Расскажи мне о своей любви к Эс

Жизнь есть интересное течение, течение, сопровождаемое памятью. Развитие тела, души, мыслей, происхождение различных изменений, ожидаемых и неожиданных, – всё находится под контролем памяти, всё можно вспомнить и осмыслить. И в этом жизнь – нечто уникальное, возможно, самое уникальное из всего сущего. Но вот течение останавливается. Не умирает, нет, просто останавливается. Ни музыки, ни песен, и вместе с ними нет воспоминаний для души. Всё окутывает густой и непреодолимый мрак. Люди бродят в поисках обломков своих прежних чувств, повторяя заученные фразы, заученные движения, полученные в пользование еще в прошлом и потому превратившиеся в какой-то странный, но почему-то всё ещё необходимый ритуал. Люди уже не думают о том, что будет в будущем, да и не хотят, наверное, об этом думать. Ведь течение-то останавливается. И только заколдованное пространство, рожденное, казалось бы, бессмысленными ритуалами, только странная условность, превратившая людей в ходячие идеи, в ходячие черты характера, позволяет им хоть как-то сохранить видимость своей индивидуальности и дает возможность выжить. Иногда это кажется забавным, иногда трогает до глубины души. Нет музыки, и только маленькие ручейки, маленькие подводные течения уже почти забытых прежних и еле-еле зарождающихся новых чувств, словно льдинки во время ледохода, собираются и рассыпаются, и вновь собираются, выстраиваясь в различные комбинации.

- У меня порой не хватает сил, чтобы жить, потому что от меня уходит красота, уходит гармония. От всех нас уходит красота и гармония. Мы её находим или создаем заново, а она опять, словно вода сквозь пальцы, уходит. А сердце каждый раз переживает эти потери словно впервые. Мы учимся жить – от нас уходит жизнь. Мы учимся любить – от нас уходит любовь. Всё уходит. И даже когда, казалось бы, ты всё заключаешь в своих объятиях, тебе вдруг начинает казаться, что не это есть красота, не это есть любовь, не это есть жизнь. Всё подвергается сомнению... Он остановился возле окна. Он закончил свой рассказ. На улицу незаметно опустились сумерки. Так же незаметно сумерки потекли в комнату. Мимо двигались автомобили с зажженными фарами. - Отчего ты загрустил? – спросила девушка. - Наверное, оттого же, отчего некоторое время назад радовался, – ответил он. Рука девушки прикоснулась к занавеске и двинулась вместе с занавеской, зашторивая окно. Их тени встретились друг с другом. А по занавеске поползли лохматые тени деревьев, увеличиваясь и вырастая, и устремляясь куда-то ввысь. И исчезая. И появляясь вновь. И их тела, их мысли и чувства, их прошлое, настоящее и будущее тоже поплыли, закружили по комнате, вместе с тенями деревьев! И тоже устремлялись куда-то ввысь, и исчезали, и появлялись вновь! И комната вырастала до размеров Вселенной. И время потеряло смысл. И вдруг всё остановилось и застыло. Напротив окна встали и светили два глаза, две слепые фары автомобиля. Но комната уже выросла до размеров Вселенной, а очертания тел на полу, казалось, уже вместили в себя всё ее торжество и величие! И в этих телах уже звучала музыка, которая вскоре озвучила всё вокруг! И тела отделились от комнаты и поплыли вместе с музыкой – по комнате, по Вселенной – и торжествовали! и ничего больше не существовало.

Девушка тоже не сразу пошла домой. Поблуждав по городу, она остановилась возле киоска и принялась рассматривать газеты. Точнее, она их не рассматривала, просто стояла рядом с незнакомцем, задохнувшись перед неизвестным. Её состояние вскоре передалось незнакомцу, и тот прекратил рассматривать газеты. Возможно, в девушке жила надежда на знакомство, но, если бы этого не случилось, она б не расстроилась. Ей просто необходимо было, чтобы рядом с ней всегда находилось что-то неизвестное. Тогда можно делать всё, что угодно, даже непонятно что, даже рассматривать газеты, и жизнь всё равно не будет казаться такой бесцельной и тягучей. Она ещё некоторое время постояла возле киоска и даже успела отпраздновать в душе маленькую победу в том, что более бесстрастно, в отличие от незнакомца, смогла управлять своими эмоциями, смогла лучше него сконцентрироваться на газетах, хотя не одной из них и не запомнила. Незнакомец её уже не интересовал, потому что он проиграл, а она выиграла, потому что она перехватила инициативу. Она даже попросила у парня ручку и что-то записала в своём блокноте. Потом отдала ручку. Легкий трепет пробежал по её телу и, кажется, побоявшись, что неизвестное может оказаться известным, торопливо ушла. Такое случалось с ней чаще и чаще. Побудет возле одного, возле другого и вновь спешит по лабиринтам связей и дорог, по лабиринтам грез и фантазий, словно умелый режиссер, выстраивая сложную логику рассуждений, направляя эту логику вместе со своей жизнью только к той единственной цели, к той единственной развязке, оттягивая насколько возможно эту развязку, и с замиранием сердца следя за собственной судьбой. Самое важное, самое главное она пока оставляла на потом, отодвигая дальше, как можно дальше, и жила так, не принимая никаких решений, пока были силы сопротивляться. Совершенство не нуждается ни в чём, живет и существует само по себе и только когда начинает разрушаться, оно нуждается в участии. Потом девушка стояла в книжном магазине перед полками книг. Книг было так много, и каждая из них говорила: я самая лучшая, самая интересная, во мне сокрыты самые глубокие и сокровенные тайны, возьми же меня, почитай! Девушка проходила перед этими книгами, перед этими мирами, с надеждой, с жаждой, со смущением и тревогой, с желанием познаний. Её взгляд скользил по томам Чехова, Тургенева, Толстого, Достоевского... Наконец, её указательный пальчик замер на переплете одной из книг и вытащил её. Она отложила эту книгу и продолжила свой путь дальше. Выбор был огромен. Ушло немало времени для преодоления растерянности. Девушка достала другую книгу, перелистала её, на мгновение задумалась, поставила книгу на место. Неожиданно она остановилась и стушевалась. Осмотревшись вокруг и убедившись, что никто её не видит, девушка с большим сомнением и с таким же большим желанием подошла к новой книге. Она не сразу решилась её взять, но, когда решилась, ещё раз осмотрелась вокруг и быстро сунула книгу в сумочку. Она, конечно же, могла купить эту книгу, но ей почему-то стыдно было это сделать. С некоторых пор в её жизни стали возникать вопросы, на которые она не знала ответа, но эти вопросы волновали её больше всего. Они бросали её в бурный водоворот событий и заставляли совершать поступки.