ВИD на ремесло: как превратить талант в капитал


Александр Любимов

«Взгляд»: Начало

«Главное, что произошло, когда мы делали «Взгляд», – это выбор ведущих. Нужны были молодые, неиспорченные телевизионной славой ведущие, молодые новые лица, потому это новая программа, новое телевидение. Андрей Шипилов, который недавно перешел к нам с Иновещания, как-то рассказал, что там есть несколько интересных парней. И когда они вошли, я сразу понял, что это «то». Потому что они держались совершенно нагло, чуть ли не ноги на стол положили. Они чувствовали себя элитой, золотой молодежью, но печати испорченности на их лицах я не увидел, сразу было понятно, что это интеллектуалы. Девять языков на четверых. Моими кумирами были «Битлз», и я увидел, что в мой кабинет вошли «Битлз», великолепная ливерпульская четверка, и что как минимум надо их попробовать… Я сейчас даже не помню, каким был первый сюжет, мне кажется, сначала была важнее атмосфера – когда в этой кухне сидят четверо молодых людей и просто о чем-то разговаривают, на другом языке говорят, о других ценностях», – Эдуард Сагалаев.

14 апреля 1987 г. Анатолия Григорьевича Лысенко назначили руководителем программы. Изначально предполагалось не брать на роли ведущих никого из известных тогда телевизионщиков. Сразу определились с тем, что ведущих должно быть несколько и у каждого своя роль. Анатолий Малкин и Кира Прошутинская были первыми продюсерами программы, утвердили ведущими работавших на Иновещании Гостелерадио журналистов Александра Любимова, Владислава Листьева, Дмитрия Захарова и Олега Вакуловского.

«В программу нужно было набрать благополучных мальчиков из благополучных семей, знающих иностранные языки – потому что они должны были срывать с телетайпов ленты и зачитывать новости. На телетайпах тогда текст шел не на русском языке», – Анатолий Лысенко


«Я пришел на Иновещание в 1980 году, сразу после окончания института, на Соединенные Штаты и Англию. Работал обычным новостным редактором и обеспечивал новостной поток, писал комментарии на злобу дня в военно-технической области. Наша новостная служба выдавала новости с интервалом 15 минут. Под конец своей работы на Иновещании я сделал большое часовое шоу черного юмора, с изрядной долей желчи и злых шуток, которое у американцев пользовалось известной симпатией. Там были самые разнообразные темы, вроде Алисы в Стране чудес, которую населяли всевозможные военно-технические монстры.

И я до сих пор помню, как один из моих учителей сказал мне фразу, которая очень многое определила в моей жизни: «Дима, читай внимательно статистику. Если ты научишься читать статистику, ты поймешь, что она намного страшнее, чем расчлененка.

Мы работали на Пятницкой, 25 – это здание вещания на зарубежные страны. Поскольку все были одного возраста и одного тренда, мы все между собой перезнакомились и общались, естественно, как в стенах Иновещания, так и за их пределами. Саша Любимов работал в датской редакции, Влад Листьев – в редакции пропаганды. Владик всегда был супермоторным – он же работал репортером, и если ты хочешь взять интервью у госсекретаря США, а он пытается избежать этого, надо проявить чудеса наглости, чтобы все-таки ткнуть ему микрофон в нос и чтобы он что-то пробурчал. Это развивало определенные навыки», – Дмитрий Захаров.


«У меня было свое дело. Сидел себе в датской редакции, много работал, зарабатывал по тем временам приличные деньги, мне все нравилось, все устраивало. И вдруг такой резкий поворот, и страх, что ничего не дадут делать. Дима Захаров трудился в американской редакции и тоже был в полном порядке. А вот Влад Листьев с самого начала сделал на это ставку. Он был старше нас и гораздо серьезнее поначалу относился к происходящему. Но почему выбрали именно нас четверых – до сих пор представления не имею», – Александр Любимов.


«Они просто пришли и понравились. Причем не могу сказать, что произвели на меня потрясающее впечатление. И не могу определить, по какому принципу их отбирали, но в комплекте все они смотрелись очень интересно. Они сочетались», – Анатолий Лысенко.

А. Любимов: «Типичная постановка. Зачем всем троим ездить на съемку?»


Мало кто помнит, что поначалу программа выходила без названия. В эфире было нечто удобно-безликое, вроде «Вечерняя информационно-музыкальная» или «музыкально-развлекательная программа». Через какое-то время был объявлен конкурс для телезрителей на лучшее название. Пришло много писем, но однозначно остановить на чем-либо свой выбор мы не могли. Тогда Сагалаев волевым решением объявил, что ему больше всего нравится слово «Взгляд». Коллеги подозревали, что это название он просто придумал сам.

