Окруженные в киевском котле
Схема выхода из окружения группы Баграмяна и место гибели группы комфронта Кирпоноса. Источник, увы, мне не известен, какой-то стенд в музее, полагаю.
Продолжаю разбирать литературу по Киеву-41. Книги Олега Игоревича Нуждина, к.и.н, доцента УрФУ я уже неоднократно освещал в рамках своей читательской летописи, это его хронологически последняя (2017 год) из выпущенных трудов по ВОВ. Как это слишком часто случается с Яузой/Эксмо, название книги дано от балды и запутывает покупателя, про бои за Киев тут вообще не слова. Эта книга описывает действия немцев при образовании котла и агонию советских армий в попытках пробиться из окружения. Теперь немного поподробнее.
Привлекаемые источники - непосредственно первоисточники с обеих сторон, не мемуары Баграмяна и очерк Владимирского, а их непосредственные доклады по горячим следам, и документы из NARA дивизионного и полкового уровней за немцев. Но тем не менее, автор построил начало своей книги аналогично предыдущему прочитанному труду Быкова про Киевский котел точно также начав с главы по Окуневскому плацдарму и безуспешным попыткам 5-й армии Потапова его сковырнуть, из-за неравенства сохранности источников, глава написана преимущественно с немецкой точки зрения. Потом продолжил опять же за немцев, рассказав о формировании котла с точки зрения танковых соединений. Одна глава по боям за Лубны, две по агонии 26-й и 37-й армий. И еще одна, самая интересная, про гибель фронтового управления Юго-Западного фронта во главе с генералом Кирпоносом. Наверное она и самая показательная, как в условиях котла, еще даже не вступив с непосредственное соприкосновение с немцами, советские армии начинали разлагаться, местные уроженцы разбегаются по домам, остальной личный состав делится на капитулянтов и прорывающихся, считанные дивизии пока сохраняют оргструктуру, которая позволяет еще ставить задачи, но по мере выбивания личного состава, распадаются и они. Потом в дело идут уже импровизированные соединения по 500-1000 человек, которые начинают опять-таки делиться, чтобы быть незамеченными, в итоге те вышедшие к октябрю 15 тысяч бойцов и командиров редко выходили сотнями, куда чаще - десятками и одиночками.
Глава про Кирпоноса показательна тем, что советское командование, так похоже и не понимало до самого конца всю плотность окружающих их немецких корпусов. Даже когда в прорыв шли собранные из шифровальщиков и особистов роты управления ЮЗФ речь шла о том, чтобы прорвать тонкую завесу, а дальше спокойно дойдем до своих. Прорывая одни позиции окруженцы натыкались на другие немецкие части, которыми те не без успеха блокировали, уничтожали или брали в плен подавляющее число личного состава фронта. Этим, видимо, и объясняется малопонятное поведение группы Кирпоноса в его последнем бою, когда он не пошел вслед авангарда Баграмяна, а решил идти своим путем навстречу гибели. Ну тут по-крайней мере все обошлось без конспирологии о тайном пособничестве немцам как у Мухина и не механическим пересказом мемуаров Баграмяна, как у других авторов. В приложении есть протоколы допросов советских военачальников, и понятно почему командующего 27-м стрелковым корпусом Артеменко П.Д. расстреляли после войны, а командарма-5 Потапова М.И. полностью оправдали. В целом, не очень большую книгу можно зачесть как очередной подход к исследованию завершающего этапа жизни в окружении в Киевском котле, но судя по тому, что исследователи разных лет на основе примерно одних и тех же сначала историй немецких частей и официальных докладов окруженцев и окружающих копают один и тот же сюжет, то тема кажется уже немного избитой. Надеюсь, группа киевских историков раскопает что-нибудь более глубинное и интересное.
25 понравилось
