1
Ваша оценка«Дочь приехала к Лопатину в госпиталь, в Тимирязевку, когда все опасное было уже позади. Да и вообще все самое опасное было там, в армейском госпитале, под Шепетовкой, где он лежал первые две недели после ранения. А когда его перевезли сюда, в Москву, он уже был вполне жилец на этом свете…»
Жанры
Возрастные ограничения:
16+
Книга из цикла
Из записок Лопатина
Вы прочитали 0 из 3 книг
Рейтинг LiveLib
4,7
43 оценки
- 579%
- 419%
- 30%
- 22%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 66Хотят прочитать 10
Рецензии
red_star3 сентября 2018Читать далееМы не увидимся с тобой, А женщина еще не знала; Бродя по городу со мной, Тебя живого вспоминала.
Константин Симонов, 1941
Возможно мне просто везде мерещится Хемингуэй, но всю эту повесть мне отчетливо казалось, что Симонов писал под непосредственным воздействием Эрнеста. Эти рваные любовные отношения, это постоянное копание во внутреннем мире и попытки понять, понимает ли тебя другой человек, близость смерти и ощущение людьми этой близости, да сами диалоги в конце концов. Так что я до самой последней строчки гадал – насколько проникся Симонов Хемингуэем, достаточно ли для того, чтобы убить главного героя?
Хорошая повесть, дельная. Ее, вероятно, трудно было писать, ведь после Двадцати дней без войны невероятно трудно и удержать планку, и продолжить любовную линию, предельно герметичную из-за краткости и географической отдаленности. И надо сказать, что Симонов довольно успешно все вопросы по композиции решил, сумев выстроить свою параллельную трилогию как песочные часы – первая повесть обширна, вторая сжата, третья опять обширна.
Любопытно, что я ничего не читал у Симонова про 1943 год. Обе трилогии, и «Живые и мертвые», и записки о Лопатине сосредотачиваются на 1941, 1942 и 1944, проскакивая 1943. Почему? Или есть еще что-то, что я еще не читал, где и Курская дуга будет рассмотрена?
Но вот перед нами опять 1944, опять Беларусь и край Литвы, и даже выход к государственной границе. Смерть Серпилина упоминается, будет и Гурский, и проскользнувший рядом Синцов. Жизнь начинает оттаивать, в Москву стали возвращаться эвакуированные учреждения, в том числе и театры, газеты занимают свои прежние редакции. Люди учатся, женятся, разводятся и думают о продаже и обмене квартир. Наконец-то высадились во Франции союзники, но теперь этому уже и не так сильно рады.
Нетрудно заметить, что в этой повести Симонову куда интереснее самих военных событий был именно человек на войне, эта близость смерти, часто полудобровольная. И сама случайность этой смерти, когда она – лишь отражение математической вероятности.
57 понравилось2K
DollakUngallant30 июля 2026«Тех, кто остался жив, война, чем дальше идет, тем чаще возвращает к прошлому»В личной жизни писателя Лопатина есть жена, которая его не любит, которая ему изменила.
«Тех, кто остался жив, война, чем дальше идет, тем чаще возвращает к прошлому»Лопатин полюбил другую женщину. Его дочь принимает выбор Лопатина. Простая житейская история.
И все бы ничего. Но дело происходит во время войны.
Военный корреспондент и знаменитый писатель Лопатин положителен, талантлив, дружелюбен, скромен. Он очень часто бывает на фронте. Из Москвы в поездках, перелетах туда, где происходит самое важное, определяющее или приближающее победу. Он теряет своих друзей, погибающих в таких же как у него командировках.
Читать далее25 понравилось71
Real-Buk6 июня 2022Заключительная, третья повесть, вошедшая в роман «Так называемая личная жизнь». Война вступает в завершающую стадию, военкор Лопатин продолжает поездки по фронтам, иногда заезжая в редакцию. Очень интересно всплывает линия взаимоотношений с дочкой Ниной, линия с Никой, оставшейся в Ташкенте, тоже на месте. Гурский. Бывшая Ксения, её «нынешний», оказавшийся неплохим мужиком. Очень хорошо и, как и предыдущие повести трилогии, честно написано.
3 понравилось287
Цитаты
- DollakUngallant13 мая 20261 понравилось13
- DollakUngallant13 мая 20261 понравилось21
- DollakUngallant13 мая 20261 понравилось12
Подборки с этой книгой
Еще нет ни одной подборки с этой книгой. Ваша может стать первой.
