Скотный Двор

Эта книга не о конкретной политической системе, эта книга о людях, которые при любой системе становятся зверьми.

И пусть за основу книги взят коммунистический строй СССР, вряд ли кто-то кинет в меня камень, если я скажу, что все то же самое можно наблюдать и в нашем любимом демократическом обществе.

Это книга шаблон. Оруэлл классифицировал людей, как когда-то Линней животных, и описал каждый вид.

Овцы: ну кто может сказать, что он никогда не видел ораву безвольных глупых людей, выблеевающих вбитые в их головы чужие бессмысленные лозунги. Неспособных думать своими мозгами, и от того принимающих любые нововведения как истину в последней инстанции.

Кони: у каждого на работе найдется свой Боец. Такой замечательный добродушный парень, до одурения наивный, который готов пахать день и ночь не за еду а за идею. Именно на таких держится мир, и именно их костьми выстлано его основание.

Псы: эти готовы исполнить все, не гнушаясь самой грязной работы. Исполнить волю хозяина их единственная задача, как минимум на первый взгляд. На поверку, готовые сегодня служить одному, завтра другому, главное чтобы вдоволь кормили.

Стукач: все в имени его. Ученый брат, готовый менять историю в зависимости от обстоятельств, способный белое сделать черным и наоборот. Умелый оратор, убедительный лжец, изменяющий факты не доказательством, а словом. Ведь слово самое страшное оружие.

Обвал: должен был быть не свиньей, а козлом. Козлом отпущения, который так необходим любой власти. Общий враг сплачивает ряды, на общего врага можно свалить любой грешок:

Коровы дружно жаловались, что Обвал пробирается в коровник и доит их во сне.

Общий враг это панацея для любого кризиса власти.

Наполеон: озвучивать имя прототипа не имеет смысла, все понятно. Но с другой стороны, если оглядеться, не такие ли персонажи окружают нас сплошь и рядом. Люди, которые готовы воздвигнуть себе трон в любом дерьме, водрузить на него свои грузные задницы и держаться за него любыми способами. Думаю, многие в харе Наполеона узнают не только высшие чины государства, но и вполне приземленных, родных начальничков, мнящих себя венцами власти.

Есть здесь и другие животные под шкурами которых прячутся знакомые нам лица. Но всех перечислять нет смысла, это задача Оруэлла, с которой он замечательно справился.

Скотный двор поучительная и интересная сказка. Интересная, в первую очередь, тем, что и сейчас очень близка к реалиям нашей жизни. Коммунизм, монархия, демократия - какая разница, ведь не имя делает человека, а человек имя. И пока к власти будут приходить низкие в своих душевных порывах свиньи, жадные до собственного возвеличивания, не важно в какой стране будет жить человек, ничего хорошего он все равно не увидит. Но при достойном правителе и абсолютный тоталитаризм - благо для народа.

«Там, в 1936 г. для меня остановилась история. Я с детства знал, что газеты могут лгать, но только в Испании я увидел, что они могут полностью фальсифицировать действительность. Я лично участвовал в „сражениях“, в которых не было ни одного выстрела и о которых писали как о героических кровопролитных битвах, и я был в настоящих боях, о которых пресса не сказала ни слова, словно их не было. Я видел бесстрашных солдат, ославленных газетами трусами и предателями, и трусов и предателей, воспетых ими как героев. Вернувшись в Лондон, я увидел, как интеллектуалы строят на этой лжи мировоззренческие системы».

Для современного человека это вряд ли является откровением, уж мы-то с вами тертые калачи! Все видели, все знаем, все понимаем. Но нет никакой возможности представить себе, каким потрясением это было для людей того времени. Особенно для такого внимательного к мировому историческому процессу человека, как Джордж Оруэлл. В своих статьях он нещадно бил политические режимы всех стран: и СССР, и Англии, и Германии. Британцы почти до самой смерти подозревали его в связях с коммунистами, которые в свою очередь его терпеть не могли. Оруэлл очень внимательно изучал историю и культуру России, следил за развитием политической мысли, верил в возможность преобразований. Как сказал один из его друзей: "Он страдал за русскую трагедию слишком сильно для наблюдателя. Он постоянно говорил о Сталине, о репрессиях, о голоде, об исчезающих людях. Но и когда он не говорил, мне казалось, что он думает об этом". И нет ничего удивительного в том, что Оруэллу, умевшему мастерски анализировать и классифицировать исторические процессы, происходящее в нашей стране было видно гораздо яснее, чем самим гражданам СССР.

Некоторое время он пытался искать оправдания репрессиям, спорил и ссорился с коллегами, но в конце концов пришел к выводу, что "жажда власти, может быть, не ситуативная реакция, а органическое свойство человеческой природы." Произведения Оруэлла не просто мрачны, а беспросветны, это итог страшного разочарования человека в собственной природе.

"Скотный двор" был написан им ещё во время войны. Его нельзя назвать антиутопией - в произведении в аллегорической форме описаны реальные события 1917-1943 годов. А значит оно принадлежит к жанру политической сатиры, невеселой карикатуры. Причем в формате сказочки о животных - дети будут в восторге.

