Лето Господне

Основа романа «Лето Господне» — устный рассказ И. С. Шмелева о русском Рождестве своему семилетнему крестнику в декабре 1927 году в Севре. Вдали от родины (в эмиграции) И. С. Шмелёв создал свою знаменитую автобиографическую трилогию: романы «Богомолье» (1931—1948), «Лето Господне» (1933—1948) и сборник «Родное» (1931). Роман «Лето Господне» занимает центральное место среди этих произведений. Работа над романом заняла у писателя около 14 лет. «В ней, — говорил Шмелев о своей книге, — я показываю лицо Святой Руси, которую я ношу в своем сердце». «Богомолье» и «Лето Господне» объединены общей темой, встречаются одни и те же герои; у них схожи внутренние сюжеты. В начале 1928 в парижской газете «Возрождение» был опубликован первый очерк — «Наше Рождество. Русским детям», однако лишь в 1948 г. роман вышел полностью в известном парижском издательстве YMCA-Press, специализировавшемся на русской литературе. В России избранные главы впервые опубликованы в журнале «Новый мир» за 1964 г., полностью книга вышла лишь в 1988 г. В романе «Лето Господне» писатель обращается к воспоминаниям своего раннего детства, которое для него закончилось в семь лет трагической гибелью отца. На страницах книги читатель знакомится с обыденной жизнью купеческого дома и работников, которые считают этот дом своим, уважают религиозные и семейные праздники, крестные ходы. Все это автор запомнил из своего детства, которое провел в купеческом доме в Замоскворечье, построенном еще его прадедом Шмелевым. Существуют различные трактовки как жанровой принадлежности «Лета Господня», так и художественной манеры писателя.

Георгий Адамович скептически замечает, что "…перечитывая Шмелева, хочется воскликнуть: «Не узнаю тебя, Россия». Напротив, Иван Ильин считает: «…эту книгу написала о себе сама Россия — пером Шмелева». Так лирическая поэма, по определению И.Ильина, разрастается до поэмы эпической — о России и основах ее духовного бытия. «Повествование воссоздает обобщающие картины жизни многих поколений русских людей, утверждая мысль о бесконечном жизнетворчестве народа, его силе и мудрости, преемственности его деяний. Жизнь должна строиться не на ломке, а на укреплении фундамента прошлого, на продолжении традиции. Это одна из любимых мыслей автора. В неразрывной связи поколений он видит основу духовного обогащения человека и нации.»

Большинство критиков сходятся в том, что стилистика и герои «Лета Господня» ведут свое начало от автобиографических произведений Л. Н. Толстого («Детство»), С. Т. Аксакова («Детские годы Багрова-внука»), М. Горького, а также от прозы Достоевского и Лескова, «Детства Никиты» А. Н. Толстого и т. д.

В романе обозначены 3 сюжетные линии: 1) движение церковного года через все главные праздники, 2) история смерти отца главного героя Вани, 3) духовное взросление Вани, под влиянием событий двух первых сюжетных линий. Повседневные дела персонажей тесно связаны с ходом православного календаря: во время Великого Поста запасают на лето лед, на Спас-Преображение снимают яблоки, в канун "Ивана-Постного" солят огурцы, после Воздвижения рубят капусту. Все ритуалы и обычаи повторяются из года в год. "И всего у нас запасено будет, ухитримся потеплее, а над нами Владычица, Покровом Своим укроет ... Работай - знай - и живи, не бойся, заступа у нас великая", - такой житейской мудростью делится Горкин. Таким образом, «заложенная в основу композиции данного произведения идея круга придает романному миру облик совершенства, гармонии.» Названия глав “Лета Господня” подчинены православному принципу: “Великий пост”, “Ефимоны”, “Благовещенье”, “Пасха”, “Троицын день”. Названия основных частей "Лета Господня":“Праздники”, “Радости”, “Скорби” - все это в соответсвии с жизнью человека. Через весь роман проходит основная мысль - формирование нравственных качеств. Этой задаче подчинена система образов повести. Ребенок понимает суть праздника через эмоциональную оценку его названия и через знакомство с обыденной жизнью.

Герой следует христианским традициям, участвует в церковных праздниках и в жизни семьи. Семья – это не только отец, сестры Сонечка («очень добрая, все говорят — сердечная; но только она горячая, вспыльчивая, в папашеньку, и такая же отходчивая»), Маня и годовалая Катюша, брат Коля. В жизни Вани семья - это и Горкин, Василий Васильевич, нянька Домнушка, кухарка Марьюшка, кормилка Настя, Антипушка-кучер. Ваня, услышав как отец ругает старшего приказчика Василь Василича за то, что они, пьяные, «чуть не изувечили публику», очень за него переживает. Но все заканчивается благополучно. Маленький герой изи исповеди старого приказчика понимает, что в окружающем мире чтят не деньги, а честь, честность, правду. Ваня принимает все, что делают взрослые в Чистый Понедельник, благоговейно вздыхая «незабвенный, священный запах» Великого Поста». На первой своей исповеди у отца Виктора Ваня искренне кается во всех детских грехах. Покаяние не прошло даром: когда после Причастия на улице его попытался оскорбить местный хулиган — Гришка («матрос... в штаны натрес»), Ваня хотел ответить грубостью, «да удержался — вспомнил, что это мне искушение». В третьей части мы можем проследить духовное взросление Вани: «Святая радость», «Живая вода», «Москва», «Серебряный сундучок», «Горькие дни», «Благословение детей», «Соборование», «Кончина», «Похороны». Три первые главы посвящены прощанию Сергея Ивановича с радостью земного бытия, в остальных - повествование об его уходе в вечную жизнь. Тяжелым испытанием в жизни Вани становится болезнь отца (после несчастного случая на лошади) и последовавшая за этим смерть. Ему трудно смириться: «Богу ведь тоже сирот жалко <...> пусть старые помирают <...> почему Бог нас не пожалеет, чуда не сотворит». Кончина отца — вот ответ на эти страшные вопросы. Перед смертью отца Ваня видит сон: он идет с Горкиным по большому лугу, «а за лугом — Троица (отец перед смертью благословляет И. образом Святой Троицы.) И луг покрыт живыми цветами» (христианский символ жизни).

