В качестве названия можно было бы взять расхожую фразу: «то, что нас не убивает, делает нас сильнее», эти слова будут на месте, они в полной мере отображают автора воспоминаний.
Как охарактеризовать это произведение? Что я прочитала сейчас, автобиографию или мемуары? Трудно сказать однозначно: это, в первую очередь, рассказ Христенко Б.Н. о собственной жизни, испытаниях, лишениях и победах, выпавших на его долю, он же и главный герой книги — человек, вспоминающий события всей своей жизни; во вторую очередь это рассказ о времени и событиях, в которых приходилось жить первому поколению советских людей.
Книга понравилась своей честностью, простотой и будничностью жизнеописания. Автор не ставит своей задачей оценить, просто вспоминает, печалится о тяжёлых временах, корит себя, что мало беседовал с родителями и не всегда интересовался их заботами. Время не вернуть, никогда уж не расспросить отца о былом, винит себя, что ничем не помог матери, и это — главная печаль.
Наиболее живыми и интересно написанными страницами для меня оказались те, в которых Борис Николаевич описывает собственную жизнь. Пусть литературная составляющая и не идеальная, однако некоторые главы можно рассматривать как полноценные прозаические произведения, и они способны растревожить память и дать импульс новым размышлениям.
О ком бы ни писал Христенко Б.Н., в его словах всегда присутствует он сам, и у меня сложилось стойкое представление об авторе, как о высокообразованном человеке с высоким интеллектом и огромным уважением к людям, которым обязан своим становлением. Следует заметить, что обидчиков своих он тоже не забыл и поминает их всех одним общим сочным эпитетом. Он человек широкой души и огромной внутренней культуры, и, мне необычайно импонирует тот факт, что к небольшому учебному заведению, в котором ему довелось проучиться около двух лет, он сохранил огромное пожизненное почтительное уважение:
«Много в жизни моей было маленьких и больших удач, только годы, проведенные в Техникуме, нельзя сравнить ни с чем, я считаю их самыми счастливыми, полезными и памятными в своей судьбе. Почему я пишу слово «Техникум» с большой буквы? Потому что его роль, его значение в моей жизни можно сравнить только с Отцом и Матерью, давшими мне жизнь. Если говорить правду, то всеми своими знаниями, технической подготовкой, успехами в высшей школе, авторскими свидетельствами и работой над диссертацией я обязан Техникуму и тому коллективу преподавателей, с которыми счастливо связала меня судьба. Вечная память и неизбывная благодарность навсегда остались в моей душе».
Судя по воспоминаниям, это было очень достойное заведение, с крепким неравнодушным педагогическим коллективом.
Необычайно заинтересовало воспоминание о «Спортивной производственно-технической эстафете». Фактически — это итоговое мероприятие по всем предметам: здесь, и практика, и теория, и физподготовка. Даже этот один пример говорит о том, насколько увлечённые и нестандартно мыслящие люди преподавали в техникуме. Занятно рассказано о «бригадном методе» изучения русской литературы и другие новации, испробованные на учениках, но пересказывать не стану, такие моменты стоит почитать самостоятельно.
Христенко Б.Н. напоминает, что советская власть установилась во Владивостоке только в 1924 году, и это было очень сложное время. Пишет, с каким «ужасом ждали в бараках очередной смены военных властей. Множество армий шаталось по городу, но самыми страшными были налеты разгромленных белых банд Колчака и мародеров из казачьих сотен атамана Семенова. Дальний Восток был их последней надеждой, и цеплялись они за нее всеми силами». Не легче была обстановка и в Харбине, куда их семья переехала по служебной необходимости, отец трудился на КВЖД.
Поскольку становление автора приходилось на годы проживания их семьи в Харбине, этому периоду отводится много страниц, на которых есть описания улочек, строений и бытовой жизни города, отношения между различными группами людей и исторические вставки. Для меня всё это было очень познавательно, признаюсь, почти ничего о том крае не читала.
