ОглавлениеНазадВпередНастройки
Добавить цитату

Понедельник, 15 октября 1979 года

Я не ответила на письмо. Но она продолжает мне писать и слать такие вот фотографии. Я каждую неделю получаю одно-два письма. Так хочется увидеть Мор, что я вскрываю конверты, но письма сразу никогда не прочитываю. Оставляю на библиотеку, потому что не вынесу, если кто увидит, как я читаю. А сегодня Лоррейн Паджетер подхватила сильную простуду, зашла в библиотеку и застала меня с одной из тех порезанных фотографий. Лоррейн – блондинка с широкой костью, капитан классной хоккейной команды и центровая в регби первой группы. Она, конечно, меня обзывает и щиплет, но другим не позволяет ставить мне подножки в душевой, так что я против нее ничего не имею. Сегодня у нее совсем красный нос и по-настоящему жалкий вид, и ее не пустили на любимую игру. Я подслушала, как она упрашивает учительницу, нельзя ли ей завернуться потеплее и пойти посмотреть.

– Это что, Морвенна? – спросила она.

Я не хотела показывать, что меня это волнует, а она бы поняла, если бы я спрятала, поэтому я бросила фотокарточку на стол перед ней. Она взяла и посмотрела. На фотографии нам обеим вручали награды за выступление в школе, только я была, как обычно, выжжена.

– Моя мать ведьма, – небрежно бросила я.

Лоррейн ахнула и выронила снимок.

– Это вуду? – прошептала она.

Я сама хотела бы знать. Я ведь не знаю, как это действует, ну и если так посмотреть, какой смысл выжигать кого-то на фотографии? Что от этого будет? К чему приведет? Я потянулась за своим деревянным оберегом, но его, конечно, не было. Его нельзя носить с формой. У меня в кармане лежал камешек, я прикоснулась к нему. Не знаю, помогает ли это, но точно успокаивает. И я потрогала деревянный библиотечный стол, выглаженный временем и сотнями рук.

– Вроде как, – спокойно сказала я. – Она меня выжигает, а я вроде как в порядке.

– Но ведь это ты, – возразила Лоррейн так громко, что мисс Кэрролл на нас оглянулась.

Про Мор Лоррейн, разумеется, не знает. Я о ней не упоминала, во-первых, потому что это личное, во-вторых, терпеть не могу жалости, и, в-третьих, если станут дразнить этим, то совсем плохо. Если меня дразнить насчет Мор, я могу и сорваться.

– Да ну? – проговорила я и потянулась за снимком. – Эту я еще не рассмотрела. Обычно она меня выжигает. Но я-то под защитой. Если она займется моими подругами, ужас что будет.

Лоррейн ахнула и отошла подальше, села на другом конце комнаты, притворилась, будто читает «Унесенных ветром». И больше сегодня не приставала. «Пусть боятся, лишь бы повиновались» сработало даже лучше обычного, но вот Дейдра с Шарон тоже меня сторонятся, а от этого ужас как одиноко.