«Если бы назвали «Третий глаз», так бы и пошло. «Ку-ка-ре-ку!» – сошло бы и это. Я тогда лишний раз убедился, что название не имеет никакого значения», – Анатолий Лысенко.


«Мне представляется, что мы были намного профессиональнее своего окружения. Школа Иновещания предполагает очень бережное и серьезное отношения к информации, к тому, что ты произносишь, пишешь и выдаешь в эфир. После структуры, которая вещает 24 часа в сутки, где задачи необходимо было решать в считаные минуты, странно было оказаться в сонном царстве, где решения растягиваются на неделю. Для всех нас это был страшный сбой ритма. Степень небрежности в обращении с информацией поражала до глубины души. Все эти Кашпировские и Чумаки несли в эфир невозможную ахинею, и всех это устраивало. В этом смысле телевидение сразило нас своей беззаботностью и нетребовательностью», – Дмитрий Захаров.


«Организация дела производила жуткое впечатление. То рабочее место не дали, то пишущую, машинку, то еще что-нибудь. Это после отлаженной работы на Иновещании, где все продумано и выверено. А тут огромное здание, не поймешь, где что находится. Монтируют здесь, сидят там, никого вечно не найдешь, сокращают монтаж, отменяют монтаж – все без объяснений. Надо выехать на съемки – нет машины. Вместе с какими-то напудренными тетками в буклях, которые читают программу передач на всех этих «Орбитах», сажают в какой-то пикап. Теткам всем в разные места. Ты понимаешь, что раньше шести утра домой после эфира не попадешь. Метро уже закрыто. Яндекс-такси еще нет, потому что еще нет «Яндекса». А выйти нельзя, иначе в следующий раз вообще не посадят в машину. И где-нибудь возле светофора внезапно вскрикиваешь: «Ой, извините, я забыл записную книжку». Выходишь и ловишь попутку, иначе не доберешься. Весь этот кошмар раздражал жутко. Привыкнуть к нему мы не могли», – Александр Любимов.

Программа, впоследствии названная «Взгляд», впервые вышла в эфир 2 октября 1987 г. Ведущие – по легенде, бывшие журналисты «московского радио», начали первый выпуск с бодрой возни у телетайпов и новостей о том, куда поехали Михаил Горбачев и Эдуард Шеварднадзе, по ходу дела представляясь. Александр Любимов безапелляционно заявил, что программа должна называться «ИКС» – «Информация, Комментарии, Сенсации», и призвал всех телезрителей голосовать за это название, а Дмитрий Захаров предложил назвать программу – вероятно, по числу ведущих, хотя кто знает? – «Четыре с плюсом».

«Нас хотели закрыть после первого же эфира, потому что мы были зажатые, скованные и натужные, потому что наш вид и наша манера общаться шли в разрез с догматическим вещанием, когда люди хотели только читать с суфлера и большая часть эфира была в записи», – Дмитрий Захаров.


«Я посещал один приличный бар в гостинице «Космос» и зашел как-то туда после второго или третьего эфира «Взгляда». Сижу, жду признаков славы. А их нет и нет. Никто на меня не бросается, не улыбается загадочно. Сидим, разговариваем с барменом и его ребятами. Заходит разговор о телевидении, о том, что вышла новая молодежная передача. Ребята говорят, как им все понравилось, какие интересные ведущие, особенно Листьев и Захаров, а еще там какой-то молодой был, все музыку объявлял…», – Александр Любимов.

А. Любимов: «И мы неопытные, и камеры допотопные, и задник жуткий, и похоронные цветочки на столе»


Несмотря на то, что первый выпуск «Информационно-развлекательно программы», как и все последующие, вышел в честном прямом эфире, в «Комсомольской правде», например, появилась рецензия, в которой проехались по «ведущим, проявлявшим большой артистизм при имитации прямого эфира». В ответ на это в начале второго выпуска ведущие включили в студии телевизор с электронными часами Центрального телевидения, и Олег Вакуловский мрачно озвучил текущее время с точностью до секунды.

«Если честно, для меня наиболее интересен всегда был Дима Захаров, как самый нестандартный. Наиболее перспективным казался Саша Любимов: выигрышная внешность, способность к конформизму, моторность. А Влад был поначалу никакой. И шуточки такие – не ах, и по вкусу не очень… В первых двух чувствовалась, что называется, «дедушкина библиотека». А Влад, так, на подводке к музыке», – Анатолий Лысенко.

