Великая Отечественная. А был ли разгром?

Провалив все, что только можно было провалить, политический банкрот Сталин довел ситуацию до того, что спасать страну должна была армия. И вот тут-то его ждала самая страшная неожиданность: оказалось, что огромные горы накопленного за десять лет оружия сами по себе являются лишь мертвым металлом, что насмерть запуганные в 37-м году красные генералы профессионально непригодны, что далеко не все красноармейцы благодарны товарищу Сталину за счастливое колхозное детство. Много чего еще пришлось узнать и понять к тому моменту, когда фронт откатился от Бреста до Москвы и Тихвина.

Очень может быть, что никто иной, кроме Сталина, не смог бы заставить воевать эту разваливающуюся на глазах армию. Очень может быть, что никаких других методов, кроме беспощадных массовых расстрелов, заградотрядов, репрессий против родственников сдавшихся в плен командиров, уже не оставалось. Штангенциркуль, которым можно измерить, «что было бы, если бы…», еще никто не придумал. Поэтому я готов немедленно, без спора согласиться — да, никто, кроме Великого Сталина, не смог бы вытащить страну из такой ямы, в которую он же ее и загнал.

Еще на начальной стадии разработки плана «Барбаросса» в заметках к нему Гитлер писал: «Цель операции должна состоять в уничтожении русских вооруженных сил, в захвате важнейших экономических центров и разрушении остальных промышленных центров, прежде всего в районе Екатеринбурга; кроме того, необходимо овладеть районом Баку». Как видим, планы Гитлера чрезвычайно просты и безошибочны: захватить промышленные районы Советского Союза, затем разделить оккупированную территорию на несколько протекторатов, а остальную страну отрезать от морей, ввести жесткие ограничения на поставки, чтобы невозможно было провести вторую индустриализацию — и предоставить Россию ее собственной судьбе. И ведь эти планы были абсолютно выполнимы!

Понимал ли это Сталин? А как вы думаете? Поэтому главной задачей первого этапа войны являлся не абсолютно невозможный в тех условиях разгром немецкой армии, даже не сохранение за собой территорий. Первый этап войны должен был стать борьбой за спасение ресурсов, и в первую очередь оборонной промышленности. Если ее удастся спасти — планы Гитлера будут сломаны, и он ввяжется в войну ресурсов, в которой Германия заведомо не имела шансов. И, несмотря на первые поражения, потом Красная армия все равно двинется на запад. Если же не удастся — для Советского Союза не будет никакого «потом».

Можно понять уверенность Гитлера — он не мог даже в страшном сне предположить, какой план придумает советское правительство для спасения своего оборонного комплекса. И даже если бы ему приснился этот план, фюрер отмахнулся бы от бредового сна и перевернулся на другой бок, чтобы увидеть что-нибудь более разумное. Очень даже понятно — ну кто в тогдашнем мире представлял возможности плановой экономики? План же заключался в том, чтобы в кратчайшие сроки, уже после начала войны, перебазировать несколько тысяч оборонных заводов на восток. Не просто вывезти, а заранее подготовить площадки, инженерные сети, подъездные пути, решить вопросы энерго— и прочего снабжения. Все это было сделано, и к исходу отведенных Гитлером для разгрома СССР пяти месяцев заводы уже начали давать продукцию. А Красная армия, какой бы они ни была, сумела задержать врага и дать возможность это сделать. Так что Советский Союз реализовал свои стратегические планы начального периода войны, а Гитлер — не реализовал. Ну, и для кого, в таком случае, дебют кампании был удачным, а для кого — нет?

