Ты — петля, затянутая на собственной шее
Ἐν ἀρχῇ ἦν ὁ Λόγος, καὶ ὁ Λόγος ἦν πρὸς τὸν Θεόν, καὶ Θεὸς ἦν ὁ Λόγος.
Евангелие от Иоанна, глава 1, стих 1.
Сложно было подступиться к рецензии к книге, имеющей в названии символ бесконечности, замаскированный под песочные часы, а в аннотации — евангельский стих, переведенный в его буквально-многосмысленном значении. Максимально упрощенная, выполненная в манере первобытной заповеди на каменной скрижали, обложка скрывает под собой целый философский трактат об изначальности и неделимости человеческой души. Даже прочитав его с ручкой и блокнотом в руках, делая многочисленные пометки, пытаясь разобраться в закономерностях авторских пасхалок (1, 3, 1, 3, 1, 1, запятая, точка, двоеточие, вниз, вверх и т. д.), я так и не смог проникнуть во все тайны, которые зашифрованы в одном только оглавлении. Возможно, потому, что для этого требуется гораздо, гораздо больше времени, чем у меня было. Вообще-то, я люблю книги с загадками, стимулирующими воображение, но не настолько хорошо знаком с Каббалой и засекреченными посланиями тайных лож, потому ключ к этой книге я пока не смог подобрать, и значит, перейду к разбору романа с позиции обитателя мира дольнего, трактующего прочитанное в силу своего разумения.
На первый взгляд, роман кажется сборником новелл об одном дне из жизни рандомно взятых людей, которых объединяет лишь то, что в их тела попадает чье-то сознание, чья-то блуждающая душа, которую для простоты восприятия можно условно назвать главным героем. Одна глава — один день из жизни. Просыпаясь каждое утро в новом теле, герой отдается условным привычкам тела, в которое попал, своеобразным инстинктам, которые уже выработались у людей, в тело которых он попал: йога, слесарное мастерство, легкая атлетика, скульптура, музыка. Все это становится доступным для него в этот день, но лишь в пределах того, что умеют его носители. Но в то же время он обречен ощущать все недуги, тревоги и чувства этих тел: паралич, слепоту, ломку, роды, рождение. Как выясняется позже, эти люди, отнюдь, не случайны, судьбы многих из них переплетаются или внезапными соприкосновениями, или долговременным сплетением, как-то: ребенок, мать, отец, муж, жена, убийца, жертва, охотник, цель. И становится понятно, что это не скольжение души по телам, это все — переключение ракурса восприятия одной единственной души, находящейся сразу во всех телах. Косвенным объяснением этому служат слова Проводника и последние главы истории, когда читателю показывают персонифицированный Искусственный Интеллект. Это роднит книгу одновременно с рассказом Борхеса «Три версии предательства Иуды», фильмом «Млечный путь» и каббалистическим учением о душе, как Тьме Воспринимающей, единой и неотделимой от Света, постигающей его дроблением на триллионы крохотных частей.
Пробуждение за пробуждением следует читатель за кочующей в своем восприятии душой, и каждая из этих миниисторий имеет четкую структуру: экспозиция, кульминация и развязка. И все это — человеческие жизни и судьбы, втиснутые в колбы песочных часов объемом в сутки. Из-за сложности замысла не все считывается, хоть автор и дает четкие подсказки о том, что такое жизнь, что такое выбор — как своим героям, так и читателям, — потому во всей ее полноте книгу невозможно втиснуть в привычную трех- или пятишаговую конструкцию. Но и самому произведению нельзя дать точное название — роман, повесть, сборник историй. В совокупности всех компонентов, в узнавании уже знакомых ситуаций видится структура, но лишь на уровне ощущения, логически это не выстраивается в строгую картину. Каждый читатель увидит в ней свое, прекрасный язык и удивительно точные двойные сравнения и метафоры, помогающие воспринять очередной срез жизни сразу с нескольких сторон, покорят любого, кто решился взять штурмом эту загадочную крепость. Одно можно сказать с уверенностью: эта книга, подобно библейским максимам требующая внимания — не для быстрого чтения, своеобразный вызов интеллектуалам.
