Книга из цикла

Наши Звезды

1

Звезда Полынь

Вячеслав Рыбаков

3,9

(44)

2

Се, творю

Вячеслав Рыбаков

4,3

(23)

Перейти к циклу

Рейтинг LiveLib

4,3

23 оценки

• 5
  48%
• 4
  43%
• 3
  4%
• 2
  4%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 24Хотят прочитать 40

Рецензии

• 

  zurkeshe

  22 августа 2012

  В друзья

  Лет 40 назад ленинградский четвероклассник Слава Рыбаков дочитал повесть Стругацких «Далекая Радуга». Повесть рассказывала о вышедшем из-под контроля научном эксперименте и завершалась, вопреки традиции, гибелью почти всего населения земной колонии. Ну, то есть не самой гибелью, а всеобщей гордой готовностью к неотвратимой. Слава написал авторам знаменитое письмо с отчаянной просьбой: «Припишите там что-нибудь вроде: Вдруг в небе послышался грохот. У горизонта показалась черная точка. Она быстро неслась по небосводу и принимала все более ясные очертания. Это была «Стрела». Вам лучше знать. Пишите, пожалуйста, больше».
  Авторы не приписали. "Стрела" не прилетела. Слава вырос, стал лучшим учеником Бориса Стругацкого, видным востоковедом и прекрасным писателем, точно и сильно разрабатывающим жилу этической фантастики. А потом вдруг обнаружил, что Волна не остановилась, всё кругом - Радуга, и вся надежда только на "Стрелу". И принялся раз за разом приписывать к нашей Радуге "Стрелу", придавая ей все более ясные очертания - то принципов Кун Цзы, русского духа и советского интернационализма, то челнока "Буран", то устремленных в будущее разговоров про прошлое. Теперь вот замахнулся на нуль нашу транспортировку.
  "Се, творю" - вторая часть трилогии "Наши звезды". И сюжет, и идеи делают вид (поначалу), что линейно продолжают первую книгу, "Звезда Полынь". Там, значит, безымянный олигарх давал деньги на сколь-нибудь близкую к тексту реализацию строчек из старой советской фантастики, а болеющий за страну академик собирал с человеческого бору последние сосенки, способные приподняться над свинцовыми мерзостями - к звездам. А сосенки ссорились, мирились, много, развернуто и немножко пародийно говорили-рзмышляли и выпадали из русофашизма в приятный такой патриотизм, а из либерализма - в шпионский пиндософашизм. В общем, было интересно, но не слишком понятно, а к чему все, собственно.
  Вторая часть тенденцию развила, но не усугубила - а заодно сделала пару-тройку кульбитов, которые к бабушке стряхнули все родимые пятна первой части и позволили развивать какие угодно линии в какую угодно сторону. Рыбаков этими возможностями умело воспользовался.
  Выяснилось, что, к счастью, в звезды и железки все не вперлось, что главное - на Зземле, что не все шпионы одинаково вредны, и что татарово место не бывает в пустоте. То есть натурально: в "Се, творю" скинхед плюс еврейка равняется любовь, защитой от отвратительной, как соответствующие пальцы, власти служат интеллект, любовь к Родине, гласность и функельшпиль, а главный гений не то что изобрел новый шаттл, а без малого просчитал божий промысел - ну или его транспортную составляющую.
  И поначалу читать это было немножко стыдно, как слушать любимого родственника, который, то ли подвыпив, то ли расчувствовавшись, объясняет, почему надо любить мамку свою, которая у тебя, понимаешь, одна - и она тебя рОдила, ты понял, нет? Тем более, что как раз публицистичность, монологичность и карикатурность, вызывавшие досаду в первой части, никуда не делись. Заставляя грустно вспоминать, как длинно и печально завершался другой многообещающий цикл, книги которого назывались библейскими строчками.
  А потом в тексте возник сам автор, тщетно пытающийся урезонить буянов и прокламаторов - и стало забавно.
  А потом случился первый сюжетный кульбит - и текст заиграл совершенно иначе.
  А потом фирменный рыбаковский накал проткнул мое черствое сердце - и я вовлекся.
  А потом - специально для меня, видимо, - безымянный олигарх и главный благодетель оказался правильным татарином (заменив, очевидно, выбывшего в первой части неубедительного татарина-выкреста, павшего от бритоголовых рук - ну и заодно компенсируя, наверное, удивительную особенность татарского государства Ордусь, в котором есть русские, монголы, евреи, украинцы, узбеки и все советские народы против общего врага - нет только татар, ни единого), - и я важно кивнул.
  А потом случился второй кульбит, совсем беспощадный и неожиданный - и я понял, как здорово ошибался, считая фабулу сколь-нибудь предсказуемой.
  А потом книга кончилась на полузамахе и полуобещании, красивом и безнадежном, как мечта о "Стреле".
  И я поверил, что "Стрела" придет.
  Рыбакову лучше знать.

