Томас Мор. Утопия. Томмазо Кампанелла. Город Солнца

Прочитать классику жанра утопии, написанную его родоначальником, который в придачу ещё и католический святой - это, конечно, интересно. Хотя ожидания от такого литературоведческого экскурса нередко разочаровывают: читателю, который увлекается, скажем, литературой в жанре хоррор, могут показаться ужасно скучными первые литературные эксперименты в этом направлении. Мне же ни утопии, ни антиутопии особенно никогда не нравились, поэтому к книге Томаса Мора я подходила с настороженностью, наверняка же будет скучно! Но на моё удивление "Утопия" мне даже понравилась. Не знаю, чем именно: сюжета там как такового нет, рассуждения тоже очень расходятся с моими взглядами. Наверное, у автора просто приятный и увлекательный слог, так что было любопытно и совсем не скучно знакомиться с его рассуждениями. Мне также попалось очень удачное издание, выпущенное "Наукой". Сам текст предваряют вступительная статья и письма Мора и его современников по поводу "Утопии". Несмотря на "советскость", выраженную в написании научных работ по всем канонам того времени, статья получилась познавательной и не тяжеловесной, с хорошими пропорциями научности и публицистичности. А ещё в ней автор не пересказывает сюжет, чем часто грешат аннотации. А вот письма - это единственное, что мне не понравилось в сборнике. Именно вступительные письма. В них Мор обсуждает с людьми своего круга недавно опубликованную "Утопию", причём обсуждается всё на полном серьёзе, друзья поздравляют Мора с путешествием в Утопию и всячески её нахваливают, он же соглашается с тем, какое это чудное место, дескать, он такого порядка и таких приятных граждан никогда не видел. Мне все эти ролевые игры очень не понравились, хотелось поскорее уже приступить к самому произведению, а не читать чужие игрища. Сама книга ничего особенного из себя не представляет, делится на две части, в первой из которых собравшиеся обсуждают и критикуют современный им общественный и политический строй в Англии, а во второй рассказчик знакомит их с идеальным государством Утопией. Написано всё это очень похожим на античные диалоги образом, конечно, в первую очередь на "Государство" Платона. Заимствований у античных авторов очень много ("Утопию" обязательно нужно читать с комментариями), гораздо больше, чем из Священного Писания (Мор ведь не только большой знаток и любитель Античности, но ещё и католик). Рассказ об Утопии похож на этнографическое описание, речь идёт о государственном управлении, общественном составе, экономике, языке, религии, праздниках, привычках. В общем, полноценное альтернативное государство. Как бы не резало глаза бесконечное упоминание коммунизма в аннотации, всё же Утопия действительно близка именно к этому социальному строю. Примечательно, что в одних случаях правила этого государство чрезвычайно строгие (например, без разрешения никуда нельзя уезжать), а в других - удивительно лояльные (в отношении свободы совести, например). Несмотря на то, что все детали жизни в Утопии автор прописал очень подробно, всё же она создаёт впечатление какого-то нереального строения, которое вот-вот развалиться. Как на картинках, на которых изображены абстрактные здания, выглядящие целостно и правдоподобно, но стоит приглядеться, как становится понятно, что с инженерной точки зрения такое здание невозможно. В целом какого-то вступления и заключения в этом произведении нет, оно просто повествует об устройстве Утопии, с этого примерно начинается (с небольшой предварительной "затравкой", бывшей, наверное, очень интересной и актуальной для современников Мора), а заканчивается прям сразу после окончания речи рассказчика. Такое абстрактное философское размышление об идеальном государстве, в котором автор ставит различные проблемы и предлагает их разрешение на примере порядков, господствующих в Утопии. В заключении сборника тоже приведены письма: впечатления читателей книги об этом произведении и о самом авторе - в одном письме есть даже очень подробное описание Томаса Мора, не только внешности, но и того, каким он был человеком. Книга, на мой вкус, вполне замечательная, издание подготовлено в наилучшем виде - комментариев очень много, так что социальный и идейный контекст написания "Утопии" становится понятен. Вот уж меня утомляют философские работы, но про эту не могу сказать ничего плохого. Она, конечно, не затягивает, но и скучать над ней не приходится.