Сюжет книги строится на познании собственного места в жизни и себя, как личности. Причем в этом процессе герой участвует опосредованно, главное — именно то, что сможет узнать о себе сам читатель. Каждый день, который мы проживаем, каждый поступок, который совершаем — не приговор, не обязанность, не принуждение. Выбор есть всегда. И пусть он не изменит коренным образом все в одно мгновение, это возможно сделать постепенно, шаг за шагом.
Так этот путь проходит блуждающая душа, в ключевые моменты встречающаяся с некой высшей сущностью, на пальцах объясняющей ей ее ошибки.
Так этот путь проходит и читатель, вспоминая значимые или болезненные фрагменты собственной жизни, в зависимости от того, о чем читает в конкретный момент.
Не все могут осмелиться взглянуть в глаза собственным ошибкам или признать то, что их нынешний путь нуждается в корректировке, но это очень интересный опыт, который я могу порекомендовать каждому.
В романе очень значима проработка окружающего, и это необходимо выделить отдельно. Как я упоминал выше, мир книги невероятно сочный, живой и чувственный. И самым сильным здесь является акцент на настроение сквозь призму запахов. Человек, как существо разумное и покорившее огонь и палку, утратил возможность воспринимать мир через обоняние, а ведь самые основные эмоции — страх, радость, тревога — передаются, в первую очередь, через феромоны. То, что мы называем «шестым чувством» — более развитый, чем у остальных, вомероназальный орган, который считывает недоступную для других информацию окружающего мира именно через запахи. Автор книги «Опрокинутая бесконечность» зримо воплощает сцену каждого отдельно взятого мира именно через это чувство, хотя много там и звука, и тактильных ощущений, и, конечно же, невероятных сравнений и метафор. Вот несколько примеров из случайных глав:
Столовая встретила меня запахом борща и надеждой.
Студия йоги оказалась в подвале, который пах маслом лаванды и нерешительностью.
Социальный центр пах старыми книгами и отчаяньем.
Тюремная камера встретила его запахом ржавой стали и человеческой безнадежности.
Глина пахла сыростью и безумием.
Время растянулось в липкую паутину.
Ты — петля, затянутая на собственной шее.
Что касается реалистичности героев и их мотиваций, главным здесь будет именно поиск, поданный через вопросы:
Для чего я здесь?
Можно ли это изменить?
Где пределы этой клетки?
КАК вырваться наружу?
Первые три-четыре дня героя мы еще пытаемся ухватиться за разлад между его сознанием и новым телом, которое продолжает действовать в силу наработанных привычек, словно робот, но потом восприятие смещается в область не «как», а «что». Каждое новое тело имеет собственный голос, когда от первого лица, когда от третьего, и в этом тоже есть своя схема. Четверть историй идет от лица женщин, иногда беременных, иногда творящих (скульптор, музыкант, художница), и именно на плечи женщины здесь выпадает роль созидателя: мужчины, по большому счету, выступают в романе в качестве силы разрушительной (рыбак — антипод библейскому, снайпер в двух ипостасях, грабитель-насильник, глава города, подписывающий приказ о сносе исторических памятников). В этом заложен важный авторский посыл, хотя в череде воплощений он не так четко бросается в глаза. «Герой с тысячью лицами», Абсолютная Душа, обитающая одномоментно во всем мыслящем и разумном, раскрывается в книге полностью, хоть и в кратком срезе настоящего, но лично мне было бы интересно прочитать и о далеком прошлом человечества в пропущенных автором днях-главах (вновь вспоминается фильм «Млечный путь»).
Я получил удовольствие от романа, даже несмотря на то, что не сумел подобрать ключ ко всем авторским головоломкам. Книгу могу порекомендовать всем, кто любит размышления о жизни, ее смысле и различные интеллектуальные загадки.
Автору желаю вдохновения и новых, интересных и таких же глобально-всеобъемлющих идей!
14 понравилось
