В послереволюционном Ленинграде следователь милиции Зайцев сталкивается с цепочкой странных и на первый взгляд никак не связанных между собой преступлений. Попытка нежанрового автора написать жанровое произведение для чего были соединены два детективных канона: советский - вайнеровский, откуда приехали пусть и чуть более ранняя, но такая знакомая по "Месту встречи" нищета, разруха и разгул преступности, а так же появление молодого чекиста в бригаде решительного следака, и забугорный - тоталитарный в лице "Парка Горького" и "Ребёнка 44", когда целью сыщика является не столько поимка преступника, сколько в процессе не быть раздавленным злым КейДжиБи. При том, что написан материал хорошим языком и читается очень бодро, создаётся ощущение, что писательница не очень понимала как работает детектив, постоянно отвлекаясь на что-то блестящее, затягивая повествование. При этом она сильно пережала по тоталитарной линии, которая почти полностью перекрыла само расследование, учитывая, что на дворе ещё только тридцатый, с этим делом явно переторопив. Так же смущает совмещение общего депрессивного тона с глупыми фамилиями персонажей и периодически слетающими с их уст цитатами из будущей школьной программы по литературе. Вкупе с шаловливым названием, в котором как бы заложен смысл, это даёт легкий душок Донцовой. А ещё кажется, что Яковлева до конца не была уверена, будет ли "Вдруг охотник выбегает" началом серии романов или разовой вещью, поскольку все неплохие наработки слила нелепым и резко меняющим тональность открытым финалом, в котором не ответила ни на один вопрос, при этом не справившись с главной задачей стартовой книги подобного цикла: с помощью хитрой загадки показать героя с лучшей стороны и собственно заслужить продолжение.

Общее такое фоновое ощущение от книги примерно такое. Наступила революция, и в питер пришел капец. Или копец. В общем, отключили цвет в изображении плюс полное бескультурье победившего класса, не только коренного, но и всякого понаехавшего в культурную столицу по разнарядке и тупо поболтаться по невскому. Мало того. На подходе аж 1937-й год. Ладно, до него аж семь лет, но все равно. Ну, вы понимаете. А ежели - нет, то кол вам по истории. Но это я так, слегонца лениво стебусь.

А так действо производит вполне приятное впечатление. Но все же оформилось ранее смутное понимание ощущения, что же не так с детективами яковлевой. Она столько уделяет времени персам, антуражу и тэдэ, что собственно детективной развязки-то и нема. Здесь же еще и куча лакун как бы с заделом на продолжение. Но, пардоньте, они слишком уж глубоки. Стоило бы кое-что и объяснить, и даже окончательно закрыть какие-то вопросы. И самый главный минус. Это явная авторская предвзятость. Я не утверждаю, что приход советов - есть гут. Но я и не утверждаю, что хруст французских булок (в питере-то достоевского, ага) - это гут. А вот автор должен изо всех сил держать нейтралитет, иначе не гут.

Короче. В питере начались странные убийства. Очень такие атмосферные, с налетом высокого искусства и все такое. И следаки простые почти что коммунисты, но с глубокими лакунами в автобиографиях, сильно недоумевают. Ибо выглядит это все как-то нисколько не по-пролетарски. Не какая-то там бытовуха по-пьяни или резня за бутылку водки и внимание солдатской девки матрены, а прямо хоть иди в эрмитаж и сличай натуру с мрачной библейской картиной или развратной античной статуей. В общем, маньяк прямо-таки трепетно расстарался заради любимого города и его достопримечательностей.

Мало того. На подходе, напомню, 1937-й год. И карательная машина, полная людей в кожаных плащах и кепарях уже того, неистово лютует. Во всяком случае, главгеру не повезло. Причем, сильно не повезло. И с биографией, и в любви, и с коллегами, и с органами, хоть вешайся. И не исключено, что так он и сделал бы. Но внезапно подфартило с напарником, когда остальные товарищи, вроде бы проверенные, оказались трухой. Причем, новичок сначала выглядел как гнида из не называемых гражданами органов, а потом ничего такой пацанчик оказался. И навыручали они там друг друга как следует.

Короче, несмотря на всем отмеченные мной минусы, все же буду читать продолжение.

Проблемы есть очевидные и воображаемые: те, что стучат в дверь, и те, что пока существуют только в уме. Не стоит переоценивать способность просчитывать все наперед - иногда она оборачивается просто паранойей. Мешает думать.

