Лисьи броды

Когда среди десятка ожидаемых новинок выходит книга, аннотация которой кажется тебе перегруженной и аляповатой, по логике вещей эта книга не должна попасть даже в бесконечный лист ожидания, где годами громоздятся сотни когда-то горячо желанных романов, названий которых порой уже и не вспомнить.

Но есть еще логика хаоса — его иногда называют судьбой — согласно которой выйдя ночью на балкон покурить перед сном, ты в приложении с аудиокнигами нажимаешь не на тот файл, но услышав голос Григория Переля, решаешь не исправляться, оставить всё как есть, и дать книге шанс хотя бы на одну сигарету. Потом ты поймешь, что докуриваешь уже третью и стоишь на балконе без малого полчаса, слушая, как три зэка выбираются из штольни уранового рудника, чтобы через тайгу бежать в Маньчжурию.

Утром ты подойдешь к мужу со словами «ты же знаешь, я много лет не просила тебя что-то прочитать, но поверь, это тебе понравится, я обещаю, так же, как обещаю нудеть и приставать к тебе с книгой, пока ты не сдашься, можешь читать ее в телефоне с моего аккаунта». Он начнет читать и скажет, что ты была права.

Ты купишь аудиокнигу для мамы (она будет слушать ее в тот же вечер, забыв на время о телевизоре и интернете), а себе закажешь в магазине бумажную, потому что это самый простой и верный способ сказать автору «спасибо». Сказать «спасибо» Анне Старобинец, госпоже Лисьих бродов, за то, что указала тебе дорогу в этот окутанный мороком и страстями город, что пишет о нем не чернилами или курсивом, а живой водой из красной киновари, что приворожила тебя древней магией слова к тексту, в котором все персонажи — от больного вора Флинта до старой кобылы Ромашки, от барона до деревенской бабы — одинаково убедительны и ярки. За то, что стерла границу между реальностью и сном.

Лисьи броды не любят отпускать своих жителей. Этот город — чистилище между жизнью и смертью, где каждый ищет что-то важное для себя: золото, любовь, забвение, власть, свободу. Ты же нашла здесь историю, мимо которой по логике вещей должна была пройти не глядя, но есть еще логика хаоса — его иногда называют судьбой — согласно которой порой книги сами находят тебя и становятся любимыми.

Я взялась за «Лисьи броды» из чистого любопытства: подруга сказала «там оборотни, лагеря и советская мистика, ты такое любишь». Я люблю, да. Но я не была готова к тому, что книга про монстров окажется книгой про людей — и что эти люди будут страшнее любых клыков.

Сюжет начинается с побега: авантюрист Максим срывается из Москвы на Дальний Восток, в закрытый военный городок, где ходят слухи про таинственного зверя. А дальше — лагерный театр, влюблённости, предательства и такое количество тьмы, что периодически хотелось отложить книгу и проверить, горит ли свет в коридоре. Старобинец замешивает густой коктейль из советской истории и фольклора, и ты уже не понимаешь, где кончается человек и начинается зверь. И главное — хочешь ли ты это различать.

Мне двадцать, я не застала ни СССР, ни тем более лагерей. Но про «лисий нюх» и «волчий оскал» — это я понимаю. Про то, как прятать свою сущность, чтобы выжить. Про то, как притворяться нормальной, когда внутри копится что-то тёмное. Мы с подругами шутим про «внутреннего демона», а тут это буквально: каждый носит в себе зверя, и вопрос только в том — кормишь ты его или пытаешься усмирить.

Книга длинная, плотная, с кучей персонажей. Первые сто страниц я путалась в именах и воинских званиях. Но потом втягиваешься — и уже не можешь остановиться, потому что Старобинец умеет закручивать сюжет так, что каждая глава заканчивается на «а вот это уже поворот». Да, местами перебор с жестокостью. Да, финал оставляет больше вопросов, чем ответов. Но ради атмосферы — этого густого, тревожного, почти осязаемого страха — стоит прочитать.

Если вы соскучились по книгам, от которых мурашки — берите. Если вам интересно, как советская история рифмуется с древними легендами про оборотней — берите. Если вы чувствуете, что внутри вас живёт что-то, чему тесно в рамках «приличной девочки» — тем более. Только не читайте на ночь. Я серьёзно.

Так сложилось, что за качественными мистическими триллерами российскому читателю приходится обращаться к зарубежным сказителям. Будь то Стивен Кинг, Джеральд Бром или Роберт Маккаммон — неважно. А важное другое — в России уже давно не писали качественных, незаурядных и остросюжетных мистических историй с выдающимися главными героями и оригинальным сеттингом. Бывает, конечно, что Алексей Иванов порадует нас чем-нибудь вроде «Пищеблока» с пионерами кровопийцами в главных ролях, но давайте будем честны — такого в последнее время мало. И это удручает, ведь порой так не хочется садиться в самолет и улетать за интересной историей в Соединенные Штаты или Великобританию. Хочется чего-то родного, русского. Чтоб были наши леса, наши оборотни — без погон, — наши герои, имена, наша мифология и, что главное, отечественный рассказчик, который понимает наш менталитет и наши с вами, читательские, потребности. Ждали и дождались. Из дальневосточных дебрей читателю явилась москвичка Анна Старобинец, решившая поведать удивительную историю одного селеньица под названием Лисьи броды, что лежит подле озера Лисье.