  Читать далее

  10 понравилось

  1

  180
• 

  lost_witch

  12 апреля 2011

  В друзья

  Гайс, эта книга совсем не про фантастическое изобретение нуль-транспортировки, или телепортации. Совсем не про это.

  А про мораль, ответственность человека за себя и за других, про честность, про искренность, про неподкупность. Рыбаков, чтобы мы не догадались, о чем он на самом-то деле, хорошо затушевал суть фантастической историей, шпионами со всех возможных сторон света, секретной лабораторией посреди поля. Но я, не будь дураком, просекла, конечно же.

  Потому что вот невозможно же: люди, в общем-то пережившие множество разочарований и боли, люди, устроенные в жизни не самым лучшим образом, потерянные, потасканные, с черными дырами внутри, вдруг оказываются такими - до дрожи - почти святыми, такими искренними, что хочется сразу же извиниться перед всеми, кого обидел, и наконец-то начать жить.

  Читать далее

  9 понравилось

  0

  126
• 

  lapickas

  15 сентября 2014

  В друзья

  Очень в духе Стругацких, да - даже, пожалуй, по картинке "все плохо вокруг" они переплюнуты. Не очень люблю за это отечественную фантастику - вот эта беспросветность - то ли художественное преувеличение, то ли у меня розовые очки, то ли что-то третье. Но, к счастью, кроме беспросветности, здесь нашлось место и светлому. Лично для меня это книгу спасло.
  А в остальном - только я закончила с математиком, как мне достался физик) И мечта всех времен - те самые перемещения, и отнюдь не во времени) Да, как раз про то, как важно сохранить хотя бы тень мечты где-то внутри себя. Пусть даже не сразу поверить - но хотя бы понадеяться.
  Итого - практически наше недавнее время. Ученый червь, знай пишущий себе что-то по работе и в стол. И воротила финансовый, выросший на фантастике, которому захотелось поверить в это самое, которое в стол.
  И почти спойлер - я только одного не поняла: если мог через забор, то почему не смог обратно? Как мышка от кошки?

  Читать далее

  2 понравилось

  0

  242

Популярное

Все

Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2

Арина Цимеринг

4,5

(1,1K)

Шурале

Даша Бунтина

3,8

(485)

Нежили-небыли

Татьяна Мастрюкова

3,5

(409)

Змеелов

Даха Тараторина

4,6

(480)

Эй, дьяволица!

Хулия Де Ла Фуэнте

3,5

(760)

Сделаны из вины

Йоанна Элми

4,4

(96)

Смерть под ореховым деревом

Анви Рид

4

(445)

Хроники пепельной весны. Книга 1: Магма ведьм

Анна Старобинец

4,2

(981)

Бешеный

Сорж Шаландон

4,4

(211)

Заступа: Грядущая тьма

Иван Белов

4,4

(948)

Канашибари. Пока не погаснет последний фонарь. Том 4

Вероника Шэн, Ангелина Шэн

4,3

(2,4K)

Всё, что мы не завершили

Ребекка Яррос

4,6

(536)

Игры королей. Принцесса Ардена

Софи Анри

4,7

(492)

Царствие мне небесное

Вера Богданова

4,6

(354)

А леса у нас тихие

Алёна Селютина

4,4

(775)

Исход(ы)

Джулиан Барнс

4

(456)

Хэллоуин в книжном «Ленивые кости»

