, кого это волнует?... По факту мы имеем в сухом остатке дневник 40-летней инфантилки, которая сама не знает чего хочет и вечно всем неудовлетворена в этой жизни. Она постоянно ноет по любому поводу, ведь именно для этого и заводят дневники - сливать на бумагу весь свой накопившийся негатив.

Теперь вернемся началу. Очередная книга, которая с первых же глав заставила меня удивлённо приподнимать брови и недоумевать от происходящего. Очередная разница менталитетов, которая меня раздражает до неверия.

Во-первых, странное желание Каролины избавиться от вещей ещё недавно любимого ею мужчины. Не превратить их в священные артефакты, несущие в себе энергетику владельца, в милые напоминания о счастливом времени, проведённом вместе... а убрать с глаз. Это типа его никогда и не существовало в этой квартире? Мне было бы обидно, ей богу.

Во-вторых готовность родственников, друзей и знакомых (к слову сказать, образы которых остались для нас лишь призрачными безымянными тенями), забить на собственную жизнь, работу, планы, текущие дела, интересы и т.д. и посвятить все свое время оказанию моральной поддержки Каролине. Поменять ей интерьер в квартире за сутки... - я извиняюсь, за чей счёт этот банкет?... Круглосуточно нести вахту около неё и ребёнка - это точно не перебор? По мне, так переигрывают. Моя мать бы в такой ситуации уже через час после обнаружения тела мне сказала, что "хватит страдать, возьми себя в руки, тебе теперь ребёнка надо поднимать одной, поплакала и будет, иди лучше подгузник поменяй". Ну примерно в таком ключе. А вечером все бы разъехались по домам, в свои жизни, со словами "ну ты держись". И вот это как раз было бы более естественно. Миллионы женщин в мире по тем или иным причинам воспитывают детей в одиночестве (и даже по несколько штук), имея гораздо более скромный арсенал родственников и друзей, готовых прийти на помощь. И делают это, не считая героическим подвигом.

В-третьих я долго чувствовала, что чего-то не хватает... Ах да, ну конечно! Во всей этой суете страданий мы совсем забыли парня похоронить!.. Где тело? Почему никто не занимается организацией похорон? В Швеции куда людей девают после смерти? Менталитет менталитетом, но это должно происходить в любой стране мира... Ну наконец-то несколько месяцев спустя люди перестали упиваться горем и организовали-таки официальные похороны. А то он там замерз весь в холодильнике маяться...

Вообще, Каролина для своих лет дама весьма инфантильная. Когда она познакомилась с будущим мужем, ей было 30. При этом всё её поведение, безудержный хоровод вечеринок и мимолетных романчиков, пьяные танцы на столах, рассуждения о превратностях секса на первом свидании, стремительная влюбчивость - всё это более напоминает подростковый возраст, скажем около 18. Первое время роман между героями развивается буквально от пьянки к пьянке, завершая вечеринку сексом. Потом барышня, закусив удила, пытается насильственным образом развивать отношения. А парень - так типичный тюфяк. Куда его волокут, туда он и тащится. Странная любовь. И как итог...

Ну что тут скажешь?... Ушатала она его, конечно. Говорят, что противоположности сходятся. Он - пассивный, консервативный человек, который доволен всем, что имеет и не стремится к переменам в своей жизни. Она - гиперактивная, душная, навязчивая перезревшая девушка, которая постоянно не удовлетворена жизнью и стремится все поменять. И вот мы видим, к чему всё привело. Когда мы давим на людей - членов семьи, родственников, коллег по работе - мы же никак не ожидаем, что они могут просто не выдержать этого давления и в один печальный день не проснуться. Мы-то из лучших побуждений это делаем, как лучше хотим, в том числе и для них как лучше на наш взгляд...

Когда же жизнь подкидывает дровишек в её унылое существование и посылает мужчину, горящего желанием иметь большую и дружную семью, наша мадам недолго наслаждается новой игрой. Она опять недовольна и неудовлетворена происходящим. Она хочет назад, туда, где ей еще недавно было так одиноко вдвоём с сыном. И - бинго! Она решает убить одного своего ребёнка ради счастья другого. Странно, что автор решила на этом закончить. По классике жанра она должна начать сожалеть и раскаиваться в содеянном после аборта - великолепный повод написать вторую часть еще на 400 страниц (бьюсь головой о стену).

Ну… Начнем с того, что это что угодно, только не литература. Иногда, читая книгу, я задумываюсь, какой у нее планировался адресат, почему автор решил, что кому-то будет интересно [и нужно] это прочитать. Но в данном случае как-то сразу было ясно, что автор творила вообще без расчета на читательскую аудиторию. Аннотация сразу предупреждала, что это автобиографический дебют, и было понятно, что автор, пережив значимую утрату, просто пыталась в целях интуитивной самотерапии собрать воедино мельчайшие подробности жизни с близким человеком, закрепив тем самым его существование в мире после его смерти.

