Скорее, НЕ понравилось. То есть я понимаю, что структура должна была быть продуманной, чтобы всё сошлось, но ощущение всё равно такое, что суть загадки пришла в последний момент. Ну, какое-то всё незлодейское что ли... Читать было безумно интересно, я, как и Каменская, обожаю копаться в бумагах, сопоставлять, искать противоречия. Но тут загадка такая, что не стоило бы и искать.

Пётр Краченко, как я теперь узнала, и впрямь юноша не большого ума :) Но проблема в том, что в этом розыске по старому делу самое важное упустил не только Пётр, не только сверхразумная Каменская, но и сама автор. А мне больше всего были интересны личности убитых - семья пьянчуг с их шестилетней дочерью. Как-то попыталась затушевать Александра Анатольевна их личности, мол, ну, были и были, главное, что их никто не искал.

Да и параллелизм двух дел, а именно самого убийства и того, кто  в конце 80-х подбрасывал во вскрытые квартиры белые розы - уж слишком натянут. Тут "законом парных случаев" не обойдёшься, тут вышел Бог Совпадений из машины и как пошёл жечь напалмом! И чтобы розы были именно белые, и чтобы упомянули об этих розах при Каменской именно в тот момент, когда она разбирает дело Сокольникова... 

И само дело Сокольникова мне не нравится НИКАК. Не могло оно таким быть. Почему человек сперва приходит и даёт про себя обличающие показания (хотя убитых никто не ищет), а потом от них отказывается? Первое же моё предположение озвучивают еле-еле к концу второго тома. 

А вот то предположение, которое оказалось правдой - ноль процентов к правдоподобию.

Ну и не понравились обе линии с рассуждениями Каменской. Прежде всего, то, что она пытается направить Кравченко на то, чтобы он, как обещал. сочинял на основе документов художественный текст. Во-первых, ни фига он не сочиняет, а она потом идёт у него на поводу и тоже начинает идиотское расследование. Во-вторых, сама идея с подобным "чтением" идиотская, журналист должен сперва напроситься к Сокольникову на свиданку и узнать его версию происходящего, тут Кравченко совершенно прав. Я в упор не понимаю, зачем Сокольникова делать живым, но в тюрьме. Он тут мешает дико.

Я даже прогнала материалы дела через собственное воображение: единственное, что тут можно интересного выдоить - это ритуальное убийство. На него и стоило настраивать щенка (да, я недаром стала называть Петра лабрадором, для него и выбран образ всё ломающего, грызущего и писающего щенка). Но Каменская на кой-то фиг сама погружается в расследование.

И при этом красива и линия с розами. И с манипуляторами - красивая. Но они не сюда. Они выстроены на фундаменте намного более слабом, бытовом.

Да, вторая линия рассуждений Каменской. Она говорит, что люди возражают ради того, чтобы повысить свою оценку. Хочу напомнить, мы - обезьяны. Да, я верующая и креационист, но давайте не закрывать глаза на реальность, в биологическом разрезе мы довольно примитивные существа, близкие к обезьянам. И для нас чужая идея - это чужое тело, вошедшее в наше. Это может даже доставлять наслаждение, но если чужой кусок появился в пределах нашего тела без нашего согласия, мы будем визжать, драться, а также кидаться шкурками бананов и какашками (пардон май френч). Тот, кто сверху - лучше того, кто снизу. Если ты вложил в меня свою идею, а не я в тебя, я нижний, меня опустили!! Это не только самооценка, это очень важная составляющая взаимоотношений. Если мы разрешаем человеку вкладывать в нас свои идеи (трахать нас, если называть вещи своими именами и тем, чем это является на самом деле с точки зрения биологии), мы признаём его превосходство, подчиняемся на массе слоёв. И как раз сам манипулятор в этой книге говорит, что идеи надо подкидывать незаметно, так, чтобы человек считал, что это его идея. И вот этого раскрытия не хватило. Да, меня тоже тянет поспорить. И не потому, что дело в самооценке меня или Петра. Дело в моей внутренней обезьяне, которая сейчас визжит, скачет с ветки на ветки в моих внутренних джунглях и гневно бьёт хвостом! Идея - та же палка. Или часть тела. Если эта чужая часть тела рядом с моим телом, то звуки истерящей обезьяны.

Такая высокая оценка - за всё остальное. За то, что я снова проглотила оба тома. За то, что мне тоже было интересно разбираться в этом несуществующем деле. И за сцену, где за спиной Каменской ей делают недвусмысленное предупреждение. А так же за то, ради чего вообще это предупреждение было сделано.

