Нюрнбергский процесс

Александр Григорьевич Звягинцев (1938–2021) — российский юрист, писатель, доктор юридических наук, заслуженный юрист РФ. Более 20 лет работал в Генеральной прокуратуре, был заместителем Генерального прокурора России.

Он также активно занимался научной и публицистической деятельностью, специализировался на истории правосудия, особенно — на Нюрнбергском процессе. Автор множества книг и статей, раскрывающих судебные процессы над нацистскими преступниками, а также юридические аспекты истории XX века.

*** Автор начинает с напоминания: международный военный трибунал в Нюрнберге — это опыт, когда впервые преступления властного режима признавались преступлениями мирового масштаба. Дальше — цепочка событий, документов, эмоций. Читаешь и словно стоишь на трибуне, видишь лиц судей, обвиняемых, слушателей. И вроде меньше 200 страниц книга, а столько в ней информации, что долго будешь еще вспоминать.

Я удивилась, как короткая книга может держать такую плотность фактов, эмоций, документальных подробностей. Как будто автор решил: «Ни слова лишнего, чистая суть». Но порой мне хотелось чуть больше контекста — погрузиться повнимательнее в судьбы людей, которые участвовали в процессе, а не только цифры и юридические конструкции.

Хотя именно эта сжатость и становится плюсом для тех, кто, как я, не историк, а просто человек, которому интересно узнать правду. Да, звучит банально, но... правда очеловечивает события.

В книге нет фотографий, только карандашные зарисовки с процесса.

Это не рассказ про суд. Это рассказ про вину. Про человеческую цену. Про то, как «закон» может быть оружием, и как потом его возвращают в руки справедливости.

Звягинцев не рисует красивых декораций. Он показывает зал трибунала, где сидят те, кто отдавал приказы на уничтожение миллионов людей. Он подробно описывает, как организовывался процесс, какие юридические подходы были впервые применены, какие страны спорили за формулировки обвинений, и почему выступление каждого прокурора — это не просто текст, а исторический документ, способный тронуть сердце.

Поражает масштаб трагедии, переведённый на юридический язык. Не лозунгами, не криками, а через протоколы. Звягинцев напоминает, что во время следствия прокуроры собрали почти 300 тысяч письменных показаний, свыше 3 тысяч документов и 112 томов вещественных доказательств.

Книга охватывает события с 1945 по 1946 год — когда в Нюрнберге прошёл Международный военный трибунал над главными военными преступниками фашистской Германии. На скамье подсудимых — 24 человека, в числе которых Геринг, Риббентроп, Кейтель, Кальтенбруннер, Борман (заочно), Штрайхер и другие.

Их обвиняли по четырём пунктам:

Преступления против мира Планирование агрессивной войны Военные преступления Преступления против человечности Сам процесс длился 11 месяцев, было заслушано свыше 400 свидетелей, собрано около 3 тысяч документов, и всё это — при участии четырёх стран: СССР, США, Великобритании и Франции. Звягинцев шаг за шагом проводит нас через ход суда: от момента, когда обвиняемым зачитывают обвинения, до вынесения приговоров. В конце книги приведена даже хронология каждого дня этого года- какие допросы когда были, какие документы зачитывались, кого слушали.

Первый раздел рассказывает, как появилась идея трибунала. Оказывается, союзники долго спорили: судить или просто расстрелять? Представьте себе: Черчилль, Рузвельт и Сталин — и каждый со своей позицией. СССР настаивал на судебной форме. Это — уже повод для размышлений.

«Мы должны сделать так, — настаивал британский премьер Уинстон Черчилль на встрече со Сталиным в Кремле 9 октября 1944 года, — чтобы даже нашим внукам не довелось увидеть, как поверженная Германия поднимается с колен!» Черчилль высказывал идею расправиться с военными преступниками, не заботясь о юридической процедуре и формальностях. Сталин был не согласен с такой постановкой вопроса и ответил Черчиллю: «Слишком жёсткие меры возбудят жажду мести» Далее идут главы о подготовке: как собирали улики, как строили обвинение, как подбирали переводчиков, как выглядели залы. Есть потрясающая деталь: весь зал трибунала был построен по модели театра — чтобы каждый обвиняемый видел лицо судьи. Не только слышал, но и видел. Это ведь тоже часть наказания — смотреть в глаза.

«Во время процесса мне не столько запомнилось, сколько поразило отсутствие у подсудимых и намёка на раскаяние, на сострадание к миллионам убитых и замученных людей… Это я никогда не забуду». Б. Ференц, главный обвинитель американской стороны. Книга заканчивается кратким, но ёмким описанием приговоров: 12 смертных казней, 3 — пожизненные сроки, 4 — от 10 до 20 лет. Трое были оправданы. Но не в этом суть.

Суть в том, что впервые в истории международное право сказало: человек несёт ответственность, даже если он чиновник. Даже если он “исполнял приказ”.