Тайны замка Киткан. Серия «Колумбиада»

Свет фонаря скользил со ступеньки на ступеньку, а я осторожно следовала за ним. Раскат грома заставил меня вздрогнуть и остановиться. Еще один такой удар, и от моей храбрости не останется и следа. Я с трудом заставила себя пойти дальше и, наконец, спустилась в холл, где мой фонарь не понадобился, потому что свет со двора сносно освещал помещение. От сырости и холода я поежилась. Сильный порыв ветра, видимо, распахнул окно и теперь радостно трепал шелковые шторы. Хорошо бы его закрыть, но не стоит шуметь, иначе вся моя секретность накроется. Я оглянулась. В это время вспышка молнии осветила портрет, и мне показалось, что Анна Михайловна укоризненно смотрит на меня. «Лучше в ту сторону не смотреть», – решила я и принялась выбирать место для наблюдения. Я запряталась за плотную штору возле двери гостиной. Правда, придется стоять по стойке «смирно», но зато весь холл, как на ладони. Я затаилась. Время шло. Вскоре, будто удар по голове, раздался бой напольных часов из гостиной. Час ночи. Я почувствовала, как постепенно замерзаю. Еще немного, и мои зубы зацокают совершенно самостоятельно. Где же Лилька? Ведь сейчас ее очередь дежурить. Если она не придет сию же минуту, завтра я слягу с воспалением легких. Наверное, мой крик отчаяния донесся до небес, потому что сквозь раскаты грома и шелест дождя я услышала скрип открывающейся двери. Затем по лестнице застучали каблуки.

Вита выразительно посмотрела на медальон. – Слушай, ты все знаешь об этой вещице, может, она стоит баснословные деньги, а ты вот так запросто ее носишь? – Мне передала этот медальон мама, ей – бабушка, а бабушке – прабабушка. Это все, что я о нем знаю. – Когда поедешь к маме, расспроси ее об этой безделушке, если, конечно, получится. Понимаешь, Сонька, чует мое сердце, что неспроста тебя стукнули по башке. Что-то неладное происходит в этом замке. И вообще, работа эта как-то странно тебе подвалила, бешеные бабки пообещали да еще на все уступки пошли: подруги, друг, выездной ресторан… И вообще, опасно жить в здании сплошь и рядом напичканном одним раритетом. – Вита! Прекрати, – не выдержала я. – Ты в своем полуподвальном архиве совсем от реальности оторвалась. А жизнь стала красивой и удивительной. Ты что не смотришь программы по телевизору? Какие яркие шоу, фильмы. Ведь они, в некотором роде, являются отражением нашей действительности. Между прочим, я тоже верю в чудо. – Ты со своими учениками скоро совсем инфантильной станешь. Чудо ей подавай. Да, это действительно «чудо» оказаться в морге в жаркий июльский день. Недаром наши параметры потребовали. – Мерки, – поправила я. – И не потребовали, а попросили. – Один черт. Когда окажемся в гробу, это будет уже все равно. – Прекрати, Витуля, – взмолилась я. – От твоего черного юмора, мурашки по телу бегают. – Если хочешь знать, я вообще считаю, что надо сматываться отсюда, пока не поздно. – Ну вот, доболтались… – Я уверена, что эти чопорные тетеньки и дяденьки используют тебя для чего-то. – Правильно, используют мое сходство с хозяйкой замка. Это действительно может привлечь туристов.

Уже изрядно стемнело, на небе зажглась луна. В обычной обстановке, я бы развернулась и поехала в санаторий, но сейчас я не была собой. Непреодолимая сила управляла моим разумом, заставляя и тело повиноваться ей. Я все сделала, как надо и уже свернула на дорожку, которая вела в парк замка, когда среди деревьев увидела очертания голубого от лунного света величавого строения. «Это дом твоих предков», – вдруг послышался шепот. По моим щекам побежали слезы, но я не могла остановиться даже на минуту, чтобы достать из сумки носовой платок, потому что сейчас не принадлежала сама себе.