Парижская любовь Кости Гуманкова

Не первый случай в моей читательской практике, когда послесловие автора надо бы делать предисловием. Ведь именно из него каждый, взявший в руки книжку, может узнать и о времени написания, и о том, как изменилось изначально запланированное название, и о том, что писатель думал, чувствовал и хотел сказать, чтоб уж без разных толкований. И там сказано важное:

Я прошу вернуться в 89-й год, когда выезд за рубеж для многих был чем-то средним между рейдом в тыл врага и ознакомительной экскурсией по райским кущам.

После того, как я прочитала Юрий Поляков - Совдетство , я поняла, что мои воспоминания о СССР очень близки к мировосприятию Полякова. Все недостатки и перегибы (ух, прямо передовица "Правды" вышла!) были видны, но ощущения тотальной несвободы у обыкновенных людей не было, и это правда, как бы ни старались сейчас доказать обратное. А в книге - вообще свободная свобода - ура, Париж! Конечно, это специальная тургруппа, едущая со специальной программой, конечно, это нищенские суточные - на, на минуточку, данные из государственных денег, однако группа вполне разнородная, включающая не только генеральшу и препода марксистско-ленинской философии, но и девушку-колхозницу, и работягу из глубинки. Главный герой Костя Гуманков поехал почти случайно, после того как коллектив родной конторы "Алгоритм" взбунтовался против слишком частых поездок директора за границу. И, конечно, человеку, не видевшему даже Болгарию, сложно удержать отпадающую челюсть при виде парижских красот... Но при этом у Кости есть ещё и "партийное задание" от его друга юности, того самого директора: в составе группы красавица Алла, с которой он собирался прекрасно провести время, и её надо охранять от всех возможных поползновений. Совершенно ясно, что не стоит доверять мышам охрану сыра... Хотя сам Поляков пишет, что он пытался в книге вплотную подойти к жанру эротического романа, так её могли, возможно, воспринимать неизбалованные читатели позднего СССР. Сегодня же гораздо интереснее и забавнее читать о приключениях наших в вожделенном Париже, в Лувре, например:

Поэт-метеорист. Потрясающе! Непостижимо! Великолепно! Первый раз вижу музей, где продают пиво! Пипа Суринамская (глядя на мумию). Господи, какая худенькая! Торгонавт (восторженно озираясь). Я хочу быть простой серой луврской мышью! Чтоб жить здесь… Алла (возле Венеры Милосской). Все разглядывают ее наготу, а ей нечем закрыть лицо от стыда… Понимаешь? Диаматыч (громко и внятно). Подумаешь, Лувр… Эрмитаж лучше! Гегемон Толя (глядя на статую Гермафродита). Не понял… Ни хрена не понял!

И задуманные гешефты не все получились, и покупки не все радостны:

Торгонавт поглядел на него умирающим взором и всхлипнул. – Вы потеряли паспорт? – встревожился рукспецтургруппы. – Нет… – помотал головой Торгонавт. – А что случилось? – вмешался Друг Народов. – Была провокация? – Не-ет… Я… купил себе пиджак за сто пятьдесят франков… А в другом магазине такой же стоил сто десять… Эта душераздирающая информация вызвала единодушное чувство сострадания, и несчастный Торгонавт не был лишен советского гражданства.

Взаимное недоверие членов группы, точно знающих, что среди них есть кто-то из конторы, не помешало, однако, им сдружиться, образовалась даже одна супружеская пара, а сам Костя подумал, что нашёл любовь всей жизни, и начал уже обдумывать развод, потому что семейная жизнь у него - на грани развала, больно уж они с женой друг другу не подходят:

Я был искрометен и непредсказуем. Но потом… Потом, раскуражившись в какой-нибудь теплой компании, я вдруг натыкался на неподвижный взгляд неулыбчивой супруги моей Веры Геннадиевны – так жена обычно взглядывает на недееспособного мужа, пустившегося в разглагольствования о секретах плотской любви. «Зачем ты перед ними паясничал? – упрекала она меня уже дома. – Ты разве клоун?» И мне начинало казаться, будто я и впрямь вел себя нелепо и постыдно, точно седой массовик-затейник на подростковой дискотеке.