Понравился необычный приём, мне раньше встречаться с таким не приходилось, (не так много читала я автобиографий и мемуаров). Когда встретился в тексте повтор, сознание слегка споткнулось и побежало дальше по тексту; чуть позже ситуация повторилась, и это меня уже слегка зацепило и напрягло, а когда Борис Николаевич вновь стал пересказывать уже затронутый ранее случай из жизни, до меня дошло и я оценила этот приём. Это, как круги на воде: сначала бросил камушек, послышался всплеск и пошёл первый маленький круг волны в скупом изложении. Позже, когда пришло время рассказа на затронутую тему, идёт более широкая волна с подробностями и деталями; а спустя несколько глав, он вновь возвращается к этому событию и создаёт ещё более широкий круг, теперь это событие подаётся с обоснованиями, выводами и личным отношением. Так поэтапно, с вводом новых подробностей, мы знакомимся с родителями, с каждым по отдельности и вместе, и их отношениями; так же предстаёт перед нами и «чёрный ангел» семьи Агриппина Кумпан, если первый раз автор даёт просто нелицеприятную характеристику, в следующем обращении мы видим из-за каких поступков он так её называет, а позже подробно останавливается на личности этой женщины и причинах породивших это исчадие ада.
В 1935 году их семья вынужденно переселяется на Родину, в Маньчжурии уже вовсю хозяйничает японская военщина и советские специалисты на КВЖД больше не нужны.
Читаешь о начале тридцатых годов, и ловишь себя на сравнивании с событиями наших дней. Политтехнологии нисколько не изменились, современные нео-националисты, национал-социалисты и прочие оппозиционные движения до настоящего времени пользуются аналогичными схемами.
Обстоятельства сложились так, что на шестнадцатом году жизни Борис резко взрослеет, начинается его самостоятельная жизнь, а к восемнадцати он уже примерил на себя робу заключённого. Какой страшный путь пришлось ему пройти, сколько лишений и невзгод испытать. Десять лет лагерей, а после освобождения ещё десять лет ограничений и преследований. Читать с равнодушным сердцем об этих мытарствах невозможно, однако его не сломали эти испытания, он не утратил своего любопытства к жизни, способностей к обучению и изобретательству. Он спрашивает сам себя и на своём опыте отвечает: «Что мы знаем о своей способности выживать? Не вообще человечества или отдельных героев, а о своей, личной? Как правило – ничего, пока не придет момент, чаще всего трагический, пока жизнь не подготовит нам испытание. Не все выдерживают удары судьбы, многие ломаются. Почему? Чего им не хватает? Прежде всего, веры. Веры в свои возможности. Она многократно увеличит силу вашего духа, сделает вас несгибаемым. С верой придет надежда. Вы станете сильнее, подымете голову». Эта убеждённость помогла ему выстоять в лихолетье и стала опорой в последующей работе, а послужной список внушителен. После освобождения из колонии Борису Николаевич пришлось работать на пяти крупных предприятиях в разных городах страны, везде его бросали на прорыв и он с честью выполнял поручение, заведомо обречённое на провал. Удивительно, на образовательной базе Техникума (с большой буквы, как величал его автор) ему по силам были сложные технические и организационные решения. Вот, что значат врождённые смекалка и склонность к изобретательству. Я убеждена, что автор настоящий самородок.
Жаль, что воспоминания заканчиваются 1958 годом на том моменте, когда «Правительство приняло мудрое решение: восстановило права невинно осужденных в 1937 году и реабилитировало всех живых и умерших (посмертно). Для тех, кто уцелел в этом буреломе, начиналась новая жизнь». Было бы интересно узнать и о дальнейшей жизни этого неординарного человека, начавшего в тридцать восемь лет новую биографию. Как бы могла сложиться его жизнь, если бы не было этих проклятых двадцати лет. Можно только предполагать, но знаю, что в тени он не отсиделся бы и добился достойных ему высот.
61 понравилось
