"Что это ты читаешь? "Королева Виктория"? А я думаю, что это такое за сватья баба Бабариха на обложке..." © Напарник по походам в библиотеку
Если вы захотите прочитать этот роман — заклинаю вас всем, что вам дорого, но постарайтесь прочитать его на английском. Я, к сожалению, позарилась на русский вариант, но сначала не смогла прослушать его в аудиоварианте и заснула (двенадцать часов при том, что страничек текста всего-то сотни три), а потом сдуру ринулась в читальный зал, где перевод был просто ужасным. В принципе, Стрэчи пишет не художественную литературу, чтобы блистать красотой слога и изящно закрученными предложениями, однако переводчик умудряется допускать совершенно дурацкие ошибки и оплошности, которые проверить-то — дело двух минут. Например, queen's cursive он бесстрашно переводит как "королевский курсив", хотя речь идёт о простом письме от руки. Как же он не упомянул тогда "королевский полужирный" и "королевский подчёркнутый"? Бедная королева Виктория вынуждена читать такие малознакомые широкой аудитории книги, как "Поверил Пик" (хотя тут ещё можно надеяться, что это опечатка) — кому же он поверил, наивный дурачок? — и "Середину марта" Элиот. Ну, правильно, в названии "Миддлмарч" наверняка ошиблись дураки-англичане, там должно было быть middle of March, хорошо, что молодец-переводчик заметил и исправил досадное недоразумение.
Сама книга читается очень легко. Кто из нас не интересовался когда-либо словосочетанием "викторианская эпоха" и не хотел узнать, откуда у этого понятия ноги растут? И я больше чем уверена, что не так много людей действительно полезли в так плохо изучаемую в наших школах зарубежную историю, чтобы это своё желание подкрепить практическими действиями. В этом мог бы нам помочь Литтон Стрэчи... Мог бы, если бы была электронная версия книги, небольшие тиражи романа на бумаге не так легко добыть. Однако всегда есть английская версия — заодно и язык прокачаете.
Так вот. Викторианская эпоха зовётся так пафосно не только потому, что королеве Виктории удалось просидеть на троне более шестидесяти лет, сохраняя при этом полный рассудок. Время, конечно, немалое, но всё равно этого недостаточно. В своё правление, даже в те двадцать лет, проведённые под руководством собственного обожаемого муженька, Виктория действовала на страну, как огромная упаковка валиума. Индустриальный расцвет, стабильность, чёткость, твёрдость мораль и высокие идеалы — вот вам викторианские признаки, а сама королева сызмальства воспитывалась в соответствующем для такой жизни ключе. Интересно было читать про её детство, потому что я весьма смутно представляла, из какого инкубатора брались правители для конституционной монархии, особенно в период времён смутных и непонятных. Это у нас всё просто — началась Смута, так ищи того, кто по крови ближе. А если там пять тысяч миллионов разношёрстных родственников, у которых совершенно невозможно определить, кто ближе по крови? Вот и выписывают Викторию из Германии, так же, как и её мужа, хотя и старались придать ей чисто английский дух... но всё же есть что-то стереотипно немецкое в викторианской морали, не правда ли?
Удивили и порадовали меня самые различные небольшие моменты, о которых говорится в книге. Например, что бедная королева всю жизнь вела "уютный дневничок", куда записывала малейшие свои шевеления ума и сердца. И было это не потому, что модно или хотелось, а потому что это возводилось в неофициальные, но обязательные для королевы вещи. Приличествует — и всё тут. Порадовалась за Викторию и её отношения с мужем, от которого она была без ума — пусть и не так долго они были счастливы вместе, но зачастую правящим особам такие мелочи жизни и вовсе не светят. Зато после того, как восхищаться мужской красотой и умом стало не у кого, Виктория крепко сжала яйца страны в своём царственном кулаке совершенно самостоятельно. Забавно было читать про то, как её охламон-сын уже в пятидесятилетнем возрасте в испуге прятался от маменьки за колонну, дабы только эта крошечная пухлая дама не выдала ему королевского словесного леща. Я искренне восхищаюсь тем, что и в последние годы своей жизни она держала поводья власти весьма крепко, всё-таки, восемьдесят с лишним лет не шутки. Интересно было читать про все дворцовые интриги, фаворитов и врагов, тори и вигов, политические штучки-дрючки, отношение к феминисткам... Которых, как ни странно, королева Виктория терпеть не могла.
Чтение было довольно лёгким и полезным. Мешало то, что в книге почти не даются даты, разве что одна-две в самом конце, так что трудно ориентироваться в том, что происходит в мире в тот или иной момент.. Или вообще, какой сейчас год на дворе. Ещё немного сложно читать самое начало, слишком много незапоминающихся имён до того момента, как появится, наконец, маленькая Виктория. Кстати, звали-то её на самом деле Александрина, в честь нашего русского императора, крёстного, а Виктория — уже второе имя. Но она всё правильно сделала, потому что сокращение "Дрина" звучит как-то ну уж совсем не по-королевски. Напугал момент, когда Виктория вдруг впала в небольшую паранойю и решительно отказалась менять что-то в жизни, маниакально накапливая всё старое, как Плюшкин. Страшно не только потому, что даже в самом гигантском дворце рано или поздно кончится место, куда можно ставить шкафы и стулья, но и потому, что она сохраняла даже чучела всех собачек, а можно бы было — наверное, набивала бы чучела из слуг.
На академический труд данное издание не претендует, однако для любителя, интересующегося историей "постольку-поскольку" (вроде меня, конечно, потому что тут я дурак-дураком) — очень даже самое то. Никаких лишних скучных фактов, как в изданиях сугубо документальных, однако и никакого домысливания всяких весёлостей, чем часто грешат издания чисто художественные. Ровно посередине, то, что надо.
68 понравилось