Но - поездка закончилась, а семья нет, и Косте предстоит чаще думать,

как уговорить дочь Вику продолжать посещение музыкальной школы, если она ненавидит ее примерно так же, как я некогда ненавидел хор мальчиков, куда меня воткнули родители, переболевшие в свое время страшным, с галлюцинациями и маниями, недугом под названием «Робертино Лоретти»

, чем мечтать о Париже и мгновениях любви...

Советскому гражданину Константину Гуманкову несказанно повезло. Волей случая, а точнее, благодаря профсоюзу, главному герою книги досталась бесплатная туристическая путевка в Париж. В столице Франции его ждет мимолетная любовь, погоня за бракованной шубой и простое пьянство, обычно заканчивающееся распитием шампанского с последующим утренним похмельем и осознанием зря потраченной валюты... Собственно главная канва повествования - это поведение Советских людей, специально выхваченных автором из разных страт общества (техническая интеллигенция, колхозница, поэт, торговый работник, рабочий), которые в первый раз попали в капиталистический мир изобилия. Юрий Поляков трудился над этой повестью в 1988 году, а издали ее аккурат в эпоху перехода из социализма в капитализм, летом 1991 года. Естественно, дух перестроечного времени, которому был подвержен и сам автор (он признается в этом позже) отложился на стилистике повести Полякова. Представьте себе людей, которые сбежали на две недели в мир, где есть сто сортов колбасы, дубленки из натурального меха, джинсовые лифчики и прочее тряпье. Одна из героинь книги буквально плачет, находясь в истерике, после просмотра витрины одного из Парижских магазинов. Представили? А теперь представьте, что у этих людей (как и у некоторых неразумных читателей вопящих о "совке" без дубленок и женских колготок) напрочь отказало рациональное мышление. Вы спросите почему? Да потому что за фасадом капиталистического изобилия всегда есть темная сторона. И в этой темной стороне живет большинство жителей того же Парижа, которые всю жизнь едят одну и ту же колбасу, потому как она самая дешевая. Всю свою жизнь они одеваются в сэконд-хенде, из-за отсутствия должной зарплаты и всю свою жизнь платят внушительную сумму за аренду жилплощади. Окинем трезвым взглядом главного героя книги Полякова. У Кости Гуманкова есть жена и дочь, у него есть бесплатное высшее образование, он бесплатно получил квартиру и бесплатно поехал по профсоюзной путевке в Париж. Он, его коллеги по работе, как и все население СССР не знают, что такое безработица, банкротство предприятий и массовые сокращения. Чего же не хватало представителю технической интеллигенции? Наверное, фирменного костюма, его жене дубленки и нижнего белья, а его дочке игрушек и жвачки. На одной чаше весов социальные блага, которые достанутся всем, вне зависимости от пола, происхождения и цвета кожи, а на другой красивое шмутье, которое достанется только тем, у кого в капиталистическом обществе будет возможность заработать деньги. Иначе, у кого будет возможность продать себя подороже. Например, у проститутки, журналиста, футболиста. И тут, у Советской интеллигенции напрочь отказывает рациональное мышление. Они хотят в капитализм, хотят белье и жвачку, но при этом думают, что все остальные социальные блага так и останутся бесплатными. Ух и наивные... Об этом абсурде в головах творческой интеллигенции рассказывает сам автор:

