Стремительный разгром Франции нацистскими войсками в мае-июне 1940 года — один из важнейших эпизодов Второй мировой войны, во многом предопределивший весь последующий ход событий. При этом, несмотря на гипертрофированный интерес к самой войне, про разгром Франции у нас знают мало — как правило, дальше не очень умных шуточек в духе "французы не вояки" анализ не идет. Между тем, вопрос, как вообще стало возможным такое поражение, невероятно интересен, ведь всего за 15 лет до разгрома у Франции были безоговорочно лучшие в Европе армия, авиация и флот, а у Германии были огрызок вместо армии, нищета и репарации.
Так что же и в какой момент пошло не так? С этим вопросом и разбираются замечательные исследователи А.А.Вершинин и Н.Н.Наумова. Сразу скажу, что это профессиональные историки, поэтому каждый тезис подтверждается ссылкой на источники, а список использованной литературы по размеру приближается к объему самого текста. Стиль тоже серьезный, шуточек не будет.
После прочтения книги напрашивается вывод о том, что Франция межвоенного периода угодила в нечто вроде идеального шторма. При желании можно назначить главным виновником кого-нибудь из политиков или военных, а то и обвинить в невиданной халатности всю нацию, но это было бы сильным упрощением. Честно говоря, я бы вообще сказал, что это книга об ахиллесовой пяте демократии — оставаясь лучшим способом общественного устройства, демократия иногда плоховато справляется с кризисными ситуациями. Примерно поэтому, кстати, Афины проиграли Пелопоннескую войну, о чем я пару недель назад читал в другой замечательной книге.
***
Итак, по состоянию на 1922 год Франции мало что угрожает. Только что она выиграла величайшую войну в истории, у нее общепризнанно лучшие армия, авиация и флот. Немного беспокоит немецкий реваншизм и тот факт, что в Германии сильно лучше с населением, но на этот случай есть Рейнский гарантийный пакт — если немцы сорвут выплату репараций или превысят установленную версальским договором численность армии, Франция получит право нанести смертельный удар из Рура. В общем, Клемансо молодец, Рейнский гарантийный пакт действительно обеспечивает стране безопасность.
И все бы хорошо, но победа в Первой мировой была достигнута уж слишком большой ценой. Франция потеряла около миллиона убитыми, еще несколько миллионов бойцов были ранены — это при том, что на момент начала войны в стране было всего 19 миллионов мужчин. Война осточертела, о новой никто даже думать не хочет. Кстати, раз уж мы на книжном сайте, показательно, что в Германии самой популярной книжкой в эти годы становится романтизирующая войну "В стальных грозах", а вот во Франции в тридцатые все читают "Путешествие на край ночи".
В обществе, которое не любит военных еще со времен дела Дрейфуса, формируется устойчивый запрос на пацифизм. К власти приходят политики вроде Аристида Бриана с его прекраснодушной идеей "запретить войну". В итоге к 1925 году Франция постепенно начинает создавать проблемы сама себе: возобновляет отношения с Германией и начинает вывод войск из Рейнской зоны. В 1927-1928 году проводится масштабная армейская реформа — служат теперь меньше, да и кадровый состав армии сокращается.
У реформы армии есть не только идеологические причины — большую армию Франция тогда не тянула чисто демографически (во время Первой мировой никто особо не рожал и приближались так называемые "тощие годы", когда призывников в любом случае не хватало бы). Влияла и сложная экономическая ситуация, которая вскоре привела к Великой депрессии. В итоге Франция недальновидно променяла Рейнские гарантии, которые действительно были гарантиями, на локарнские бумажки и на линию Мажино. Оборонительная доктрина, которую пропихивали герои Первой мировой, окончательно победила. Кстати, засилье старых генералов — еще один побочный эффект победы в Первой мировой, равно как и отказ правительства от программы перевооружения ("зачем вам новое оружие, если у нас с войны склады забиты?")
Линия Мажино, которую так любят высмеивать дилетанты, на самом деле была шикарной идеей. Во-первых, она реально непроходима, а на случай, если немцы опять попрут через Бельгию, был соответствущий договор, предусматривавший быстрое выдвижение французских войск в королевство. Во-вторых, строительство линии Мажино позволило создать кучу рабочих мест и частично решить проблемы, вызванные Великой депрессией. Так что глупостью строительство линии Мажино точно не было, но дело в том, что в середине тридцатых Франция прошла через целую полосу дипломатических неудач — испортила отношения с Италией, позволила немцам милитаризировать Рейнскую зону и, самое главное, потеряла Бельгию, которая заявила о нейтралитете. В итоге пришлось менять планы и придумывать что-то на случай прорыва немцев через Бенилюкс, но в условиях политической свистопляски с отставками, забастовками и прочими прелестями, сделать это было нелегко. Любую программу перевооружения надо было согласовывать с миллионом каких-то комиссий, состав которых еще и менялся каждые три месяца. В Третьем Рейхе и СССР военные получали все необходимое куда быстрее:
"Гамелен впоследствии вспоминал: «[Тухачевскому – авт.] было особенно интересно ознакомиться с нашей новейшей бронетехникой. “Это очень хорошо, – заявил он мне, – Вам нужно заказывать их быстрее и в большом количестве”. Смеясь, я ответил на это: “Я заказываю их столько, сколько могу, то есть в той мере, которую мне позволяет финансирование, так как я, к сожалению, не ведаю деньгами”. “Вот здесь проявляется преимущество большевистского строя. Ведь я получаю все, что попрошу”, – заметил он».
Таким образом, можно сказать, что пацифистские настроения, экономические проблемы и политическая нестабильность привели Францию к дипломатическому коллапсу и оставили один на один с нацистским монстром. Это правда, но даже это еще не означало поражения — связка Эдуара Даладье и Мориса Гамелена ударно поработала в конце тридцатых и в итоге во Вторую мировую Франция вступала, не особо уступая немцам ни в чем, кроме авиации. Даже танков было достаточно, и танки эти были хороши, но вот беда — молодые немецкие теоретики, сменившие проигравших Первую мировую генералов, придумали идею танковых прорывов, а французские старички ни до чего такого не дошли, распределяя танки по пехотным дивизиям и распыляя свой главный актив (да и в целом не додумавшись до идеи единого командования — флот, пехота и авиации располагали собственными штабами и работали в отрыве друг от друга). Таким образом, важнейшим аспектом разгрома после политики и дипломатии становится слабость командования. Ну и отсутствие воли к сопротивлению — авторы полагают, что Франция с ее колониями вполне могла успешно воевать и после падения Парижа, но уж слишком все не хотели войны, уж слишком многие считали, что лучше немцы, чем республика...
Очень полезная, познавательная и попросту увлекательная книга. Grand merci авторам, 5/5
13 понравилось