Главные герои

Ваня является главным героем романа «Лето Господне». Рассказ в романе ведется от имени Вани, следовательно мир романа читатель воспринимает глазами ребенка. Образ присущи автобиографические черты. Ему нет еще и семи лет. Он «забавник», «легкой, как муравейчик!». Ване с детства знакомы ощущения праздничночти бытия: «теперь потускнели праздники, и люди как будто охладели. А тогда... все и все были со мною связаны, и я был со всеми связан...». К его любимым предметам относятся: прабабушкина икона «Распятие» в передней, «вкусная, святая ложка», у которой «на спинке церковки с крестами», позже подаренная Горкину. Ваня, готовясь к школе, плачет над "Вещим Олегом", без труда выполняет грамматическое задание гувернантки в отличие от лоботряса Даньки, сынка богатого крестного Александра Кашина.

Сергей Иванович — отец Вани, представитель хозяев «старого уклада». Члены семьи небогаты и живут только праведными делами. С. И. делает добрые дела: на Рождество устраивает обед «для разных», т. е. для бедных. Сергей Иванович человек духовный, он поклонник творчества Пушкина и помогает в организации открытия памятника поэту. В своих хозяйственных начинаниях он прежде всего преследует нравственные цели (например, его забота о храме в честь Казанской иконы Божьей Матери). Иногда он даже терпит убытки,как случилось при подготовке пушкинского праздника. Поворотным в жизни С. И. становится несчастный случай: С. И. сброшен лошадью и протащен ею по камням, его, полностью разбитого, едва привезли домой. Внезапная болезнь С. И. изменяет все вокруг, делает многих добрее. «С этого момента вся народная Москва сопереживает Сергею Ивановичу, принимает живое участие в борьбе со смертельным недугом". В главах «Живая вода» и «Москва» показано, как народ пытается «остатнюю болезнь» снять со своего любимца». С. И. терпит невыносимые боли, но продолжает верить и говорит врачу, что на все «Воля Божия». Впечатляют его размышления о вечном, хотя и временное ему не чуждо: он хранит на письменном столе «желтик» — «цветок, сорванный сыном», любит лошадей и жалеет даже сбросившую его кобылу.

Горкин Михаил Панкратович (Михаила Панкратыч, Горка) — старый плотник, который «уже не работает, а так, при доме», духовный наставник Ивана. Этот герой - "русский верующий простец" (И. Ильин), понимает все в вопросах уклада и обряда. Фамилия Горкин говорит сама за себя: Красной горкой в народе называют Пасху. Именно поэтому Сергей Иванович зовет старого «филенщика» Горкой. Г. служит людям, следуя православным традициям, поэтому дает возможность своему воспитаннику самому понять смысл православной обрядности. Отец Ивана перед кончиной дает наказ жене: «трудно будет тебе, Панкратыча слушай. Его и дедушка слушал, и я, всегда. Он весь на правде стоит». А сам Иван с детской непосредственностью размышляет о Г.: «кто он будет? <...> свято-мученик или преподобный, когда помрет?» Г. получает медаль из Синода «за доброусердие при ктиторе», и это говорит о том, что его духовный авторитет отмечен и официально. Яркость характера Г. проявляется в сочетании строгости по отношению к себе и глубочайшей терпимости к другим, мудрости с детскостью: Г. «любит возиться на чердаке, где голубятня", да и сам напоминает Сергею Ивановичу «голубя сизокрылого». Посредствам высказываний Г. Шмелев выражает свои мысли.

Василий Васильевич Косой (Косой — прозвище, данное за частые возлияния) — «старший прикащик» у Сергея Ивановича, служил ещё при отце нынешнего хозяина. У него «широкая спина <...> красная шея и затылок», «лицо каленое, рыжие волосы вихрами». Это настоящий богатырь: в марте ходит «в розовой рубахе и жилетке, без картуза <...> прыгает с карандашиком по глыбам, возки считает». Своим упорством ему многое удается, так, например, он в конце концов сумел пересидеть в проруби немца Людвика Карлыча. Его можно назвать сказочно-преувеличенным героем, как и Левшу и Флягина Лескова, т. к. в нем сочетаются богатырская сила и ремесленное мастерство(у В. В. есть волшебная «книжечка-хитрадка», где «прописано все, до малости», причем никто, кроме него самого, в ней разобраться не может). В.В. всегда помнит о своем рабочем долге. Он предан своему хозяину, не помнит обиды: «голову потерял, не спал, не ел», когда Сергей Иванович заболел. Пока болеет хозяин, В. В. выполняет всю его работу. После смерти Сергея Ивановича он обещает хозяйке: «буду служить, как Сергею Ивановичу покойному, поколь делов не устроим. А там хошь и прогоните».