13 текстов, написанных осенью

Странные у меня ощущения от Вырыпаева. Читала его, как что-то программное, с большими надеждами, хотя вроде загодя чуя предстоящие его "изъяны", как мне казалось. И всё тихонько перед прочтением шептала: "Давай, Ваня, очень на тебя надеюсь, ничего такого личного, просто почти не на кого уже надеяться". А сама была закутана в самовыдуманную интригу: как там режиссёр перевёлся в плоскость писанины. *тут надо отметить, что, кем бы Вырыпаев ни был, для меня он в первую очередь режиссер.) Хотя, после понравившейся "Эйфории" и выблеванного "Кислорода", я реанимировалась телеспектаклем "Бытие№2" - и на этом с Вырыпаевым-режиссером временно закончила. И была это еще года 4 где-то назад.

Так вот, странные у меня ощущения от Вырыпаева. Кажется мне, он, как с ума сошедший Тесей бродит в ужасах лабиринта своей головы, кружит вслепую, всё сокрушая подле Минотавра, и никак не выйдет на свет, про который всё точно знает, но которого будто давно не видел, и только и может лелеять мечту на него выбраться, как в пронзительно чистый сон, после месяцев пробуждений от слёз во время кошмара. Никак Вырыпаеву из своей головы не выйти. (И хочу заметить, это я только про эту книгу, что сейчас с Вырыпаевым - я почти не знаю.) Тыкается он непрестанно носом во что-то интуитивное.. но никак не может проскочить. Ведь для него нос - как и положено, кусок головы, и никак нос свой в вечность не просунуть, если пытаться тащить за ним и всю остальную голову-как-она-есть. Ему хорошо и самому желанно было бы раствориться, расплавиться, распластаться, рас-что-то-там, а пока тут, в книге, лишь жесткая структура каких-то внутренне утверждённых логик и умыслов, которая как клетка, как рельс, сдерживающий в лабиринте. Хотя, очень здорово, что у Вырыпаева взгляд при этом обращен туда, куда обращен. И всё это, конечно, мне только лишь кажется.. Я читала более двух недель назад, а тут вдруг в пролётах музыки задумалась о всяком. И о бытие, и о бытие номер 2, и о бытие номер 3, и о бытие номер 4384964838495, и о бытие на ноль делить нельзя. И стало мне грустно, что вот не могу я выписать что-то о Вырыпаеве. И в ответ я вот смогла. Нечего грустить.

Кстати сказать о пьесе "бытие№2"... то, ощущение, то непередаваемо-маниакально-наседающее ощущение, что в мире всегда есть что-то ещё, всегда помимо всего есть что-то ещё, и за любой гранью - тучи миров, и все они - многогранники и вообще черти какие фигуры, не вписывающиеся ни в какие виды пространств, хоть Евклида, хоть Римана, хоть Лобачевского, хоть всех будущих геометров-математиков... это ощущение недостигаемости того, что уже лежит в твоей руке, извечности-и-непреодолимости-бесконечности, многообещанности от вселенной просто по факту ваших существований - это томление - первое на что я откликнулась ещё очень давно в Вырыпаеве, и этот отклик, как оказалось, навсегда. И мне бы очень хотелось, чтоб Вырыпаев, написавши что-то новое, всегда помнил, что можно написать что-то ещё про что-то ещё, что можно снять что-то ещё про что-то ещё, что можно поставить что-то ещё про что-то ещё, но никогда не изменял поиску и вере во что-то ещё, ведь даже если этот поиск не увенчается успехом, есть же что-то ещё, я в этом уверена.

вот для себя любопытно зафиксировать, что написание рецензии происходило под Ataraxia – Aquarello

ну а картина (как же мне без фотографий и картин), как символ пронзительного вглядывания всю жизнь во что-то ещё...

Позиция автора Наступит такое время, когда люди поймут, что в текстах самое главное - это верно расположенные буквы. Это время придет. Оно вернется, оно уже было. Наступит такое время, когда умрут сюжеты, и затихнут голоса рассказчиков, и одни только буквы будут владеть вниманием читающего. Ведь читающий читает лишь для того, чтобы распознать знакомые знаки.

Позиция читателя в моем лице Начну издалека... Как-то пару лет назад в Киеве мне довелось проводить кинофестиваль. И в нагрузку ко всем остальным головнякам (проза жизни из серии обеды-гостиницы-билеты-программа-и-пр) мне довелось озадачиться культурной программой для ВИПов. Не важно какими правдами и неправдами (дело было за полдня до премьеры, а присутствовать собирался наш тогдашний гарант) мне удалось пробить приличные билеты на премьеру “Ленин Love. Сталин Love.” Андрея Жолдака. Еще когда пришлось пробираться в само помещение театра через специально построенный барак, пованивающий мокрым деревом, мне показалось что что-то не так. А к концу спектакля я убедилась в том, что понятие "шизо-театр" имеет полное право на существование.

Ну и господину Вырыпаеву, на мой взгляд, самое место где-то там, в "шизо-театре", рядышком с Жолдаком. Ну что мне поделать, если я не просто ищу в книжках знакомые буквы, а жду, чтобы они складывались в слова, слова - в предложения, а предложения - в сюжет. Пусть даже не глубоко философский, бог с ним, а хотя бы в занимательно написанный или на худой конец связный. Хотя, не буду спорить, пара интересно оформленных, но в тоже время банальных истин, в опусе Вырыпаева проскочила (см. цитаты к книге).

Прочитано исключительно в рамках флешмоба-2010. Простите, nevajnoli , но мне совсем не понравилось...

Книжка содержит, вы понимаете, 13 текстов, в числе которых и 'Кислород', который вы уже два года никак не можете посмотреть. И в сущности не так важно, о чем книга, мысль такая: Вырыпаев доказывает, что быть писателем(концептуальным, востребованным, приглашаемым) совсем не сложно. Ты что-то пишешь, неважно что, и, чтобы не быть голословным, добавляешь в качестве персонажа жену Лота. И это уже не просто вода, а вода с солью - уже блюдо. Здесь уже пахнет постмодернизмом и, будь он неладен, кон-цеп-ту-а-лиз-мом. Часть читателей уже покорена. Идем далее - добавляем приправки в виде актуальненькой темы терроризма и прочей арабской ковротканой пряности. Имеем итого: актуально и интеллектуально (жена Лота). И наконец - тема Бога. Суем ее везде, где может стать заметно, что наше блюдо - не более, чем соленая вода. Читатель наш, и Иван Вырыпаев приглашается на каждый провинциальный фестиваль, на него собираются девочки в больших очках и после встречи строчат в твиттерки.