Печатающая счастье
Достижения современного мира — печатают в 3Д-режиме дома, человеческие органы, может быть и биороботов... А вот счастье можно напечатать? Вопрос, оценённый в Нобелевскую премию — можно ли купить счастья на сломанный гарпун, покалеченные руки и никому не нужный подвиг? Нет, Старик, счастье купить нельзя вообще. Но можно напечатать. Как напечатала Инана Счастье и себе, и читателям, опубликовав "Три Двустишия"
Эта книга – о «последнем» поколении советской молодежи и том кровавом пути, который пришелся на долю всех нас: распад СССР, Афганистан, Чечня, локальные жестокие войны на постсоветском пространстве. Долгий трудный путь длиною в восемнадцать лет под знаком Трех Двустиший, олицетворяющий три возраста героев. Поэтому она интересна всем — и тем, кто вместе с героями прошёл общий для всех путь, и их детям, узнающим в героях романа своих родителей; подростки и молодёжь открывают для себя мир недавнего, но совершенно незнакомого им прошлого. Три Двустишия – это три части романа, первая часть рассказывает о героях, когда им по двадцать пять лет и они еще живут в стране, в которой родились, в СССР. Этот отрезок жизни героев входит в резонанс с двустишием Ахматовой, наверное, еще и потому, что она написала его, будучи практически одного возраста с героями книги:
Кто ты: брат мой или любовник, Я не помню и помнить не надо. Через пять лет, когда им уже по тридцать лет, их жизнь уже созвучна стихам персидского поэта и философа 13 века Саади:
Страдальцы любви, я завидую вам, Знакомы вам язвы, знаком и бальзам.
И, наконец, в третьей части вместе с опытом и потерями к героям приходит осознание мудрости третьего двустишия, стихов армянского поэта 16 века Наапета Кучака: Счастья нет ни в любви, ни в страсти, И, наверное, нет ни в чём.
Наверное... Поэт и мудрец не даёт однозначного ответа. А читатели сами решают, принесло ли счастье главной героине пронесённое через всю жизнь с детства глубоко в подсознании желание быть «женщиной русского лейтенанта» (она так называет себя в шутку на протяжении всего романа).
Джон Фаулз был очень популярен в Советском Союзе, и, разумеется, героиня романа, девушка современного мира Марьям в 1987 году должна была прочитать произведения Фаулза в «Иностранной литературе». Когда Марьям в шутку называет себя «женщиной русского лейтенанта», трудно избавиться от соблазна сравнить её с «женщиной французского лейтенанта». Различаясь во всём, — просто обречённая на беззаботно-благополучную жизнь в процветающей Англии Сара, и Марьям, вынужденная бороться за выживание в постсовесткой южной республике, — похожи в одном, в глубоко спрятанном сокровенном желании. Поэтому Сара врёт любимому мужчине о своём романе с французским лейтенантом, Марьям же ищет своего лейтенанта всю жизнь. Именно это сидящее глубоко в подсознании желание заставляет Марьям полюбить Сергея, и хотя она с лёгкостью уходит от него в «первом возрасте», желание быть «женщиной русского лейтенанта» остаётся, плавно переходя вместе с героиней во второй свой возраст, а потом и в третий. В самом конце повести, словно на прощание, главная героиня, мысленно уносит всех нас на три десятилетия назад, в мир детских воспоминаний, самым ярким эпизодом которого для всех детей, родившихся в СССР были первомайские праздники. Та мимолётная встреча взглядом девочки с обязательными двумя длинными чёрными косами и голубоглазого русского лейтенанта оставила неизгладимый след в душе ребёнка, потом девушки, и уже зрелой женщины, на уровне подсознания диктуя ей совершать те или иные поступки. Что ж, пусть так и остаётся во веки веков: лейтенант — своеобразный символ молодости и мужественности, а также чести и достоинства. Пусть остаётся в наших сердцах потребность в настоящей дружбе, любви, честности. Пусть такое красивое и романтичное желание быть «женщиной русского лейтенанта» остаётся с женщиной как можно дольше, в идеале — всю жизнь.
3 понравилось