Любимов: Молодежное телевидение для старых людей

«YouTube: Взгляд30»

«Многие из тех, кто с нами работал, считают, что мы вообще задавали тон современному телевидению. Мы экспериментировали. Мы интуитивно понимали, что существует кризис зрительского внимания, и считали, что он наступает где-то на седьмой минуте, а сюжет длиннее семи минут зрителю смотреть уже тяжело… А сейчас, наверное, кризис внимания наступает на седьмой секунде», – Александр Любимов.

С одной стороны, программа версталась из не особенно жесткого, вполне дозволенного молодежного набора тем и сюжетов, сдобренного современной музыкой. Другое дело, что так в кадре на советском телевидении никто себя никогда не вел, и было понятно, что вести себя так, «как надо», молодые люди просто не умели и никогда не научатся. Сначала программа не делала острых политических заявлений, главным в ней было не то, что она транслировала западную музыку, а то, что она была стилистически отлична от всего, что делалось на телевидении.

«Иван Демидов – самый профессиональный телевизионный человек из всех нас, он с 12 лет занимался телевидением – в детской студии в Куйбышеве. В Москве работал в Молодежной редакции Центрального телевидения, на «Что? Где? Когда» у Владимира Яковлевича Ворошилова. Андрей Разбаш был уникальной личностью, сначала работал просто монтажером, сотрудником телевизионно-технического центра, у нас стал режиссером. Иван сразу показал себя как жесткий, самостоятельный режиссер со своим взглядом на монтаж, Андрей – как более классический», – Александр Любимов.

Демидов: Смесь безумного энтузиазма нового поколения

«YouTube: Взгляд30»

«Во «Взгляде» собрались крепкие, хорошие, серьезные журналисты – в первую очередь, тройка из Александра Любимова, Владислава Листьева и Дмитрия Захарова, профессиональные журналисты с серьезным опытом. А мы с режиссером Андреем Разбашем занимались эстетикой и любили эстетику, любили монтаж, любили съемки, просиживали ночи в аппаратных, в экспериментах, в восторгах над отдельными склейками, в битве с операторами, которые по тем временам боялись «завалить» камеру и писали на нас жалобы от операторского цеха по поводу наших неподобающих действий. Ведущие быстро поняли, что их успех во многом связан с такими продюсерами, как мы. А нам для нашей деятельности, конечно, тоже нужны были звезды, которые воплотят наши идеи. Так появился синтез, симбиоз, та самая команда, которая дальше и сделала такой костяк образа этой программы», – Иван Демидов.

Лысенко: Невыдающиеся умы

«YouTube: Взгляд30»

«Плюс «Взгляда», наверное, был в абсолютной бесхитростности, эклектике, непрофессионализме и изумлении ведущих от того, что им это разрешают говорить, что их вообще выпускают на публику, более того, смотрят, и смотрят в каких-то диких местах, звонят, откликаются…» – Анатолий Лысенко.

Музыка сразу стала важной частью программы. Вышедшие из подполья рок-группы были так же популярны, как и новорожденные политики-демократы. И те, и другие собирали стадионы, выдать их в эфир было одинаково трудно. Фактически «Взгляд» стал главной площадкой открытия нового российского телевидения на смене эпох. Деятели советского телевидения не видели до 1989 года ни одной зарубежной телевизионной программы, не знали, как в мире делается телевидение, какие формы телешоу существуют, как нужно вести себя ведущим, как выбирать цвета декораций и из чего их делать, какие существуют приемы съемки и монтажа. И вся страна увидела, что можно не сидеть и читать чужие тексты в галстуке, а просто разговаривать.

Демидов: Креатив без выезда на территорию врага

«YouTube: Взгляд30»

«Когда я впервые оказался за рубежом, на зарубежных телевизионных студиях, у меня практически никакого интереса не вызвала содержательная часть их телешоу. Я понял, что мы как литературоцентричная страна, страна с большим кинематографом, с классической культурой – гораздо круче. Технология – единственное, чем я занимался. Я измерял расстояния между ведущим и декорациями, отколупывал краску, смотрел на освещение и т. д. Также меня интересовали некие элементы шоу-бизнеса в подаче, потому что и наш зритель требовал все больше и больше элементов шоу – а с этим на советском телевидении был полный провал», – Иван Демидов.

А. Любимов: «Вот у нас и джаз в прямом эфире, и массовка. Как наши операторы вообще умудрялись успеть все это показать?»