Еще на начальной стадии разработки плана «Барбаросса» в заметках к нему Гитлер писал: «Цель операции должна состоять в уничтожении русских вооруженных сил, в захвате важнейших экономических центров и разрушении остальных промышленных центров, прежде всего в районе Екатеринбурга; кроме того, необходимо овладеть районом Баку». Как видим, планы Гитлера чрезвычайно просты и безошибочны: захватить промышленные районы Советского Союза, затем разделить оккупированную территорию на несколько протекторатов, а остальную страну отрезать от морей, ввести жесткие ограничения на поставки, чтобы невозможно было провести вторую индустриализацию — и предоставить Россию ее собственной судьбе. И ведь эти планы были абсолютно выполнимы! Понимал ли это Сталин? А как вы думаете? Поэтому главной задачей первого этапа войны являлся не абсолютно невозможный в тех условиях разгром немецкой армии, даже не сохранение за собой территорий. Первый этап войны должен был стать борьбой за спасение ресурсов, и в первую очередь оборонной промышленности. Если ее удастся спасти — планы Гитлера будут сломаны, и он ввяжется в войну ресурсов, в которой Германия заведомо не имела шансов. И, несмотря на первые поражения, потом Красная армия все равно двинется на запад. Если же не удастся — для Советского Союза не будет никакого «потом». Можно понять уверенность Гитлера — он не мог даже в страшном сне предположить, какой план придумает советское правительство для спасения своего оборонного комплекса. И даже если бы ему приснился этот план, фюрер отмахнулся бы от бредового сна и перевернулся на другой бок, чтобы увидеть что-нибудь более разумное. Очень даже понятно — ну кто в тогдашнем мире представлял возможности плановой экономики? План же заключался в том, чтобы в кратчайшие сроки, уже после начала войны, перебазировать несколько тысяч оборонных заводов на восток. Не просто вывезти, а заранее подготовить площадки, инженерные сети, подъездные пути, решить вопросы энерго— и прочего снабжения. Все это было сделано, и к исходу отведенных Гитлером для разгрома СССР пяти месяцев заводы уже начали давать продукцию. А Красная армия, какой бы они ни была, сумела задержать врага и дать возможность это сделать. Так что Советский Союз реализовал свои стратегические планы начального периода войны, а Гитлер — не реализовал. Ну, и для кого, в таком случае, дебют кампании был удачным, а для кого — нет?Еще на начальной стадии разработки плана «Барбаросса» в заметках к нему Гитлер писал: «Цель операции должна состоять в уничтожении русских вооруженных сил, в захвате важнейших экономических центров и разрушении остальных промышленных центров, прежде всего в районе Екатеринбурга; кроме того, необходимо овладеть районом Баку». Как видим, планы Гитлера чрезвычайно просты и безошибочны: захватить промышленные районы Советского Союза, затем разделить оккупированную территорию на несколько протекторатов, а остальную страну отрезать от морей, ввести жесткие ограничения на поставки, чтобы невозможно было провести вторую индустриализацию — и предоставить Россию ее собственной судьбе. И ведь эти планы были абсолютно выполнимы! Понимал ли это Сталин? А как вы думаете? Поэтому главной задачей первого этапа войны являлся не абсолютно невозможный в тех условиях разгром немецкой армии, даже не сохранение за собой территорий. Первый этап войны должен был стать борьбой за спасение ресурсов, и в первую очередь оборонной промышленности. Если ее удастся спасти — планы Гитлера будут сломаны, и он ввяжется в войну ресурсов, в которой Германия заведомо не имела шансов. И, несмотря на первые поражения, потом Красная армия все равно двинется на запад. Если же не удастся — для Советского Союза не будет никакого «потом». Можно понять уверенность Гитлера — он не мог даже в страшном сне предположить, какой план придумает советское правительство для спасения своего оборонного комплекса. И даже если бы ему приснился этот план, фюрер отмахнулся бы от бредового сна и перевернулся на другой бок, чтобы увидеть что-нибудь более разумное. Очень даже понятно — ну кто в тогдашнем мире представлял возможности плановой экономики? План же заключался в том, чтобы в кратчайшие сроки, уже после начала войны, перебазировать несколько тысяч оборонных заводов на восток. Не просто вывезти, а заранее подготовить площадки, инженерные сети, подъездные пути, решить вопросы энерго— и прочего снабжения. Все это было сделано, и к исходу отведенных Гитлером для разгрома СССР пяти месяцев заводы уже начали давать продукцию. А Красная армия, какой бы они ни была, сумела задержать врага и дать возможность это сделать. Так что Советский Союз реализовал свои стратегические планы начального периода войны, а Гитлер — не реализовал. Ну, и для кого, в таком случае, дебют кампании был удачным, а для кого — нет?