«Ах, утопия!» — вздыхаем мы и сладко причмокиваем языком. Ладно, нет никаких мы и никто не чмокает, даже зубом не цыкает, но всё равно при слове «утопия» появляется ощущение какого-то блаженства и справедливости. Как если бы было тебе лет тридцать или тридцать пять, а тебя снова отправили в детский садик, кормили всем готовым, покупали разноцветные штаны, разрешали много гулять, играть и спать. Утопия! Вот только в книге Томаса Мора утопия кажется совсем неутопической. Разумеется, если не с идейной безвременной точки зрения рассматривать, а с современной, прагматической, поближе к собственной шкуре. Про литературную ценность можно и в энциклопедии прочитать. Так хотелось бы вам примерить утопию Мора на себя или нет?

Пропустим первую часть книги (при чтении не пропускайте, Томас Мор достаточно ядовито описывает шаткие и жидкие нравы своего времени, политоту и общество, но государство, общество, власть и среднестатистические простые смертные всегда будут выглядеть гадкими). Во второй подробно и местами даже занудно описывается утопическое государство. Попробуем спроецировать его на нынешнюю реальность.

Вы живете целый год в центре города и даже немного довольны жизнью, рисуете картины, поёте и мечтаете стать великим инстаблогером, когда вдруг приходит разнарядка: вам явиться непременно в деревню, пасти коз и ворочать хилыми городскими ручонками бочонки с солёными огурцами. Вы приезжаете, ничего не зная о земледелии, но надо — так надо. Если у вас есть детская травма в виде родительской дачи с картохой и огурками, то вы поймете боль. Но бог с ней, вы растите чахлые помидорчики, которые проклинают ваше неумение, урожаи падают, вы тоже валитесь с ног, мечтая о капелюшке городского смога, а прирожденный любитель покопаться в земле сидит в это время в офисе и с зубовным скрежетом листает бумажки, мечтая о колыхании пшеницы на его полях. Пусть будет так, равноправие же.

Вы возвращаетесь в город, вроде бы всё нормально, батя пытается научить вас семейному ремеслу пропёрдывания дивана, но у вас нет дарования, поэтому вас отправляют в семью потомственных инстаблогеров. Казалось бы, победа! Но вы все равно должны помимо этого содержать огородик или поле, потому что надо. Пофотали днём свэготу, а вечером извольте полоть, не зря ж в деревне по распределению отпахали от зорьки до зорьки.

Раз в два года радость — вам выдают новые портки и шкуру, точно такую же, как и у всех остальных. За два года шмотьё размалывается в труху, но вы знайте умейте ставить на них латки, потому что надо быть домовитым. Ну и что, что вы выглядите в этом, как мешок картохи, которую вы выращиваете по вечерам, ведь мы же знаем, что истинная красота — внутри. Внутри мешка с картохой, не забывайте её поливать, а то не уродится. Ведь проднорму никто не отменял, независимо живёте ли вы в Краснодарском плодородном крае или где-нибудь на севере. Впрочем, что это я на вы, да на вы. Мы тут все — ты, в этой утопии.

В торговом плане — полная свобода. Можешь гоголем притащиться на центральный рынок и выбрать всё, что твоей душе захочется, совершенно бесплатно. Есть картоха, картоха и картоха, больше ничего нет, потому что производят только необходимый одинаковый минимум. Хочется твоей душе картохи? Не хочется, ну и ладно, приходи, когда захочется.

Но вот в твоем городе появилось слишком много дитачек, поэтому власти решили переселить вас в колонию (которую, кстати, подкупом оттяпали у соседнего государства, чтобы силком насадить там доброту и причинить справедливость). Нет, не спрашивают, проваливай и всё тут. Захочешь вернуться — получишь люлей, а если дважды проштрафишься, то отправишься в рабы. Рабство тут тоже есть, ведь все люди равны, но некоторые до ровноты не дотягивают. Да и кто будет вам наяривать утопию без рабов, Пушкин что ли? Отвлеклась. В рабы отправят, потому что свободное передвижение между городами запрещено, нужно связываться с бюрократией и властями, чтобы тебе разрешили хоть одним глазком посмотреть на картоху из Усть-Зажопинска, когда ты сам растишь картоху в Смерть-Яблинске. Картохи накапливается уже столько, что приходится продавать её в соседние страны, ну а что поделать. Деньги всё равно не нужны, но их хранят на всякий случай, для подкупа и мало ли что там вообще может быть. Сундуки с биткоинами громоздятся на чёрный день.

