А вот был случай; написал Кир Экклезиастов очередную поэму «Половые акты во кишечном тракте». Видимо, был ещё под впечатлением того сна. Так его болезного заклевала цензура.
— Это, — говорят, — порнография во всей красе!
— Так ежели она в красе, то чего вам неймётся? — устало парировал Экклезиастов. — По мне, если красота, так она и есть красота. И нечего путать уши с носом! Задача искусства в том и состоит, чтоб нести в мир красоту! И пусть философы, да богословы размышляют, что хорошо, а что плохо. А мы — художники, — когда были крохами, как-то пропустили этот отцовский урок! Не на то у нас мозги были настроены!
— Ты нам, Экклезиастов, зубы не заговаривай! — говорят ему цензоры. Мы вашего брата, художника знаем, как облупленного! Всё-то вам мало свободы! Всё-то вам тесно дышится! А вот мы возьмём и не пропустим это твоё бессмертное творение!
— А я кончал на вас! На вас и на вашу цензуру! Я легко найду какое-то независимое издательство, которое с радостью опубликует поэму, да ещё и заработает на ней неплохо!
Короче поссорился Кир с цензорами. Выгнал он их из дому взашей и пол за ними подмёл.
— Раскомандовались тут!.. Всех бы им приструнить! Всех бы прилизать, да причесать под один фасон! А нам этот фасон не в унисон! Мы будем ходить лохматыми!
Ваша оценка
