Прочитала и накатило. Воспоминания, воспоминания, воспоминания... Казалось бы, всё давно забыто, но нет — достаточно вот такой книги и не уснёшь.

На этот раз Алексей Моторов вспоминает свою работу в Первой Градской. Начало врачебной деятельности пришлось аккурат в шальные 90-е. У Белого дома танки, на улицах беспредел, в магазинах пустота, да и в кармане вошь повесилась. Трудное время, да и опасное. Сам Леша — несколько потерянный, но тем не менее довольно принципиальный и упёртый. Да и с чувством юмора у него всё в порядке. А ведь известно, что человек, который умеет смеяться над собой и обстоятельствами, практически неуязвим! Мне нравится читать о работе медиков, а уж в те годы — это практически приключенческий боевик получается! И социального романа немного. А как оценить слёзы радости над коробкой с "ножками Буша" или трёхразовое питание одними яйцами, добытыми с чёрного хода местным знакомым бандитом?

Но больше всего меня порадовали воспоминания о пионерском лагере. Было, было, и у нас такое было! С теплотой вспоминала и благодарила Моторова. И пионерские романы, и дурацкие смотры строя и песни, и самодеятельные ВИА, и многое-многое другое!

Мне очень понравилось. И, надеюсь, что Моторов на этом не остановится. Буду ждать следующую книгу.

Чрезвычайно рада, что Алексей Моторов написал продолжение своего очаровательного «медбрата Паровозова». Вторая книга получилась одновременно похожей на первую и совсем другой. Те же реальные воспоминания, поданные как художественный роман. Те же невероятно увлекательные байки из жизни автора, касающиеся как его медицинской карьеры, так и просто жизни в нашей стране с непростой, местами нелепой и удивительной историей. Зато сменился настрой: трогательные восьмидесятые сменились бедовыми девяностыми, и под стать времени автор и истории вспоминает более жесткие. Даже те, что родом из детства, все больше на сложные темы – водка, запасы сигарет, драки со сверстниками.

Настроение книги, конечно, другое, но читается книга с не меньшим удовольствием, чем первая. Автор-то остался таким же хорошим человеком, а это главное. Плюс я совершенно не представляла, оказывается, что вообще творилось в девяностых, слишком маленькой была – а теперь представила. В красках. Плюс моя любимая медицинская тема никуда не делась. Короче, люблю-люблю. И надеюсь, что Алексей еще и про нулевые, и про десятые напишет. Тоже, если вдуматься, интересные времена.

Летом 1980-го года мы с Лешей Моторовым поступали в институт… Странные чувства испытываешь, читая книгу, написанную твоим ровесником. Ощущается какая-то общность биографий при полном их несовпадении. Леша вырос в столице, я – в маленьком провинциальном городке. Он поступал в медицинский институт, я - в технический. Первая попытка оказалась для него одной из шести, для меня же – единственной. Когда в 86-м Леша, наконец, стал студентом, я уже закончила институт, но при этом он был опытным профессионалом в медицине (шесть лет работы медбратом в реанимации!), я же только начинала твердо стоять на собственных лапах в своей профессии. Ничего не совпадает, кроме… Кроме общей судьбы моего поколения. Эту книгу нельзя отнести к популярному нынче (и заслуженно популярному!) жанру медицинской литературы. Эта книга о не взрослении даже – о мужании человека. О том, как трудно следовать выбранному пути, когда внезапно изменились условия и правила игры, когда отброшенными в сторону оказались старательно привитые тебе с детства ценности. Когда не единожды рухнули надежды. Профессия, путь к которой занял у героя более десяти лет, вдруг перестала не то чтобы сытно – вообще перестала кормить. А люди болеют и страдают по-прежнему. И уже ты – медбрат Паровозов доктор Моторов – принимаешь решения у операционного стола. И не только медицинские решения. Не стать безразличным, не стать бездушным и меркантильным. Не стать подлым. Молодой доктор (и зрелый уже человек) Алексей Моторов делает правильный выбор. А еще в книге есть наше детство. Конец 70-х, школа, кружки в Доме пионеров, летние лагеря. Есть наши песни, наши танцы под самодеятельный ВИА. Наши учителя и вожатые, наши – молодые! - мамы и папы. Не ностальгирование, не оплакивание безвозвратно ушедшего, только светлые и часто смешные воспоминания. Не знаю, как другим, а своим ровесникам очень советую почитать эту книгу.