"Необходимо разрушить сталинистский миф во имя возрождения социалистического движения, ... миф побивается мифом, как огонь огнем".

Персонажи книги крайне интересные, и не просто узнаваемые (Сталин, Троцкий и т.д.), а во многом типичные. Классификация "животных" Оруэлла работает и по сей день. Особенно активизировались в последнее время овцы, которые любят скакать и бездумно выкрикивать чужие лозунги. Привлекательно выглядят персонажи, для которых политическое устройство ничего не меняет в жизни: кошка, которой при любой власти хорошо, и ослик, которому при любой власти плохо. А власть на Скотном дворе принадлежит великой посредственности, товарищу Наполеону. Который не в состоянии довести до ума ни одного выгодного проекта без чудовищных потерь (строительство мельницы, торговля). Зато с помощью несложных хитростей и грубой силы выстраивает идеальное тоталитарное государство. Оруэлл перечисляет огромное количество характерный черт революции на Скотном дворе: наличие отлаженного силового инструмента (псы), поиск внешнего врага (Обвал), переписывание законов и истории (заповеди), обособление власти от народа (свиньи живут в доме), полный контроль СМИ (Стукач) и религии (ворон Моисей), нездоровое рабочее воодушевление вплоть до самопожертвования (Боец), расцвет бюрократии и организаций контроля (скотские комитеты), становление культа личности (незаменимый товарищ Наполеон, как же мы без него!?). И, наконец, история приходит туда, с чего все начиналось - к кнуту.

На примере Русской революции и ее последствий, Оруэллу удалось сформулировать общие закономерности всех мировых революций, любой формы власти человека. Если люди произошли от обезьян, то политики, безусловно, произошли от свиней. И эта истина справедлива для любого строя, для любого государства, для любого времени.

Я бы никогда не поверил в эту историю. Проблема лишь в том, что она произошла на самом деле. И это действительно страшно.

"Они переводили глаза со свиньи на человека, с человека на свинью и снова со свиньи на человека, но угадать, кто из них кто, было невозможно."

Замечательнейшая притча-сатира по мотивам советского строя (и прочих тоталитарных режимов). Может быть применена и к современной России – как пример того, как начинает лихорадить общество при несменяемой власти.

Во многом «Скотный двор» действительно повторяет Советский Союз: растревоженность умов накануне революции, отвратительное обращение с «рабочим классом» и как следствие – неизбежная реакция; первый восторг после освобождения от многовекового гнета хозяев, вполне себе демократия, появление новых проектов для улучшения качества жизни, но после, за неспособностью демократию сохранить, – уничтожение оппозиции и диктаторская форма правления, благо общество еще недостаточно сознательно и готово проглотить любую ересь, что эта диктатура бросит своим рабам. Увы, но так устроена власть – она обязательно «бронзовеет», если ее не менять, долгое пребывание на троне портит любого правителя, и в определенный момент планы «сделать страну снова великой» сменяются примитивным желанием построить себе лучшую в мире аквадискотеку (что бы это ни значило).

Но Оруэлл в своей повести описывает не только аморальность «долгой власти», которая по закону жизни вырождается в террор, но и рабское мышление. В политически и культурно развитом обществе в принципе не может быть диктатуры, в нем любого кандидата в диктаторы вынесут вперед ногами, не успеет он принять репрессивные законы. Диктатура – это симптом глубинных проблем, тяга к ней означает, что в обществе есть «раковая опухоль». Так, у Оруэлла революция прошла лишь внешне, не изменив ее участников. Много было сказано о «свободе», но внутренне герои не свободны. Они избавляются от одной тирании, но без особых колебаний принимают новую, даже более безжалостную, ибо верят, что вот эта тирания – во имя «освобождения».

Фишки в оболванивании масс прямо-таки умиляют своей известностью: «Мы окружены врагами, лишь у нас счастливо светит солнце, а что за нашими землями – все тонет во тьме!»; «Раньше было хуже! Мы вас освободили!»; «Кто, если не Наполеон?»; «Вы что, хотите, как на соседних фермах? Вы что, хотите, как при Джонсе, а?». Пугая население «страшным прошлым» и «вражеским окружением», можно долго держаться на троне. Никто не протестует, даже если происходящее кажется несправедливым. Чернь должна любить своего хозяина и радоваться, что «стало лучше», но «вы там держитесь, денег пока нет, но скоро случится прорыв, и мы заживем!» Что, ты не согласен? Спустить на тебя псов-полицейских! А пока население работает из последних сил и не может даже рассчитывать на достойную пенсию, можно жить в свое удовольствие (обязательно притворяясь страшно занятым), нежиться в роскошествах и объяснять это тем, что ты «равнее, чем остальные».

У Оруэлла рабское мышление не изживается никак. Даже узнав о жадности и жестокости своего «вождя» Наполеона, о его пренебрежении «делом революции», животные все равно принимают это… как должное. Они снова стали рабами, осознали это – но готовы мириться с этим. Великая революция не привила им достоинство. Население, которое обожает своего диктатора вопреки всему, не заслуживает иного – к сожалению. P.S. Считаю, эту повесть нужно включить в школьную программу, она полезна не меньше, чем «Отцы и дети» и «Преступление и наказание». Жалею, что не прочитала раньше.