Серебряный стрелец

В канун первого сентября образовалось свободное окно объёмом примерно в одни читательские сутки, куда и втиснулась эта уже давненько скачанная откуда-то книга. Правда, вот совсем уже не помню обстоятельств появления в своих электронных запасниках "Серебряного стрельца", но раз книга лежит в хотелках, значит попала она туда не случайно, а потому — открываем страницу первую и читаем...

- А вроде как и ничего себе начало, — думал я, читая первую главу, наполненную описанием автодорожных мелочей путешествующего главного героя. Однако не говори гоп, пока не перепрыгнешь — вот наш счастливчик открыл рот и заговорил, и вся уже начавшая складываться приязнь к тексту куда-то задевалась (ну, вот примерно как бывает, когда на пляже видишь со спины стройненькую девичью фигурку с соблазнительно подчёркнутыми купальничком дамскими изящными формами, а потом их владелица поворачивается к тебе фасадом и вместо прелестного девичьего личика перед тобой возникает какая-нибудь мегера (простите меня, дамы, я просто о несоответствии ожидания и реальности) — как там в известной шуточной поговорке "Сзади пионерка, а спереди пенсионерка"). Косноязычная невыразительная, просторечная и какая-то вся плоская прямая речь персонажей книги (а появилась и героиня романа со всеми вытекающими из встречи последствиями) развернула вектор восприятия книги на стовосемьдесятградусов и инь превратился в ян, норд-вест заменился зюйд-остом, а вместо сахарницы на столе появилась солонка.

Причём с точки зрения правильности русяза особых претензий вроде как и нет, но весь текст книги выполнен сотни раз употреблёнными формами и клише, вдобавок наш герой отчего-то вдруг заговорил слюнявыми ути-пути словечками и ванильного аромата выражениями, отчего вместо предполагаемого автором умиления стало возникать, расти и шириться сопротивление и мыслям героя, и его поступками и делам. Да и событийный ряд захромал ожидаемыми и избитыми ходами и событиями, отчего выросло ещё и чувство недоверия к автору и к его героям, уж больно искусственными показались драматические и трагические происшествия.

В общем, хотя роман написан от лица представителя сильной половины человечества, читать его наверное будет проще дамам.

Всегда интересно познакомиться с новым автором! Что можно сказать, история романтичная, тут тебе и дорога (или то, что называется «дорогой» у нас), и красивый город, и, конечно же, любовь. Встречи, разлуки, сладкие муки… Говорю же – романтика. Герои ходят на свидания, гуляют по Питеру, пьют вино, мечтают, наслаждаются моментом. Выражаются они порой несколько высокопарно, но, возможно, это мне, коренной сибирячке, так кажется, а для культурного Санкт-Петербурга это нормально. Чем-то это мне даже еле уловимо напомнило Ремарка. Не в том смысле, что автор ему подражает, нет, я имею ввиду общее настроение, атмосферу. Похожее ощущение ускользающего счастья. С одной стороны, понравилась какая-то чистота в отношении Роберта к Ане, но, с другой стороны, они оба густым слоем пудрили друг другу мозги, чего я в людях не люблю. И ещё роману немного не хватает, я бы сказала, жизненности. Финал неоднозначный, что может быть для кого-то плюсом, для кого-то минусом. В обшем и целом впечатление скорее положительное.

История чьей-нибудь любви - тема всегда актуальная, по-своему интересная и подходящая для чтений в романтично-светло-грустном настроении (привет, ваниль). Ожидание от таких книг - порадоваться или поплакать вместе с героями. Ну вот, носовые платки по левую руку, горячий чай и вкусняшки по правую, центр - книга начинающего писателя Андрея Фокша "Серебряный стрелец". Через совсем недолгое время понимаешь, что не нужно ни первое, ни второе. Да и на то, что лежит в центре уже поглядываешь с какой-то скучищей. Мне кажется, что книга сама по себе сыровата, пробу пера автора видно невооружённым взглядом. Диалоги искусственны, персонажи тоже. Не совсем понятны зачем нужны философские размышления писателя, которые встречаются в тексте то тут, то там. И создаётся впечатление, что читаешь чьи-то личные заметки: стыдно и хочется листать дальше. История любви какая-то странная с элементами неправдоподобности. Представьте, вы приехали в Питер за своей любимой, не зная вообще где её искать. Просто спускаетесь в метро, садитесь в вагон и о, чудо! Она здесь! Я, конечно, слыхала про теорию вероятности, но всё же. В любви персонажей Роберта и Ани нет искренности. Роберт привирает, чтобы казаться лучше. Зачем? Аня так вообще кое-чего не договаривает. Выбрав нейтральную оценку, я руководствовалась тем, что это всё-таки труд человека, который ступил на путь писателя. Мне показалось, что слишком много личного сокрыто в этом тексте, тогда как писатель всё-таки должен быть человеком посторонним, особенно, когда наделяет своего героя собственным опытом.