В общем, у этого романа были все предпосылки, чтобы стать прекрасным. Но тут не хватало вот тех самых версий от Петра, который должен был напрягать фантазию и придумывать, что бы могла значить та или иная странность в деле. Я понимаю, что персонаж туповатый. Но без этого вся драма исчезла. Осталась пожилая Каменская, которая делает ремонт, и не может сформулировать, почему брать учеников, закладывать в них свои идеи - это нечто хорошее или нечто плохое. Да, хороши её идеи об иллюзиях, но веселее было бы читать, как одни и те же иллюзии выдали совершенно разные последствия у разных людей. Потому что я, как и Каменская, тоже могу верить в то, что у каждого своя правда, но Истина - это знание последствий. А последствия и определят, что же в конечном счёте было "правдой".

Очередная история с участием Анастасии Каменской, но теперь она уже не сотрудник правоохранительных органов, ей 58, из них 8 лет в отставке, работает в частном агентстве под руководством Владислава Стасова, своего давнего друга. По его просьбе она соглашается заменить его жену Татьяну, писателя-детективщика, а в прошлом следователя, и поработать с начинающим литератором Петром Кравченко, жаждущим прославиться на ниве и журналистского расследования преступления 20-летней давности, и художественного творчества. Настя помогает ему разобраться в документах старого дела о тройном убийстве семьи Потаповых, объясняет, как жила страна в 90-е годы (ее характеристика этих лет мне показалась очень интересной). Это не вполне детектив, что часто случается в поздних романах Марининой: здесь много размышлений главной героини  о жизни, о том, что такое правда, как она соотносится с истиной и бывает лиодинаковой для всех.

...истина как таковая, сама по себе, никому не нужна. Для каждого человека истина – всего лишь инструмент для достижения какой-то личной цели. Те, кто утверждает обратное, либо глупцы, либо лжецы и лицемеры.

Как же меня бесил этот самоуверенный 25-летний провинциальный журналистик! Гораздо больше, чем Анастасия Павловна, периодически впадающая в менторский тон (видимо, сказывается то, что по возрасту она мне ближе, чем этот «юноша бледный со взором горящим»). Каменская – всё та же: не очень сведущая в вопросах быта, горячо увлеченная своими расследованиями, ироничная, сдержанная в проявлении чувств и эмоций, предпочитающая удобство внешней привлекательности и моде, нежно любящая своего Чистякова. Маринина достаточно внятно прописывает ее психологические состояния, сомнения, тревоги, вызванные возрастными изменениями. А ее мытарства с ремонтом квартиры мне оказались ситуативно до боли знакомыми: так уж вышло, что чтение романа по времени совпало с моей «ремонтной» эпопеей:)

Напряжения в романе, прямо скажем, поменьше, чем в первых книгах серии, но оно и понятно: с возрастом, видимо, приходит тяга к созерцательности и раздумьям, стремление к спокойному, мудрому осмыслению многих жизненных явлений и проблем. А вот мотивы некоторых поступков главного «злодейского злодея» показались не очень убедительными, за что я и сняла книге балл.

Вот только что дочитала. Что сказать? После прочтения первого тома мнение моё не изменилось: Намного хуже, чем первые детективы, но приятнее, чем последние. А в целом, очень медленное, скучноватое, ленивое чтиво. Но я стараюсь не переобуваться в воздухе и не бросать любимых авторов, хотя вот они частенько забивают на нас, читателей. Ну да Бог им судья! Я же о самом романе. Детективом его всё-таки сложно назвать. Скорее это производственный роман. А ещё точнее, краткий ликбез о правильном чтении уголовных дел. Ну как он может быть супер-увлекательным? Юридический язык скуп и мало выразителен. Уголовные дела огромны, обстоятельны, но имеют в составе множество "лишних" материалов. Хотя, кто скажет, что из этого лишнее? Любая справка, ниточка, зацепка может привести к истине. А может и не привести. Но вот для пытливого ума там просто раздолье. Все можно повернуть, перевернуть и использовать во вред или пользу (опять вопрос: для кого будет польза, а для кого вред?). Именно поэтому работа оперов (хотя у них и быстрее, чем у всей команды), следователей, судмедэкспертов, адвокатов и т.д. — очень медленная, сложная, кропотливая и не вполне понятная простому обывателю. Это не стремительный детектив-триллер, где загадка разгадывается на раз-два-три, преступник разоблачен и быстренько добегает до зала суда. Увы! Это всё иллюзии, о которых так много и подробно говорит Маринина в этом романе.

Перечитывать точно не буду, уже удалила, но на один раз — вполне себе пристойно.