Пожалуй, я бы скорее отнесла этот роман к жанру политического детектива, чем к историческим приключениям. Итак, наполеоновские войны закончились, в Европе создан Священный Союз и завязываются новые связи между державами, победителями и побежденными. Император Александр сосредоточен на европейских делах и считает создание надежной системы отношений и устойчивость легитимных властей своей личной миссией. Но начинает в очередной раз бурлить и восточный вопрос - общественное мнение в России настроено в пользу православных греков, восставших против турок - против, опять таки, своих легитимных правителей, - и общество считает, что мы должны поддержать своих единоверцев в борьбе с мусульманами, а не австрийцев в борьбе с итальянцами. В Петербурге жертвами подковерных дипломатических интриг становятся генералы Главного Штаба, в том числе один из сквозных персонажей цикла Арсений Закревский - симпатичный, честный и добросовестный служака, обычно поминаемый в наше время исключительно как муж одной из дам, коих почтил вниманием и стихами Пушкин. Указанная дама также участвует в сюжете, пока в качестве незамужней графини Аграфены Толстой. Графиня отличается красотой, добродушием, бойкостью и бурным темпераментом, не скованным условностями. Дадим слово Пушкину:

С своей пылающей душой, С своими бурными страстями, О жены Севера, меж вами Она является порой И мимо всех условий света Стремится до утраты сил, Как беззаконная комета В кругу расчисленном светил.

На другом конце Европы в сложные схемы оказываются втянутыми командующий союзными оккупационными войсками герцог Веллингтон и командир русского оккупационного корпуса граф Воронцов. Что, Александр Сергеевич, вам и по поводу графа есть что сказать? Полумилорд, полукупец, полуподлец и так далее? Ну уж нет, давайте лучше дадим слово кому-нибудь более беспристрастному:

Наш твердый Воронцов, хвала! О други, сколь смутилась Вся рать славян, когда стрела В бесстрашного вонзилась, Когда полмертв, окровавлен, С потухшими очами Он на щите был изнесен За ратный строй друзьями. Смотрите... язвой роковой К постеле пригвожденный, Он страждет, братскою толпой Увечных окруженный. Ему возглавье бранный щит; Незыблемый в мученье, Он с ясным взором говорит: "Друзья, бедам презренье!"

В.А. Жуковский Певец во стане русских воинов

«Государь [Александр 1] не любит графа Михаила и, как я полагаю, никогда не полюбит. Человек, выдающийся из общего уровня, никогда не был у него в милости, а особенно если этот человек с твердыми началами, неуязвимый никакими оскорблениями, любимец солдат и в уважении у общества»

(Письмо Н. М. Логинова С. Р. Воронцову, 1820)

...необыкновенное достоинство и простота в речах и манерах, при обаятельном обхождении составляли в графе Воронцове редкое исключение из всех военных сановников той эпохи… Необыкновенная приветливость и вежливость графа нас всех на первых порах как бы озадачила и казалась чем-то неестественным в начальнике. ... Князь чрезвычайно высоко понимал и ценил военные доблести, давая собою пример исполнения воинского долга с тою естественностью и простотой, которые еще более выставляли его достоинства. Он не любил хвастовства в военном деле и вообще всякого фанфаронства, и в храбрости более всего ценил скромность; трусость он презирал глубоко, а человек, подверженный этой слабости, окончательно терял в его глазах

Дондуков-Корсаков А.М., адъютант Воронцова.

Надобно однако же предполагать в нём нечто необычайное, покоряющее ему людей, несмотря на все его слабости. Мобёж был полон его имени, оно произносилось на каждом шагу и через каждые пять минут. Он составил дружину из преданных ему душою, окружающих его людей. Для них имел он непогрешимость папы; он не мог сделать ничего несправедливого или неискусного, ничего сказать неуместного; беспрестанно грешили они против заповеди, которая говорит: не сотвори себе кумира. Не быв царем, вечно слышал он около себя лесть, только чистосердечную, энтузиазмом к нему произведенную.

Ф. Ф. Вигель. Записки.

Короче говоря, будьте осторожны, я знаю двух весьма здравомыслящих дам, которые, почитав о Воронцове, стали его фанатками и восторженными почитательницами) Кроме дипломатических плясок Воронцов озабочен огромными долгами, сделанными в Париже его корпусом. Скоро возвращаться на родину, а платить решительно нечем. Ну и, раз бесконечные войны все-таки закончились, пора думать о законном браке с достойной девицей. Девица появляется и, кажется, обладает всеми возможными достоинствами: прелестью, кротостью, принадлежностью к элите империи и просто огромным приданым. Есть, конечно, нюансы. Не могу не сказать о [своёмкрашезачёркнуто] персонаже, к которому испытываю особенный интерес - А. Х. Бенкендорфе уважаемом. Роман писался в нулевых, когда еще не были опубликованы его записки, и в биографии было очень много пробелов, раньше-то в подробностях сей биографии не нуждались, главное было понятно и так - сатрап. Поэтому в романе из достоверного только факт близкой дружбы с Воронцовым и их совместная служба добровольцами на Кавказе в 1803 - 1804. Впрочем, он и здесь симпатичный)

Книга написана легко и увлекательно, я с трудом отрывалась от чтения. К недостаткам можно отнести только ужасную работу издательства: текст вообще не вычитан, масса опечаток. Ну и кровь из глаз от обложки, этого блестящего образца фотошопа нулевых.