Книга мне очень понравилась, хотя изначально я была настроена скептически. В целом можно отметить некоторые недостатки (исключительно на мой субъективный взгляд). Временами диалоги казались чересчур постановочными, когда автору хочется подать какую-нибудь информацию, и для этого он задает наводящие вопросы герою. Несомненно, исторический материал проработан отлично, но некоторые куски перенасыщены подробностями, словно я энциклопедию читаю, а не художественный роман. Но встречались они довольно редко и сейчас, когда последняя страница книги... эммм, перевернута (как правильно сказать про электронную версию?), впечатления затмевают все недостатки.
Не буду врать, что меня захватила атмосфера Средневековья, - нет, ее я прочувствовала, уже прочитав большую часть. В первую очередь мне понравился главный герой и то, как он выписан. Его зовут Виллем, и он лекарь от бога и с хорошим образованием. Наверное, для фламандского городка Хасселт он настоящее благословение. Мне показалось, что он изображен автором как одновременно человек средневековый и уже человек Нового времени. Нет, он не произвел прорыва в медицине, его методы лечения исключительно средневековые, но его мировосприятие уже иное. Он никогда не сетует на людей или бога, не порицает, не осуждает, не спрашивает, за какие грехи или ради какого испытания бог насылает болезни на человека, хотя за годы практики повидал всякого... В нем какое-то естественное смирение человека перед миром вокруг него. И в то же время он постоянно экспериментирует со снадобьями, пробует новые методы лечения и ищет свой собственный подход к каждому пациенту. И никогда не опускает руки.
Главная сюжетообразующая линия — взаимоотношения Виллема и его пасынка Гвидо, сына умершего друга Виллема. Взаимоотношения непростые, поскольку в прошлом у Виллема — трагедия, случившаяся с его собственным сыном, которую он переживает до сих пор. Но сама история — лишь костяк для изображения мира средневекового города, его жителей и в первую очередь средневековой медицины. Мне кажется, автор в первую очередь хотел рассказать о том, как все-таки лечили во времена, когда не было ни нормальных обезболивающих, ни хороших (или вообще никаких) антибиотиков, а болезнь распознавали лишь по симптомам... И одно дело, если ты знаешь, чем болен пациент (как в случае с туберкулезом). Ты понимаешь, что не сможешь вылечить, но способен спрогнозировать течение болезни и знаешь, как максимально продлить жизнь человеку и снять симптомы. И другое, когда ты просто не понимаешь, чем именно болен человек (как в случае с мальчиком-аутистом). Ты действуешь вслепую, лишь снимая текущие симптомы (снижаешь возбудимость, даешь снотворное, облегчаешь судороги), но что делать дальше — просто не представляешь. И как будет протекать болезнь завтра — тоже. В такие моменты я читала, практически не дыша, и думала, что современная медицина, конечно, несовершенна, как и современные медики, но шестьсот лет назад врачи были подчас просто бессильны что-либо сделать... А вот когда Виллем продумывал новые рецепт для лечения, учитывая особенности организма каждого больного, то мне казалось, что это больше похоже на искусство, чем на работу. Не зря Гвидо так загорелся аптекарским делом. Знать, какая трава, какой корнеплод, цветок как действует на организм человека и, исходя из этих особенностей, продумывать новый рецепт — удивительно и восхитительно!
— Так что за лекарство ты предлагаешь? Виллем подвинул к себе кусок недорогого пергамента и перо с чернильницей, стоящее на конторке. — Если взять один скрупул корня мандрагоры от припадков и траву дубровки, растертую на дереве деревянным пестом от судорог... Аптекарь перебил его, поморщившись: — Мандрагору дают с водой, дубровку с вином. В чем их смешивать-то? Почему не дать каждую из этих трав отдельно? — Давал, они на него почти не действуют. — Мандрагора почти не действует?! — Дидерик, я бы не пришел к тебе среди ночи, если бы мог разобраться сам. В том и хитрость. Дубровка обладает схожей с мандрагорой природой, они могли бы усилить друг друга. — А ты уверен, что такая смесь не станет ядом? Тем более, если там малолетка. Я бы дягиля еще туда добавил, как противоядие. Помешать не помешает, а если у него из ушей полезут наши художества — так сдержит. — Дягель тонизирует, — покачал головой Виллем. — А он и так сутками не спит. — Тогда лакк, копытень и сок алойного дерева. Они умерят друг друга и уравновесят мандрагору с дубровкой. Лекарь задумался, делая пометки на пергаменте. — Пойдет, — наконец согласился он. — В чем смешивать? — На воде. Винные пары и здоровому-то разум затуманят, а уж этому твоему... А к дубровке добавим ситник ароматный, он ее усилит, должно будет сработать и без вина.
Очень красивая вышла романтическая линия, только вот сюжетно она несколько оборвана. Признаюсь, с самого начала мне казалось, что романтическая линия здесь лишняя. Не укладывалась она в общую картину. Но раз автор ее начал выписывать и раз герои зашли уже достаточно далеко в своих чувствах (то бишь могли посмотреть в глаза друг другу и не отвести взгляд — а это для них прогресс!), то надо было довести до логического конца. О, да пусть Виллем так на ней и не женился и не увез ее в Льеж с собой, но неужели ж даже попрощаться не зашел? А так внутренние переживания каждого описаны превосходно. Кстати, про само возвращение в Льеж я тоже не очень поняла. То есть героя не поняла. Разве нужно было возвращаться? По мне, так это не имело уже никакого значения для Виллема. А вот жителям Хасселта он был очень нужен. Читала книгу и буквально чувствовала, как они близки. Не каждому врачу так доверяешь. Но это выбор самого героя — уехать или остаться... А за сам роман, несмотря на указанные в первом абзаце ученические помарки, только 5+.
8 понравилось
