В 2011 году издательство Эксмо выпускает очередное творение госпожи Соломатиной. 16е по счету. И в данном случае известная формула "количество переходит в качество" сработала с точностью наоборот. 16 книг за три года это сильно. С учетом того, что книга еще лежит в редакции на вычитке, корректуре, допечатной обработке и прочем, следуя нехитрой математике можно сделать вывод, что г-жа Соломатина выдает по книге в 1-2 месяца. Я все понимаю, в том числе и то, что лавры Донцовой не дают покоя многим беспокойным умам, но, простите, за Донцову пишет куча людей, пусть не особо образованных и талантливых, но все же разных, а в этом случае, я склонна верить, что Соломатина ваяет это все сама. Уж очень отвратительно получается.
Автором побиты все рекорды, я захлопнула книгу через 10 страниц прочтения, потом открыла снова и попыталась почитать еще немного, но, как говорится, мозг лопнул с тихим хлопком. Я честно принесу своему редактору ( да это я взялась читать по работе) гневную и ругательную рецензию и пусть делает, что хочет, потому что в данном случае мой мозг не способен выдать ничего положительного. Обложечка ничего, такой веселенький псевдогламур, ага.
Так, слюной я побрызгала, теперь собственно по сабжу. На сей раз эта великая писательница решила попробовать себя в роли иронического детектива ( вы помните про лавры Донцовой, да). И это, говорю я вам, совершеннейший провал. Если на ниве женских романо Соломатина была еще ничего и это даже можно было читать, то тут... У нас есть дядька, лет за 50, холостой и красивый, ненавидит детей и все что с ними связано, об этом Соломатина сообщает нам через каждые три-четыре строчки. То есть представляете, да, каждое предложение прерывается примерно так
Не-не-не, Всеволод Алексеевич может курить где угодно в своей просторной квартире, где все на своих местах и никакой неразумный щенок не потянется своей шкодливой грязной ладошкой к многочисленным редким книгам, никто не запачкает твою льняную рубаху цвета топленого молока и не наступит грязной сандалией на нежнейшей выделки телячей кожи мокасины
И такая дребедень целый день, то есть каждую страницу. К двадцатой меня начало подташнивать. Но сюжет летит на всех парах. Всеволод Алексеевич у нас судмедэксперт, но его по каким то неведомым мне причинам вызванивают по телефону, чтобы он приехал и посмотрел на место, где не далее как два часа назад странным образом умерла женщина. И, что более странно его судмедэксперта хозяин дома просит в этом деле разобраться, найти и наказать виновного в смерти этоой девушки, дочери хозяина. У меня одной возник вопрос какого ляда судмедэксперт выволняет роль детектива? Или я что-то упустила в этой жизни? Про смерть, кстати. Барышня умерла в ванной, во времяя того как рожала дома, одна, в воду. Вокруг кровяка, кишки и плацента. Баба мертвая в ванной. Младенец едва живой, в шкафу в обувной коробке. Значит кто-то барышню убил и младенца в коробку спрятал, замануха прям жуть какая. И со всем этим будет разбираться ненавидящий детей судмедэксперт. О том как он их ненавидит он будет рассказывать часто, еще чаще он будет рассказывать о, том, как помог своему другу жениться и завести аж четырех отпрысков. Ну, и где-то задним фоном пойдет основной сюжет. Кстати, весь рассказ перемежается такими вот штуками
Глазное яблоко двигается в глазнице, слезная жидкость увлажняет и смазывает склеру, облегчая это движение, когда веко моргает - в интервале от двух до десяти секунд, - слезная жидкость распространяется по всему глазному яблоку.
или так
Смеешься да?! Издеваешься?! ты представляешь, что такое гонорея? Это бесплодие, стриктуры уретры, сепсис, в конце концов!!!
Я вообще обожаю физиологизм в книгах и всякие такие описания, только вот не очень понимаю как они связаны с художественной литературой, ведь эта книга претендует на звание художественной, видимо от слова худо. А описания физиологии всякой и медицинские термины в неприличном количестве это видимо для листажа, очень хочется толстую книгу. Кстати, и здесь присутствует любимый прием Соломатиной тавтология на тавтологии и тавтологией погоняет. Это чтоб страничек было больше, и стиль автора неповторимей.
Утро одинокого, немолодого уже мужчины. Высокого, стройного, красивого, умного, немолодого уже мужчины. С профессией холодной и отчасти трагической...
и через семь строк ( я не вру, я посчитала)
И кем он стал? Одиноким, немолодым уже мужчиной. Высоким, смтройным, красивым, умным, немолодым уже мужчиной. С привычками не столь экстравагантными, сколь выдержанными.
У вас еще не дергается глаз? У меня дергается, не только глаз, но и щека, я еще периодически икаю, и порываюсь сбегать сжечь это твАрение, останавливает лишь то, что книга казеная.
А книгу я бы переименовала. "Неестественное убийство мозга" - вот это название ей бы подошло. А в аннотации написать, что ваш мозг подвергнется жестойчайшим с ним сношениям, и прочим извращениям.
34 понравилось