В утопической Россиюшке все могут быть теми, кем захотят, пока хотят они то, что говорит хотеть утопическое правление. Так ты можешь быть самим собой, но если ты будешь здоровым и красивым, то тебя будут ценить больше. Ещё есть свобода религии. Ну как — свобода. Ты можешь быть какой угодно религии и даже священником любой религии, которые пользуются огромными льготами, а вот атеистом быть нельзя ни-ни. Вдруг это оскорбит чьи-нибудь чувства верующих? За это сразу отнимают статус гражданина. Вместе с картохой.

Куда-то этот рассказ зашёл на скользкую дорожку, так что сворачиваюсь и не буду больше громоздить примеры. «Утопия» Мора создавалась, как произведение поперечное существующей власти, чтобы показать, что и по-другому можно. Сугубо теоретический эксперимент, местами неуклюжий и нелепый, поэтому горячий шёпот о том, что людям надо быть проще, добрее и эллинистичнее что ли не слышен за громыханием фантастических примеров. Кто-то хотел бы жить в таком обществе — мыслители прошлого, которые вращаются в сферах недостижимых и далёких от приземленного быта. Те, которые за идею зайца в поле лопатой убьют и готовы есть только картоху пять раз в сутки каждый день круглый год, только чтобы эти идеи торжествовали. А простые люди поплоше с утопией вообще не могут вступить в резонанс, потому что счастье у всех своё, щербатое, угловатое, неказистое, многогранное и не может под одну гребёнку подстричься даже с мощного пинка откуда-то свыше.

Прелестные утопийцы. Они идеальны. как стандартный метр. Они живут на прелестном острове в чудесных домиках. Домики не запираются, потому что а зачем? У соседа точно такой же домик, и через дорогу такой же домик. И в огородах - такой, не отличишь. Да чего там, у всех вообще всё одинаковое.

Такие серенькие утипутечки. Вернее - утопусечки. Серенькие - это у них такая одежда - неброская, немаркая, без дизайнерских излишеств и прочих заморочек. Утопийцы прекрасно воспитаны, заботятся о благосостоянии всех и каждого. Если в одном домике излишек народишка, то его спроваживают в ту семью, где недостаток. Ибо нефиг нарушать гармонию. Больных в тех же целях провожают в мир иной. Ибо тоже - нечего тут нарушать картину мира и счастья. Хотя, про счастье, кажется, вру. Про золото - брильянты было, про развлечения, еду, "обручение" или селекционный отбор - это все есть. А счастья нет. И чувств нет. И вообще, не советую для туризма.Тем более - для ПМЖ.

А, нет, вспомнила, есть у них одно здоровское развлечение - они несут мир и счастье людям, завоевывая новые земли для своих расплодившихся человечков. Туземцы должны радоваться, что к ним пришли утипутечки, а кто не радуется, тот сам виноват (сценарий не оригинален).

Миленькая такая книжечка. Утопия, к которой просится приставка "анти-"

Интересно, какую бы книжицу состряпал автор, случись у него возможность жить в придуманном им государстве.

P.S. А вообще - жуть. Нет, ну представляете себе мир, где ничего никому не надо, там нечего желать и некого жалеть. Только гордиться, почитать почетное, уважать уважаемое и тихо радоваться в отведенное для этого время.

Ну и p.p.s. На самом деле не миленькая и не книжечка. Великий труд. А учитывая время написания - вообще бомбовская вещь. Но слишком много слов потребуется для описания значимости ее в истории; о влиянии ее на нетрезвые умы гуманистов, социалистов и монархов; об актуальности в настоящем времени; о бессмысленности построения общества, где нет цветовой дифференциации штанов; о том, в конце концов, что смысла жизни нет вообще, а тем более - в таком государстве. И спасать милах-утопийцев тоже бессмысленно: и им зачем и кому это надо. И всегда, в любом обществе, самом счастливом, самом идеальном кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку.*