Как-то так вышло, что меня до сих пор не отпускает цикл Дарьи Дезомбре "Расследования Марии Каравай", ведь и эта книга — интеллектуальный детектив, события которого развернутся в Ленинграде и Москве. В чем здесь интеллектуальность? Загадочные исчезновения картин из Эрмитажа, за которыми стоит некий Простак, и несколько убийств, где умерших переодевают в старинные костюмы и ставят в позы людей с разных картин... По-моему, звучит очень так интеллектуально, а здесь именно так разворачивается действо.

И вообще эту книгу легко хвалить, это хочется делать. Настроение у нее тяжелое, с ним и работать не так уж и просто, но атмосфера все равно выдержана отлично. Герои реалистичные и к тому же хорошо вписываются и в сюжет, и в настроение истории. Загадка классная, как и ее реализация + раскрытие, плюс мне понравилось то, как автор погружает героев и читателей в мир музеев. А еще здесь была отличная историческая составляющая. Например, тема с исчезновением картин была на самом деле, "Коммерсантъ" даже делал статью-список этих полотен. В общем, в этой книге можно найти много хорошего.

Но да, есть и плохое. Начну с безумных таймскипов и вообще всякого странного со временем. Возьму в пример сцену без серьезных спойлеров. Главный герой возвращается домой после долгого времени. К нему подходит соседка и спрашивает, откуда у него такие дорогие ботинки. На первый взгляд, абсолютно нормальная сцена. Обычно нам до этого (запомните, "до этого") покажут или способ получения этих ботинок, или сообщат, что герой куда-то направился, где, как мы догадаемся, он и взял ботинки. Здесь нет ни того, ни другого, без шуток. Прямо перед той сценой главный герой был на месте преступления, разглядывал улики. Затем оказался у себя в квартире, сразу же. Что можно предположить? Что из пункта А (место преступления) он сразу оказался в пункте В (дом). Никаких намеков на иной распорядок не было до тех пор, пока не спросили про внезапно возникшие ботинки, которые, как мы узнаем в следующей части главы, подарил высокий начальник, к которому, как оказалось, нашего героя возили между пунктами А и В, настоящий пункт Б. По ходу чтения это выглядело, как будто автор забыл об этой сцене, решил, что она все равно нужна, и решил, что ее можно вставить и потом, чтобы не портить те две (но это бы их не испортило все равно).

Исчезали и появлялись вновь и размышления главного героя. Мне очень нравилось то, когда мы видели, о чем тот думает, какие у него подозрения и прочее, но лучше б их не было вообще, чем эти качели.

С финалом тоже не очень повезло. Чтоб не сильно спойлерить отвечу на три вопроса, которые покажут, о чем я говорю. Будет ли понят принцип выбора жертв? Да. Будет ли собрано достаточное количество улик для поимки преступника? Нет, только воля удачи и будет помогать. Будет ли четкое завершение расследования и книги в целом? Нет.

В общем, если вы любите исторические романы, то советую рискнуть

~ ~ ~ https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/5/5b/PaulusPotter-PunishmentofaHunter.jpg/1280px-PaulusPotter-PunishmentofaHunter.jpg">

Паулюс Поттер, "Наказание охотника", около 1647

– Паулюс Поттер. «Наказание охотника». Он захлопнул книжечку и бросил ее в костерок. – Брошюрка для дикарей вроде вас. Вы у нас дикарь грамотный – читать умеете. В библиотеку даже записались. Похвально. – Вот и просветите меня тогда, – прохрипел Зайцев. – Что это за картина такая? Не встречал. [...] – Отчего же нет, коли просите. «Наказание охотника». Перед нами четырнадцать сценок. Маленькие расположены вокруг двух крупных. На этих маленьких мы видим охотника, который упивается собой. Еще бы! Он так умен, молод, физкультурник, комсомолец. Хозяин новой жизни! Только зря он так думает! [...] – И в двух центральных сценах мы видим итог. Бывшие жертвы – звери устраивают суд над своим охотником. А потом разделываются с ним. Собачек его вздергивают на суку. А самого его поджаривают на вертеле. Среди четырнадцати сценок мы видим и мифологические сюжеты… А впрочем, что вам с того. Я могу говорить час: рассказать вам о Поттере и Голландии золотого века, о докторе Тульпе, который запечатлен на знаменитом «Уроке анатомии». «Наказание охотника»… Я много вам могу рассказать об этой небольшой картине. И о других тоже. Увы, это не сделает вас в меньшей степени дикарем. И остальных тоже. Вы все одинаковы.