"В этом смысле в наших головах царила полная каша. Так, мы, студенты пединститута, создали тайную литературную организацию и для написания программы сошлись в большой квартире Саши Трапезникова, сына военного прокурора Московского округа. Выпили и стали обсуждать первый раздел: будущее общественное устройство страны. Не больше и не меньше. - Необходимо разрешить частную собственность! - заявил Саша. - Капитализм, что ли? - не понял я. - Нет, капитализм не нужен. Только частная собственность... Потом долго спорили, как захватить власть, и пришли к выводу, что без помощи уголовного мира не обойтись. Ну не идиоты!"(взято из эссе "Что такое "Апофегей")

Ну ладно, это студенты, что с них молодых - зеленых возьмешь, хотя и будущие учителя. Но ведь такие же иррациональные глупости повторяли умудренные сединой математики, физики, работники культуры. А главное, они рубили сук, на котором всю свою жизнь удобно сидели. Давайте взглянем на фильм Рязанова "Гараж"(1979 год). А точнее вспомним, где работали главные герои фильма. Они трудились в НИИ "Охраны животных от окружающей среды". Да, да, название явно придумано и нелепо звучит. Но, сколько в Советском Союзе было таких НИИ, где работники создавали видимость своей работы, и пользы Советскому государству от них было ровно ноль? Вспомните другой фильм Рязанова "Служебный роман"(1977 год). Большинство работниц статистического отдела практически всю смену наводят макияж, разговаривают по телефону и ходят по магазинам. Что они только не делают, кроме одного, выполнения своих служебных обязанностей на рабочем месте. А потом эти люди, увидев западное изобилие пошли на слом системы и остались у разбитого корыта. Об этом пишет Юрий Поляков в замечательном эссе "Как я писал "Парижскую любовь", которое я настоятельно рекомендую прочитать сразу же после повести. Ибо по прошествии нескольких лет, к чести автора, он признается, что во многом был неправ в те подлые перестроечные годы:

"Сегодня, когда мне попадаются на глаза статейки (в том числе и мои) тех бузотерских лет, я поражаюсь тому, как мы были жестоки и несправедливы к обществу, в котором не очень худо и не так уж бедно жили. Почему-то общество, где никто не голодает, но многого не хватает, казалось нам чудовищным. А разве социум, где все есть, в том числе и голодные, справедливее?"

"Да, профессор, шкодливо толкающий гостиничному портье банку икры, чтобы купить жене модную кофточку, а молоденькой аспирантке - соблазнительные трусики, это смешно и унизительно. Но профессор, стреляющий себе в сердце из охотничьего ружья, потому что гибнет дело всей его жизни - наука, потому что аспирантка пошла на панель, а жена сидит полуголодная, - это страшно и подло! Когда в 1990-е мы это вдруг поняли, было уже поздно".

На мой взгляд, лучше и не скажешь. А ведь все могло быть совсем по другому...

Всё начиналось с "Рыгалето"... Ироничная книга автора, читается легко и быстро. Костя Гуманков - типичный мужичок, плывущий по течению жизни. Настолько правдоподобно описан, что сомневаться в описанном не приходится, веришь каждой строчке. Что есть, с тем и мирится, а зачем что-то предпринимать, если итак сойдёт!? Работает себе и работает, сколько получает, столько и ладно, не выезжал никуда ни разу, тоже пусть так. Счастливый случай на собрании даёт ему шанс посетить Париж, скорее всего первый и последний раз в жизни. Везде и во всём сквозит ирония и самоирония героя. Почему-то меня не удивляет, почему у него неулыбчивая жена. После работы муж заворачивает в "Рыголето", пропустить кружечку пивка. Домой не спешит. Какой женщине это понравится?! В Париже, действительно, происходит всё самое. Не такой и плохой Костя Гуманков, только всё равно его не выберут, как ни крути. История с дубленкой меня очень интересовала. И когда он заказывал шампанское, немного ёкнуло у меня, зная, что ценник на него ого-го. Оригинальное завершение всего этого. Почему-то совсем не удивляет, что дама из филиала сделала такой выбор. Отличная повесть. Рекомендую к прочтению.