Открытие смерти в детстве и позднее

Тема смерти насколько вечная, настолько и притягательная, но издать в 2009 году книгу, написанную в 1940-м, мне представляется сомнительной доблестью. Сегодня даже среднестатистический гражданин знает о смерти намного больше, чем в те далекие времена, да и отношение к ней изменилось. Но в целом я понимаю мотивы С. Энтони: ей, как и многим тогда и сегодня, хотелось понять, как дети открывают для себя свою смертную природу, как формируются защитные механизмы против того, чтобы идея смерти сразу и навечно свила гнездо в сознании, как с возрастом меняется отношение к собственной смерти и смерти близких, как возникает страх смерти и ее отторжение.

К такой теме, как смерть, можно сформулировать миллион актуальных для каждого вопросов, но эта книга, к сожалению, содержит мало ответов: она в основном представляет собой не столько психологический, сколько историко-обобщающий экскурс. В ней нет собственной идеи, а пересказ культурных фактов не является ни оригинальным, ни как-то по-особому систематизированным.В каждой главе есть своя маленькая тема, становящаяся поводом для коллекции разных исторических фактов, не столько подтверждающих, сколько просто иллюстрирующих ее. Пожалуй, более или менее информативной можно считать главу, посвященную отношению детей к утрате близкого человека, но и то, если до прочтения ничего об этом не знать. Все главы довольно короткие, глубокого анализа там нет, потому, наверно, книга и читается довольно скучно, монотонно и даже фрустрированно: только вдохновишься затронутой темой и начинаешь ждать подробностей, комментариев и объяснений, как оказывается, что глава уже закончилась, как если бы автор уже сказал все, что можно, и исчерпал ее.

Книга написана старомодно и академически, хотя это не является ни ее достоинством, ни ее недостатком – просто такая стилистика была типична для середины прошлого века: обилие цитат (Ж. Пиаже, М. Мид, В. Штерн, А. Фрейд, З. Фрейд и др.), античных мифологических примеров, поэтических отрывков, хронологический принцип упорядочивания материалов, этнокультурные сравнения, апелляции к частным случаям («Гарольд нашел в саду мертвую крысу…», «Дети нашли мертвого крольчонка…»), на базе которых делаются более широкие обобщения, чем они в принципе позволяют.

Конечно, в книге приведены результаты небольших авторских исследований понимания детьми слов, связанных со смертью (например, понимание противоположных концептов «живой» и «мертвый»), и попытки на их основании построить некоторые наивные систематизации, а также комментарии к предшествующим лингвокультурным и культурно-антропологическим работам. Именно они и являются основным источником фактологической информации, ради которой и стоило читать эту книгу: например, о том, что дошкольники склонны отождествлять смерть с неподвижностью, что школьники делают смерть предметом насмешек, что дети нередко фантазируют не только на тему собственной смерти, но и о смерти близких, иногда даже угрожающе «насылая» ее на мать или сиблингов. Но и ее с трудом можно назвать новой, сегодня она читается вполне хрестоматийно.

Общий вывод, сквозящий через текст: именно социализация и культура навязывает детям идею смерти и страх перед ней, - но вряд ли он настолько нов и ценен, что ради него стоило читать именно эту книгу. Тем не менее, для своего времени книга была, наверное, неплоха, а сегодня остается только пожалеть, что ее издательская судьбы на полжизни опоздала. Для меня она стала книгой неоправданных ожиданий.