События романа отбросят читателя назад в август 1945 года, когда Великая Отечественная уже закончилась, а красноармейцы все еще служили в Маньчжурии, переданной Китаю только в 1946 году. Из трудового лагеря «Гранитный» сбегает тройка заключенных. Один из них — протагонист романа Максим Кронин. Бывший фронтовик-разведчик, надежный и талантливый офицер, герой войны, угодивший в лагерь не по своей вине, а по указке начальства — Кронин слишком много знал. Долгие годы он служил под руководством вероломного и расчетливого полковника Аристова — обладателя прыткого ума и навыков менталиста. Полковник способен проникать в чужие сны, подчинять своей власти при помощи одного только зрительного контакта, делать из людей марионеток и ломать их изнутри. Когда-то этими умениями обладал и Максим Кронин, однако Аристов лишил его памяти, оставив в голове только самое приземленное, обыденное — изъяв любые воспоминания о сверхъестественном и магическом. Но наш герой и без волшебства настоящий богатырь — зачем нужная ментальная магия, если есть старые добрые кулаки, ножи и пистолеты?

Оказавшись на свободе, Максим фокусирует все внимание на главной цели своего существования — поисках пропавшей жены Елены. По словам лагерного товарища Кронина Флинта, супругу экскомьюникадо недавно видели в тех самых Лисьих бродах, которые по счастливой случайности находятся всего в нескольких десятках километров от текущего местоположения беглецов. Подобно гомеровскому Менелаю Кронин, преодолевая эпические трудности, вроде ножевого боя с тигром и перестрелки со смершевцами, добирается до русско-китайской Трои — Лисьих брод, где сюжетный штиль обращается кипучим водоворотом и начинает поглощать в себя все живое, включая бурное воображение читателя, вынужденное столкнуться с лисами-оборотнями, тайной исчезновения отряда красноармейцев, фашистской лабораторией под кодовым названием «отряд-512», проклятым лисьим золотом и секретом бессмертия даосского старца Чжао.

Богатством и разнообразием тем роман Старобинец напоминает очередную приключенческую историю из франшизы про Индиану Джонса. В какой-то момент может даже показаться, что сваренная писательницей солянка прокисла и попахивает второсортным бредовым китчем, но не тут-то было. Старобинец не перегибает ни с одной из тем и подает ее, так скажем, по науке: каждая сюжетная канва хорошо прописана, имеет свою историю, ретроспективу, фольклорную подноготную. В основе мифологии романа лежат народные поверья стран Азии. Для примера, в книге фигурируют не только японские лисы-оборотни Хули-цзин, но и легендарные терракотовые войны китайского императора Цинь Шихуанди, а мировоззрение самого Кронина базируется на самурайском кодексе правил «Бусидо», цитаты из которого регулярно встречаются в тексте. Полнота созданного Старобинец мира дарит читателю уникальную возможность совершенного погружения в воображаемую и уютную вселенную писательницы. По сюжету романа Лисьи броды обладают своеобразной притягательной функцией — из них почти невозможно выбраться. Такой же эффект городок оказывает и на читателя. Прочитав роман, я еще долго возвращался к нему мыслями, вспоминал понравившиеся сцены и культивировал посеянные писательницей идеи. Несмотря на все ужасы романа, Лисьи броды оказались тем местом, в которое хочется вернуться — укрыться одеялом с головой и читать, пока не рассветет.

Природа притягательности романа объясняется не одной лишь полнотой мифотворчества, но и дивным стилем писательницы, создающим ни с чем не сравнимую атмосферу советского быта и азиатского колорита. В Лисьих бродах, как вы поняли, чего только не намешано — даже для старообрядцев местечко нашлось; и описано все это многообразие фигур с удивительным мастерством художественной выразительности. Кровавые мотки облаков, клочья тумана, пропитанные гнойным светом луны, пушистые островки тростника, затянутые молочно-розовыми пенками рассветного неба, — изобретательность авторских эпитетов наполняет пейзажи Лисьих брод невообразимо чарующими красками, способными существовать только в воображаемом, но никак не в действительном мире. Тем роман и завораживает, что в нем все — от стиля до событий — пропитано волшебством, и не таким, какое многие читатели привыкли встречать в фантастических вселенных, а взрослым, быть может, даже по готичному мрачным и жутковатым, но все же волшебством, которое порой так полезно вкусить для разгрузки нашего с вами вечно напряженного сознания.

На пейзажах повествовательные изюминки Старобинец не заканчиваются. Ничуть не хуже у писательницы вышла смена нарративных масштабов: то историю нам рассказывает Максим Кронин, суровый и лаконичный, то сама писательница, то, совершенно неожиданным образом, собака по имени Телохранитель и кличке Дружок, транслирующая события со своего, четырехлапого ракурса. Динамичная смена рассказчиков делает повествование еще ярче и разнообразнее, позволяет читателю взглянуть на события романа самыми внимательными, зоркими глазами, подмечающими каждую деталь царствующего в истории хаоса и трактующими произошедшее в оригинальной, запоминающейся манере.

С какой стороны ни посмотри, а роман Старобинец хорош. И вроде череда мелких минусов в истории есть, но они кажутся столь незначительными в сравнении с выдающимися особенностями произведения, что о них быстро забываешь. Очутиться, хотя бы на неделю, в таком мрачном, мифическом месте, побывать в эпицентре борьбы за всеобъемлющую власть и бессмертие, а потом вновь оказаться в своем уютном кресле или кровати без физических увечий и психологических травм, — это ли не счастье? Роман Анны Старобинец «Лисьи броды» умудрился удачно совместить в себе совершенно несовместимые на первый взгляд темы; открыть перед читателем врата в изобильный мир чудес и страшных проклятий, окунуть в него с головой при помощи чарующих литературных тропов и всецело околдовать, оставив после себя терпкое, медовое послевкусие с оттенками густой туманной сырости и рассветных лучей цвета киновари.