Это желание вполне оправдано. Многие в таких обстоятельствах пересматривают фотографии и видео, пишут воспоминания в дневниках, собирают коллекцию памятных для обоих вещичек - символов взаимных или кажущихся таковыми чувств, воскрешают в памяти лучшие мгновения совместной жизни, говорят об умершем со всеми, кто готов слушать, и т.д. И адресат у всего этого вырисовывается сам собой: это тот, кто переживает утрату, кому надо совершить работу скорби. Обычно это делается наедине с самим собой, в крайнем случае – с теми, кто хорошо знал умершего и может разделить печаль. Такие тексты создаются, так сказать, «для внутреннего пользования», их даже и писать-то не надо.

Здесь – все иначе, и дóлжная быть невидимой миру работа скорби вынесена на всеобщее обозрение. Не знаю, хорошо это или плохо, нужно это делать или не нужно. Если вынести за скобки коммерческую сторону вопроса, то, вероятно, автор «по секрету всему свету» рассказала о своих переживаниях в рассчете на тех, кто пережил похожую утрату и сможет понять-разделить-оценить. Правда, непонятно, зачем им это, ведь горе ближнего дано нам в утешение, и читать такую книгу в тяжелые минуты жизни вряд ли имеет большой смысл, разве что осталась нужда что-то пересматривать в отношениях, что мне кажется уже совсем неактуальным делать post mortem. Читая, я невольно вспомнила о том, что в разных культурах издавна существовала традиция [покупных] плакальщиц, причитания которых сопровождали любые лиминальные события (похороны, свадьбы, проводы), вызывая катарсические слезы. Эффект считался достигнутым, когда люди кругом начинали плакать вслед за ними, отреагируя происходящее. Помочь другим пережить, переплакать и тем самым освободиться от печального душевного груза – задача, требовавшая немалого мастерства.

Здесь о мастерстве даже речи нет: язык кондовый, текст однообразный, сводящийся в основном к плачу по себе («я рыдала» встречается почти на каждой странице), жалобам и перечислениям («мой брат – твоя сестра», «моя мачеха – твой отец», «моя половина шкафа – твоя половина шкафа» и т.п.). Героиня казалась настолько эгоцентричной, что не вызывала ни малейшего сочувствия ни в горе, ни в восстановлении - только раздражение и отторжение. Может быть для шведской, личностно отчужденной ментальности это и могло показаться неким эмоциональным прорывом, но сомневаюсь, что авторские откровения кто-то прочитал без чувства внутренней неловкости. К сожалению, я восприняла эту книгу как своеобразный выставленный на продажу эксгибиционизм, рассчитанный на столь же своеобразный вуайеризм. Возможно, издав свой меморат, героиня и помогла самой себе справиться с потерей (что сомнительно), но в качестве литературы это вряд ли годится. Жалею, что потратила время на эту квазилитературу – не читала, а все равно что работала. Это был настолько неудачный выбор, что надо постараться запомнить фамилию автора, чтобы не наступить на те же грабли - вдруг она напишет что-то подобное еще.

P.S. https://yandex.ru/video/preview/?text=Две%20Маши%20О%20нас&path=wizard&parent-reqid=1612891114649923-1303124325323779099600276-production-app-host-sas-web-yp-75&wiz_type=vital&filmId=14580079198678079759

"Давай надеяться на лучшее" - очень важная в современном мире книга. Она показывает не милую драму о любви со счастливым концом и прекрасным принцем на коне, который спасет нашу бедную героиню от всех забот. Здесь девушке приходится самой бороться за счастье. Описывая свой трудный путь, Каролина верно делает, что анализирует свои поступки и понимает, что где-то она совершала ошибки. Мне понравилась ее откровенность во всех своих мыслях. Важней всего ей было показать для других женщин, что гнев, отчаяние, неуверенность в себе, озлобленность на весь мир после родов это нормально. Все те радужные мечты о тихих днях с младенцем на руках - несбыточные мечты молоденьких мам. Ребенок требует огромных сил и затрат (не только материальных). Двоим молодым родителям трудно справляться, а уж когда мать остается одна, то можно только восхититься той отдачей и любовью, которой она окружила Ивана. Не менее важно, что Каролина смогла научиться на ошибках первых отношений и избежать их во вторых. Ей пришлось посмотреть на мир глазами Акселя. Очень важно понимать: что для одного кажется вполне посильной, решаемой задачей, для другого невыполнимо и ужасно. Нельзя требовать от человека принимать важные решения, в которых он сомневается. Счастья не будет ни у кого из вас. И так дело обстоит не только с переходом отношений на новый уровень (будь то переезд, обручение), но и с детьми. Тема абортов в последнее время рьяно всеми обсуждалась. Кто-то поощряет, кто-то требует запретить. Все смотрят на проблему со своей колокольни, забывая о самом главном - мнении самих женщин. Хотят ли они этого? Готовы ли к материнству? Многих это не волнует. Рожай и точка. Сделала аборт - клеймо на всю жизнь или расставание. Никто, ни один мужчина или родственник, не должны давить и отговаривать делать(не делать) аборт. Это решение должно оставаться исключительно за женщиной. О таком надо говорить. И пускай будет больше таких ценных книг.