Эммелин Дункан

3,5

(634)

Господин прокурор

Катерина Траум

4,5

(418)

Во главе обмана

Лия Арден

4,6

(717)

Цвета истины

Кристин Ханна

4,5

(231)

Цитаты

• 

  tigeroleopard

  9 ноября 2013

  В друзья

  Поэтому праведник всегда мечтает о чуде; эта мечта — неизбежное следствие естественного желания телесного зверька жить в достатке, но не перемазать при том человечью душу. Отсюда все сказки о щучьем велении, о печи, которая сама возит Емелю; не от русской лени, но от стремления сохранить совесть чистой, руки не обагренными, и при том все ж таки чего-то добиться в жизни.

  1 понравилось

  38
• 

  tigeroleopard

  9 ноября 2013

  В друзья

  — Знаешь, — наконец проговорила Сима,— я недавно историческую книжку читала. Я вообще-то не любитель, такое читаю только между делом… Но тут… Если бы я была историк, я бы только вот этим и занималась. Связью природы и культуры. Там было про чуму в Европе. За полтора века после первой вспышки — чуть ли не каждые десять лет. Вроде бы нигде так часто не было. Не знаю, почему. Скученность, грязные города… В Европе ведь в ту пору насчет гигиены было хуже, чем где-либо. А может, что-то еще… Нигде, кроме. А кто вымирал в первую очередь?
  — Кто?
  — Верные мужья и жены. Любящие дети и родители. Самые храбрые и честные доктора. Самые набожные и добрые священники, до последнего выполнявшие долг перед паствой и несшие утешение умирающим. Все, кто не бросал больных, а старался быть с ними и помогать… А выживали те, кто, как в «Декамероне», удирал куда подальше и там изысканно веселился. И называл это присутствием духа. Мол, не будем унывать из-за трудностей и бед. Полтора века селекции! А потом бац — и, откуда ни возьмись, Ренессанс. Гуманизм, индивидуализм, человек — мера всех вещей, личное выше общественного, будем смеяться над нелепыми иллюзиями, никто никому ничего не должен, я не хочу ходить в стаде, ибо я свободная личность…
  — Интересно, правда?
  — Еще как, — сказал Вовка, с уважительным удивлением глядя на нее. Потом потер щеку ладонью. — Получается, у нас теперь какая-то своя чума, а?

  Читать далее

  1 понравилось

  29
• 

  tigeroleopard

  9 ноября 2013

  В друзья

  Новая культура так и не была востребована. Она оказалась не пригодна ни для какого конкретного дела — только для дела честной и бескорыстной жизни ради высокой цели, а как раз это дело оказалось никому не нужным. Высокие цели ссохлись в одну-единственную: свалить коммуняк-маразматиков, после чего и настанет светлое будущее, всемирное единство и капитализм во имя человека и для блага человека. Обманули дурака на четыре кулака.
  Теперь никто уже не боится испачкаться; ведь не дети плачут, а хлюпики, и не грязь это, а здоровая конкуренция.
  И тогда оказалось, что не нужна наука.
  Только на нее можно было надеяться, стремясь добежать до радужных целей, не замаравшись о грубые средства, и построить мировую гармонию, не заставляя детей плакать.
  Наверное, в русской культуре это были два главных стимула для науки, две главных мотивации: коммунистическое стремление к принципиально лучшему будущему и православная потребность в нужных для этого безгрешных чудесах. Именно благодаря им наука в Союзе держалась тогда на пике мировой. А для чего еще десятилетиями мучиться, вынашивая открытия и воплощая их в технологиях? Ради денег и положения? Но воровать — и быстрее, и надежней.
  И с некоторых пор, в общем-то, даже престижней.

  Читать далее

  20

Подборки с этой книгой

• 

  Названия-аллюзии

  • korsi
  • 160 книг
• 

  Человечность выше обстоятельств.

  • margo000
  • 148 книг
• 

  Книги об ученых

  • homo_riderus
  • 62 книги
• 

  Русская фантастика

  • sola-menta
  • 336 книг
• 

  Библейские выражения в названиях книг

  • ddolzhenko75
  • 49 книг