Эрнст: Решает форма и ресурсы

«YouTube: Взгляд30»

«Думаю, главное, что я сделал во «Взгляде», – то, что я попытался визуализировать и придать передаче какую-то стилистическую окраску. Поначалу она была визуально очень разношерстная… Я притащил много самой продвинутой техники, видеофильмы… И я до сих пор так благодарен судьбе за это, как если бы я участвовал в группе «Битлз», – Константин Эрнст.

Никто из создателей программы не ожидал столь молниеносного взлета популярности программы и ведущих – и это при том, что после первых же выпусков передачу разнесли в пух и прах в прессе. Критиковали в первую очередь ведущих, вызывавших страшное раздражение у людей, привыкших к четкости и ясности информационного вещания. Неудивительно, ведь с экрана «Взгляда» вместо выверенных формулировок периодически доносилось: «Извини, Димуля, я тебя перебью» и «Прости Влад, но ты, кажется, не совсем прав», – и все это на фоне, например, передачи «До и после полуночи» с элегантным, вылощенным Молчановым, выверенными сюжетами и прекрасной музыкой.

«Опыт показал, что четверо ведущих – это очень громоздкая и избыточная конструкция. Наверное, поэтому нас стало трое – Листьев, Любимов и я. А когда трое, то, если расходятся точки зрения, то это двое на одного, это всегда интереснее, чем двое против двоих, и тем более – чем трое против одного», – Дмитрий Захаров.


Обычно творческие коллективы Центрального телевидения делали телевизионные программы раз в месяц. Для того чтобы тяжелую неповоротливую машину традиционного телевидения превратить в еженедельную программу, требовался огромный коллектив. Программу «Взгляд» делали около 120 человек. Соавторами программы были десятки журналистов. Важно было сохранить новаторский дух. Постоянно шел поиск журналистов в других творческих коллективах, уже известных пишущих журналистов приглашали быть соведущими или авторами рубрик. Так появлялись новые звезды: Артем Боровик, Елена Ханга, Дмитрий Дибров, Владислав Флярковский, Дмитрий Лиханов и многие другие. Мешки писем в редакцию, преимущественно с жалобами, разбирала вся редакция, письма читали все, включая ведущих. В студии стояли телефоны, на звонки в прямой эфир отвечали сотрудники программы, зрителям важно было видеть, что программа выходит в прямом эфире. Позже для работы с жалобами сформировалась отдельная группа «Сопричастность».

Демидов: Как мы с Разбашем потрясали

«YouTube: Взгляд30»

«Главной задачей было добиться выразительности и яркости. Мы поддерживали любое творчество операторов, любые эксперименты, от точек съемки до движения и даже падения камеры… На телевидении считалось, что показывать надо того, кто в данный момент говорит. Я тогда поспорил с Андреем Разбашем и убедил его в том, что с точки зрения зрителя может быть гораздо интереснее показать что-то совсем другое… А однажды мы снимали программу в огромном шведском торговом центры, и Разбаш надел на Сашу Любимова микрофон-петличку, а камера вошла в торговый центр, прошла по всем трем этажам без единой монтажной склейки и вышла на столик в кофейне, где сидел Любимов, который говорил одним куском весь закадровый текст, и как раз заканчивал последнюю фразу», – Иван Демидов.

«Как-то мы снимали в одном торговом центре в Швеции, и Разбаш с Демидовым придумали, что мой длинный комментарий будет записан синхронно, но за кадром, а камера в это время будет ко мне приближаться и в конце концов «выйдет» на мой крупный план. Такого мы никогда не делали. Настоящий адреналин. Но когда, наконец, камера «вышла» на мой крупный план, я вообще чуть не потерял самообладание. Мои родные еще и поставили Разбаша с камерой на скейтборд, а Ваня его аккуратно двигал в мою строну. У нас же не было тогда ни стедикамов, ни обычных операторских тележек. Мы даже скейтборд впервые увидели», – Александр Любимов.

Это было время открытий телевизионного велосипеда. «Взглядовцы» не видели ни одной зарубежной программы вплоть до 1988 г. Они учились на ходу монтажу, нарушая все правила, и не понимали, почему у них иногда получается. Существовали и другие проблемы, которые нужно было решать, – организационного характера, как говорят теперь, – из области менеджмента. Невозможно было мириться с тем, что после программы ведущему нельзя просто сесть в машину и уехать домой, потому что останкинская машина должна развезти еще троих ведущих других программ в разные концы Москвы, что нельзя получить камеру, когда она нужна на съемки, что на монтаж сюжета есть только одна монтажная смена, за время которой нужно также успеть отсмотреть весь отснятый материал – а значит, нет права на ошибку. Для того, чтобы изменить модель работы, требовалась новая экономическая модель.

Любимов: «Взгляд» и Другие

«YouTube: Взгляд30»

Демидов: Гамлет, Хлестаков… Мне нужны типажи

«YouTube: Взгляд30»

«Есть такое профессиональный метод, который иногда помогает в поисках – иди от противного, посмотри как есть и сделай по-другому. В первых выпусках ведущие пытались надевать галстуки, но мы заменили все это футболками, куртками, свитерами. Не скажу, что мне близка эта эстетика, но я понимал, что будет бомба, когда на советском телевидении появятся просто хорошо выглядящие пацаны, в совершенно другой эстетике. Саша Любимов был абсолютный американец, белозубый, высокий, силуэт треугольником, янки. Влад Листьев – такой француз, в бежевом, усы, прищур. Дима Захаров – зануда, математик, ботаник, фрик из Силиконовой долины, как сейчас сказали бы… Мы раскручивали их образы, сделали промо-ролики с их лицами, поворотами головы, внимательными взглядами… Одних только стилей отбивки «Взгляд» мы смонтировали штук пятьдесят… В студии мы поставили движущиеся камеры, операторские краны. Ведущие танцевали с гостями, двигались, прыгали, даже играли в большой теннис – была натянута сетка, и передача начиналась с того, что Листьев с Захаровым играют в теннис», – Иван Демидов.

У программы «Взгляд» не было жесткого хронометража, обычно ее планировали на 90 минут, но она могла продолжаться и более двух часов, если в программе были важные темы. Иногда ночные посиделки заканчивались в третьем часу ночи. Требовалось внедрять индустриальный подход и начинать мыслить временем – фактически «взглядовцы» самостоятельно изобрели верстку программы – оценивать каждый сюжет с точки зрения полезного содержания, полезной эмоции, и жестко планировать хронометраж.

«Взгляд»: Как дойти из Москвы до Калгари за 5 минут

«YouTube: Взгляд30»

«Идей было много, но было понятно главное – что все должно быть компактно, все сюжеты быть не длиннее семи минут, и что это должен быть такой калейдоскоп, бешено вращающиеся колесо, которое предоставляет самые различные виды информации, и конечно, музыку. Правда, я думал, что я буду работать не в кадре, а заниматься сценарной стороной дела, и меня фактически насильно выпихнули в кадр… Сначала это было состояние ужаса при виде камеры, а потом, естественно, выработалась привычка», – Дмитрий Захаров.

Одной из главных находок «взглядовцев» был человек крупным планом. Авторы экспериментировали с разными форматами в рамках одной программы, с разными типами общения. Именно во «Взгляде» появился новый для советского телевидения жанр «ток-шоу».

Демидов: Правильно писать «толк-шоу»?

«YouTube: Взгляд30»

«Однажды Саша Любимов сказал: слушайте, на зарубежном телевидении есть «talk show» – гости программы, аудитория, ведущий ходит с микрофонами. Дима Захаров сказал: я ходить не буду, я упаду. Я говорю: хорошо, четыре гостя. Дима сидит в кресле вместе с гостями, как ведущий, а Влад и Саша с микрофонами работают с аудиторией… В кроваво-красном освещении нашей студии мы записали первое ток-шоу. И вот, в ночь с четверга на пятницу я его монтирую и понимаю, что в шапке надо написать что-то, кроме слова «Взгляд». Подумал, что «talk show» – хорошее название. Но как написать его по-русски – «ток-шоу» или «толк-шоу»? Оба варианты красивые, оба с интересными коннотациями. И я принял решение писать «ток-шоу» без «л». В таком виде это слово и вошло в русский язык», – Иван Демидов.


«Да, приходилось изобретать новый язык. Мы ведь хотели отличаться и отличались. Сейчас ведущие часто говорят перед рекламными паузами: «Оставайтесь с нами», или: «Мы вернемся через минуту», – а ведь раньше так говорить было невозможно, зритель бы не понял. Эти фразы внедрил в телевидение «Взгляд». Мы первыми стали именовать руководителей страны без отчеств. Просто «Егор Лигачев» или «Михаил Горбачев». Тоже целая революция. И отдельная история с «господами». От «товарищей» мы быстро отошли, а вот «господа» долго не приживались», – Александр Любимов.

Ток-шоу принимало разные формы – интервью с одним гостем, «дуэль», «панель».


Ток-шоу «Взгляд». Набирающий популярность соавтор программы «500 дней» Григорий Явлинский


Мы используем куки-файлы, чтобы вы могли быстрее и удобнее пользоваться сайтом. Подробнее